Хроники Вечной Многогранности. Книга порядка
Шрифт:
Внезапно из лесу возникли четыре фигуры в темных плащах. Они выплыли из темноты, словно призраки. Их глаза горели ярко-фиолетовым светом, выражая явно недобрые намерения, а полы плащей, сливаясь с темнотой леса, расходились от их силуэтов черной дымкой. Некоторые фигуры были верхом на жутких и уродливых тварях, отдаленно похожих на лошадей, с острыми, как иглы, зубами, которые торчали из искаженной пасти.
Корн немного попятился назад, выставив меч перед собой в готовности сражаться. Но это не было его основной целью, нужно было отвлечь их на себя.
«Девочки услышат звуки борьбы и точно успеют спрятаться». – подумал Корн.
Его брат все так же стоял на месте, ничего не предпринимая.
– Эгилл, уходим! Быстро!
– Зачем уходить, когда наконец столько друзей собрались вместе?
С этими словами Эгилл повернулся, и глаза его злобно загорелись фиолетовыми огнями. Его сухие и обветрившиеся губы расплылись в оскале. Эгилл направил на брата арбалет и тут же выстрелил, однако Корн среагировал быстро и сумел увернуться. В этот момент ему казалось, будто брат от него далеко, но спустя одно мгновение он словно вырос из-под земли рядом с Корном и тут же ударил его коленом по печени. От неожиданности и боли Корн согнулся пополам и осел на землю, выронив свой меч. Эгилл обошел его, демонстративно ухмыляясь.
– Какой же ты наивный и слабый, – проговорил Эгилл и тут же ударил Корна по спине тяжелым сапогом.
Со всех сторон послышались надменные смешки. Корн не знал, что ему ответить. Он был в смятении и совершенно не понимал, что происходит. Кто подменил его родного брата? Что с ним стало? Такого не бывает даже в сказках!
– Эгилл, давай поговорим, – выдавил Корн. – Пожалуйста, не злись. Давай зайдем в дом и как всегда, у огня все обсудим.
– Корни, тут нечего обсуждать. Не для того я столько лет страдал этой ерундой, чтобы потом портить миг своей славы.
Внутри Корна что-то обрушилось. Он не мог поверить в слова брата и в то, что происходило сейчас с ним. Казалось, закрой Корн на мгновение глаза, он проснется в своей комнате в холодном поту, однако это было далеко не так. Боль, которую он чувствовал, была реальной.
– О чем ты вообще говоришь, Эгилл?
– Ты очень…очень скоро все узнаешь.
Эгилл замахнулся на новый удар, но Корн был уже к этому готов. В тот момент, когда сапог Эгилла был уже у самого его лица, Корн увернулся, ощутив слабый ветерок у своей щеки, и резко поднявшись с колен, сделал проход в ноги. Эгилл не ожидал такого поворота и тут же потерял равновесие. Упавший брат сопротивлялся недолго, потом Корн неожиданно обнаружил, что он один лежит на холодной земле. Эгилл появился у него над головой и тут же оглушил его прикладом арбалета. Голову прострелило тупой болью, все вокруг погрузилось в туман, и Корн рухнул головой на землю. Он слышал, как Эгилл шепчет над ним что-то, как выводят его сестер из дома и как резко обрываются их крики. Корн всеми силами пытался привести себя в чувство, но уже не мог. Темнота поглотила его, и он утонул в бездне забвения.
Корн с трудом сумел разлепить глаза. Слышался тихий стук колес и голоса двух мужчин. Голова болела так, словно внутри черепа кто-то бил по стенкам, пытаясь выбраться наружу. Как только проснулось обоняние, Корн пожалел о том, что остался жив. Жутко пахло гнилью. Во рту ощущался мерзкий, обжигающий горло, железный привкус.
Корн попытался пошевелить сухими и потрескавшимися губами, но рот полностью онемел и не хотел разжиматься, будто был чем-то склеен. Пленник немного пошевелился, чтобы понять, где находится. Было темно, Корн был прикрыт каким-то грязным полотном, сквозь которое просвечивал свет от фонарей. Двигаться было очень тяжело, его тело было со всех сторон прижато чем-то влажным и твердым.
Он, двигая то одной частью тела, то другой, смог немного сдвинуться в сторону стенки повозки. Затем его сильно тряхнуло, видимо телега проехала по большой коряге на дороге, и край полотна отогнулся. Корн сумел через щелку различить двух незнакомцев, которые сидели на облучке повозки и переговаривались, иногда подкармливая жутких тварей мясом.
– Долго нам еще тащиться до границы?
– Не думаю. Чего ты все ноешь, Айрих? Что опять не так?
– Жрать уже хочется, вот что. Король ведь снова зажал нам душ в дорогу.
– Ты и так съел уже троих! Перестань ныть, а то нас кто-нибудь услышит! –незнакомец влепил своему попутчику крепкий подзатыльник.
– Здесь? На этой глухой тропе? Кому мы нужны!? – последний почесал голову и еще больше развалился на облучке, скормив очередной кусочек тянувшей повозку твари. – Эти морои нас разорят. Они жрут слишком много мяса!
В этот момент в нос Корну ударил едкий аромат корицы и гвоздики.
– Отрядам из Драулиса, например. Опять ты куришь! Я твою корицу терпеть не могу! Запах отвратительный. Все твои морфийские привычки.
– Морфийские? Да ну тебя. Я перестал быть морфом еще пять десятков лет назад.
По неравномерному стуку колес стало понятно, что эта повозка была не одна. Корн пошевелил головой, стараясь не шуметь, и еще немного высунулся. В нескольких шагах от его повозки показались огни второй такой же.
«Сестры наверняка там». – подумал он, но его мысли прервало чье-то приближение.
Верхом на жутком существе, отдаленно напоминающем лошадь, к повозке приблизилась фигура, облаченная в черную мантию с изображением горящих деревьев.
– Как пленный? – послышался знакомый угрюмый голос.
Корн тут же узнал в нем своего брата. Он тут же стиснул кулаки так, что на ладонях отпечатались маленькие полумесяцы от ногтей.
– Все еще в отключке, – ответил Айрих, выпрямившись.
Корна пробрала дрожь от желания высвободиться и размазать брата по дереву.
– А зачем мы взяли девок? Они мертвы, зачем они тебе? – спросил второй. – Хозяин говорил только о беловолосом морфе.
«Они…они так мило играли в саду». – подумал Корн и тут же почувствовал, как горький комок подступил к горлу.
Корн очень часто задышал, смотря в темноту и стараясь успокоить себя. Он не мог выносить сейчас даже голоса Эгилла. Что значит мертвы? Как он мог так поступить с родными сестренками? Это все неправда. Сейчас он проснется и поймет, что это был глупый сон.
Как бы Корн ни жмурился и не царапал себе руки, чтобы проснуться, ничего не выходило.
– Затем, что они такие же, как и я. Их нужно лишь немного подтолкнуть в нужном направлении. – на этой фразе Эгилла мужчины на козлах хором усмехнулись.
От этих слов у Корна снова начала кружиться голова.
– Они могут нам пригодиться, – добавил Эгилл и поскакал в сторону второй повозки, что-то крича своим людям на незнакомом Корну языке.
Внезапно откуда-то издалека раздались крики. Затем послышался лязг стали. Корн выдохнул и, взяв себя в руки, выглянул из-за тряпья еще больше, отодвигая зубами кусок полотна. Нападавшие были хорошо вооружены и превосходили числом «отряд Эгилла». Они двигались быстро и почти бесшумно, словно призраки. Их лица были закрыты забралами шлемов, из-под которых виднелись алые огоньки глаз.