Чтение онлайн

— А лошади?

— Нет, леди, мы прошли сюда через горы, а лошадей там не провести. Мы отстали от основного отряда, который повел Борстал. Что с ними случилось потом, я не знаю. Скот весь разбежался, сможем ли мы его собрать… — она пожала плечами.

Да, все было плохо. Видимо, мы все-таки не до конца все продумали и не слишком хорошо подготовились. Оставалось только надеяться, что остальные наши беглецы собраны лучше и без особого труда доберутся в Норсдейл. Но нам они помочь, конечно, не могли ничем, и не стоит рассчитывать, что кто-то из них вспомнит о нас и вернется. И их можно понять. Это не такая дорога, которую хотелось бы пройти снова. Скорее всего, они постараются уйти подальше от нашей разоренной долины.

Вместе с Нальдой, которая взяла на себя командование этим маленьким отрядом, я пришла в лагерь. Первой меня увидела леди Ислауга и тут же бросилась ко мне.

— Торосс?! — Это был даже не крик, а настоящий вопль, в котором смешались и горе, и боль, и надежда. Она была очень бледна, и только глаза светились лихорадочным огнем.

Я не могла выдавить из себя ни слова. Она подошла ко мне вплотную, вцепилась в мое плечо и несколько раз встряхнула, словно из меня можно было что-то вытрясти.

— Где Торосс?!

— Он… он погиб… — с трудом выдавила я, чувствуя, что ей сейчас нужна только правда. Да и кто решился бы обмануть ее в такой момент?

— Погиб? Мой мальчик мертв! — Она отпустила наконец мои плечи и отшатнулась. Я видела в ее лице и горе, и ужас, и ярость, словно я была одним из врагов, словно это я убила ее сына. От этого ненавидящего взгляда я вздрогнула, как от удара.

— Он за тебя умер, а ты даже не любила его! Любая девушка побежала бы за ним, только пальцем помани, только глазом моргни. Одна ты от него отворачивалась. И чем ты его причаровала? Я еще простила бы тебя, если бы ты принесла ему Иткрипт. Но вот его нет… а ты, ты жива!

Я ничего не могла ей ответить, только молча смотрела на этот всплеск ярости. Она словно забыла, что я ничего не обещала и не могла обещать Тороссу. Сейчас она знала только одно: я и при жизни не дала ему счастья, а вот теперь он погиб, чтобы жила я.

Она наконец замолчала и, жутко перекосив рот, вдруг плюнула мне под ноги: — Будь ты проклята! Я всю жизнь буду ненавидеть тебя, а ты должна поклясться, что никогда не оставишь меня и Ингильду и обеспечишь нам заботу и защиту. Ты взяла жизнь нашего лорда, и теперь на тебе долг перед нами.

Это был старый обычай нашего народа. Она возлагала на меня ношу своей жизни, как долг крови, пролитой за меня. С этой минуты я должна заботиться о ней и Ингильде, как это делал бы сам Торосс.

Десять дней назад я видел Ульмсдейл, разрушенный стихиями. Зло, заключенное в людях, вызвало эту ярость природы. Потом была долгая и трудная дорога. И вот сейчас я смотрю на Иткрипт и вижу то же разрушение и те же развалины. И здесь человеческая злоба, правда, на этот раз без помощи Темных сил, успела превратить прекрасный замок в пепелище. Правда, не похоже, чтобы это сделали бронированные машины врага. Я, по крайней мере, сейчас нигде их не видел. Да и не было в Иткрипт подходящих для них дорог, и трудно поверить, что их можно было подвезти по реке. Но как бы то ни было, Иткрипт превратился во вражеский военный лагерь.

Враги поднимались по реке на лодках, и сейчас у противоположного берега красовалась целая флотилия.

Я задумался, что же делать дальше. Прежде всего, конечно, я должен был обо всем доложить лорду Имгри, но с другой стороны, не мог же я уехать, даже не попытавшись узнать, что стало с Джойсан. У меня из головы не шло мое видение: Джойсан в кольчуге и умирающий у нее на руках юноша.

Жива ли она? А может, попала в плен? По дороге сюда я несколько раз встречал следы небольших и явно не военных отрядов. Значит, хоть кому-то удалось бежать из обреченной крепости. Может быть, и Джойсан с ними? Но как отыскать крохотный отряд в этой горной лесной и, главное, совсем незнакомой мне стране?

Довольно долго стоял я в нерешительности. Долг воина звал меня на юг, но ведь и перед Джойсан у меня был долг — долг жениха. И тут я вспомнил о сигнальных постах. Я знал, что несколько должны быть рядом с Иткриптом. Если хоть один уцелел, я смогу отправить сообщение лорду Имгри и спокойно заняться своими личными делами.

С величайшей осторожностью я пробирался повыше в горы. С высоты я хорошо видел небольшие отряды врагов, разгуливающих по долине, словно у себя дома. Значит, они уверены, что все воины погибли и им бояться нечего. Некоторые из них гнали к лагерю скот, видимо, для обеда, какие-то группы разведчиков двигались в горы на западе. То ли это была запоздалая погоня за беглецами, то ли они искали возможность прохода своей армии через горный хребет. И если это им удастся, сбудутся самые дурные предсказания лорда Имгри. На южных равнинах наша потрепанная, почти партизанская армия окажется в кольце сильных и хорошо вооруженных врагов.

Хику оказалась действительно отличной лошадью и была как нельзя лучше приспособлена к этой единственной дороге. Она не боялась самых крутых и головокружительных тропок и, казалось, совсем не уставала. В общем, во всех табунах моего отца вряд ли нашлось бы такое сокровище.

Хотя обстоятельства и заставляли меня спешить, двигаться приходилось осмотрительно и осторожно, как в разведке. Я вовсе не хотел из-за нескольких выигрышных минут рисковать жизнью.

Я довольно быстро нашел место, где должен быть сигнальный пост, и, еще не дойдя до него, уже знал, что меня опередили. Посты эти всегда устанавливались скрытно, и к ним не должно было вести никаких следов, а тут было натоптано, как на большой дороге.

Я приготовил на всякий случай нож и поднялся в укромную пещерку, где обычно сидели три сигнальщика, но там никого не было, и только капли крови на земле могли рассказать об их судьбе.

Я нашел крюк, на который вешали полированный щит, отражавший солнечные лучи или свет факела в направлении следующего поста. Обгорелый затоптанный факел валялся на земле. Я попытался рассмотреть пост на ближайшей южной вершине. Может, сигнальщики перед гибелью успели предупредить их? А может, и там уже похозяйничали враги и я напрасно трачу время?

Я еще раз огляделся и решил, что пост разгромили не раньше сегодняшнего утра. Значит, они, скорее всего, наткнулись на него случайно и просто не успели бы добраться до следующего. Успели или нет сигнальщики передать сообщение, я все равно должен попытаться связаться с соседним постом.

Полированный щит был сильно помят и покорежен. Для работы он уже не годился. Сам я щита не носил, потому что в разведке он только помеха. Чем же передать сигнал? Я в отчаянии кусал пальцы, пытаясь хоть что-то придумать. У меня был с собой меч, охотничий нож и моток веревки, закрепленный на поясе — обычное снаряжение разведчика, и оно ничем не могло мне помочь. Свою кольчугу я сам покрасил в маскировочный зеленый цвет, чтобы блеск ее не мешал мне в разведке.

Я вышел из пещерки и еще раз осмотрелся, надеясь найти хоть что-нибудь, но ничего подходящего не было. Оставалось только одно — но это значило ставить на карту свою жизнь. Дымовой костер тревоги. Если с соседнего поста увидят здесь дым, они поднимут тревогу и пошлют разведчиков. Рано или поздно лорд Имгри получит точные сведения. Но этот дым наверняка увидят и враги из долины, а они настолько близко отсюда, что шансов спастись у меня практически не будет.

Я набрал сучьев, принес их на сигнальную площадку и зажег. Как только огонь разгорелся, я завалил его свежими листьями, и вот уже поднялись первые струйки тяжелого желтоватого дыма. Я отчаянно закашлялся, и на глаза навернулись слезы. Я отошел на пару шагов и протер глаза. Дым поднимался в небо плотным ровным столбом. Такой знак нельзя было не заметить. Ветра почти не было, и дым, не рассеиваясь, уходил все выше и выше. Можно было попытаться все-таки уточнить сообщение, разбивая дымовой столб по принятой у нас системе. Я взял в руки свой плащ и шагнул к костру. Наконец, когда я уже чуть не ослеп от дыма, я увидел вспышки со стороны соседнего поста. Меня заметили и поняли! Теперь я был уверен, что лорд Имгри в любом случае будет знать хотя бы, что Иткрипт в руках врага.