Чтение онлайн

— Потри их о стену.

Она хнычет от этого ощущения, прижимаясь своим скользким телом к кафелю, а я стону, сохраняя это воспоминание на потом.

— Пожалуйста, Роб, — выдыхает она.

— Что «пожалуйста», ангел?

— Пожалуйста, трахни меня.

Я умирал от желания услышать эти три коротких слова, но никогда не думал, что от них у меня так закружится голова. Приходится собрать все силы, чтобы отстраниться от нее, но я должен это сделать. Я не собираюсь трахать ее здесь. Она нужна мне в той постели, распластанной для меня, чтобы я мог исследовать ее, наслаждаться ею, но я всего лишь мужчина, и если она скажет это снова, я не смогу устоять во второй раз.

Я оставляю ее там, задыхающуюся, дрожащую, держащуюся за стену, и хватаю съемную насадку для душа, чтобы ополоснуть нас.

— Повернись.

Хэтти всегда прекрасна, но прямо сейчас, когда голова откинута назад, грудь вздымается, а по всему телу течет вода, просто сногсшибательна. Споласкивая ее ноги, я испытываю искушение повернуть насадку душа и заставить ее кончить прямо здесь, передо мной, но это не входит в мои планы. Мне нужно быть внутри нее, когда я заставлю ее кончить в первый раз. Оргазм, который я ей должен, принадлежит моему члену.

Я выключаю воду и выхожу, чтобы взять полотенца, быстро оборачиваю одно вокруг своей талии, а другое – вокруг ее плеч.

— Я сама могу вытереться, — говорит она, отталкивая меня, но я хватаю ее с обеих сторон и притягиваю к себе. Ссора с Хэтти заставляет мою кровь биться быстрее, чем что-либо другое, но мне нужно сдержаться, если я не хочу получить еще один из ее фирменных ударов по члену.

— Позволь мне, — я вытаскиваю ее из душа и нежно целую в шею, провожу полотенцем по ее спине и рукам. Встаю у нее за спиной, чтобы высушить ей волосы, затем разворачиваю ее и снова опускаюсь на колени. Подняв одну ногу, я кладу ее ступню себе на бедро и, только убедившись, что она полностью высушена, веду ее в спальню. — Ложись. На живот.

Она делает, как ей говорят, откидывает волосы на одну сторону и принимает позу, положив голову на ладони. На прикроватном столике стоит флакон масла с тем же ароматом, что и у геля для душа, и я разогреваю его в ладонях, прежде чем нанести ей на спину и плечи, спускаясь вниз по изгибу ее великолепной попки, все ниже и ниже, пока не добираюсь до лодыжек.

Я мог бы часами водить руками вверх и вниз по ее стройным икрам, по крепким мышцам бедер. Мог бы получать удовольствие от того, как реагирует ее тело, когда мои пальцы касаются нежной кожи с внутренней стороны, от тихих стонов, которые она издает, когда мои прикосновения становятся более жесткими. Забравшись на кровать, я сажусь на нее верхом и заставляю себя сосредоточить свое внимание на ее спине, а не на невероятном виде моей эрекции, покоящейся между ее ягодицами.

Плечи у нее напряженные, все в узлах, и я не торопясь смазываю их еще большим количеством масла, разминая подушечкой большого пальца. Неудивительно, что у Хэтти все в узелках. Не думаю, что за все время, что я ее знаю, я видел ее расслабленной, и знаю, что она не следит за собой должным образом. Отвечает на электронные письма в любое время суток, неправильно питается, при каждом удобном случае ругает меня своим маленьким сердитым ротиком. Вряд ли это можно назвать поступками умиротворенной женщины, а я не хочу для нее такой жизни.

Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей расслабиться сегодня вечером, и сделаю все возможное, чтобы она больше никогда так не перетруждалась.

Перебирая пальцами волосы у нее на затылке, я осторожно поворачиваю ее голову из стороны в сторону, но тихий писк заставляет меня остановиться.

— Ты плачешь?

— Нет, — она шмыгает носом, затем еще раз. Легкое подрагивание ее плеч говорит об обратном.

— Лгунья. Хочешь, чтобы я остановился?

— Нет.

— Хорошо, тогда, я продолжаю, — я ложусь рядом с ней, убираю волосы с ее лица и поглаживаю плечо. — Что случилось, милая?

— Не знаю. Честно, я не знаю. Это очень мило, я не расстроена, просто ты заставляешь отображать все мои чувства на моем лице.

— Тебе никогда раньше не делали массаж?

— Конечно делали, но не великолепный парень, когда его член прижимается ко мне.

— Значит, ты считаешь меня великолепным, — я касаюсь пальцем кончика ее носа. Хочу поцеловать ее, но знаю, что она мне не позволит. — Я так и знал.

— Ты просто невыносим, — она закатывает глаза и слегка приподнимается, вытирая лицо тыльной стороной ладони. — Пожалуйста, мы можем прямо сейчас заняться сексом? Честное слово, я в порядке.

— Чувствуешь, что готова?

— Да, обещаю.

— Перевернись на спину.

Глава 26

Роб

Мое самообладание висит на волоске, когда она переворачивается, открывая мне еще больше своего прекрасного тела. Месяцы, прошедшие с тех пор, как я встретил Хэтти, были самой долгой прелюдией в моей жизни, но я могу потерпеть еще немного.

Схватив ее за лодыжки, я подтягиваю ее ближе к изножью кровати, располагая так же, как в прошлый раз. С тех пор я мечтаю об этом каждую ночь. Я прокладываю дорожку поцелуев вверх по внутренней стороне ее бедра, пока мой рот не оказывается на его сгибе.

— Если телефон снова зазвонит, я выброшу его в окно, ты меня поняла?

Она морщит носик, сдерживает улыбку и кивает.

Так чертовски мило.

— Хорошо, ты вся моя.

Мое первое облизывание было долгим и медленным, и я наслаждался вкусом ее возбуждения, тем, как ее пальцы перебирали мои волосы. Она тихо стонет, выгибая спину, и я не торопясь исследую ее своим языком, изучая все способы, которыми могу доставить ей удовольствие.

Хэтти приподнимает колено над кроватью и отводит его в сторону, еще больше открывая себя для меня. Нет ничего более возбуждающего, чем когда женщина не стыдится своих желаний, своей потребности в удовольствии. Закинув ее вторую ногу себе на плечо, я кладу ладонь ей на живот и удерживаю ее неподвижно, пока ласкаю языком ее клитор.

Я не тороплюсь, но могу сказать, что она уже близка – ее дыхание прерывистое, глаза крепко зажмурены, мышцы живота сокращаются и расслабляются под моей рукой. Я провожу пальцем внутри нее, затем другим, направляя их вверх, поглаживая в такт ритму своего языка.

Затем ее бедра обхватывают мою голову, прижимаются к моему лицу, и ее стоны становятся громче. Я отрываю свой рот как раз перед тем, как она сорвется, лишая ее оргазма, который так сильно хочу ей подарить. Ее стоны разочарования возбуждают меня больше, чем когда-либо.

— Какого хрена, — рычит она, откидывая голову на спинку кровати. — Я думала, ты из тех мужчин, которые гордятся тем, что доводят женщин до оргазма? Не сдаваясь.

— Кто сказал, что я сдаюсь? Мы только начали, — я сильно посасываю ее клитор губами, мой язык настойчиво касается этого нежного комочка нервов, который заставляет ее выгибаться на кровати. Блядь, мне нравится видеть, как она одержима, но я снова останавливаюсь.

— А-а-ах! Это так похоже на мужчину – приблизить женщину к оргазму, а потом все изменить.