Чтение онлайн

Я отложил ручку и посмотрел в окно, где виднелись огни материка. Где-то там миллионы детей засыпали, зная, что завтра пойдут в школы, где их научат не только фактам, но и думать, мечтать, создавать.

— Знаешь, Шиго, — сказал я задумчиво, — мы хотели стать злодеями. А стали… кем?

— Людьми, которые изменили мир к лучшему, — ответила она. — Разве это не самое злодейское, что можно придумать?

За окном зажигались первые звезды, а где-то в глубине души я понимал: мы действительно были злодеями. Просто злодействовали против того, что мешало миру стать лучше.

И это, пожалуй, было лучшим видом злодейства.

– --

Образовательная революция завершилась полной победой здравого смысла. Мир понял простую истину: неважно, как называется организация — важно, что она делает.

Знаете, что самое сложное для злодея мирового масштаба? Не захватить мир. Не создать армию роботов. И даже не построить секретную базу на вулкане. Самое сложное — это организовать свадьбу, когда половина гостей — герои, четверть — злодеи, а остальная четверть — дети, которые изобретали роботов для украшения торта.

Я стоял в своем кабинете на вершине Башни Зла, смотрел на список приглашенных и думал: как же все изменилось за эти годы. Когда-то мечтал о мировом господстве, а теперь переживаю, хватит ли места на острове для всех, кто хочет присутствовать на «Свадьбе самых полезных злодеев в истории человечества».

Да, именно так СМИ окрестили наше мероприятие. «Дейли Планет» даже напечатала специальный выпуск с заголовком «Как правильно поздравлять злодеев с бракосочетанием: этикет для героев на злодейских торжествах».

— Дрю, — сказала Шиго, входя в кабинет с кучей образцов тканей, — у нас проблема с платьем.

— Какая проблема? — спросил я, не отрываясь от гостевого списка, где значились такие имена, как «Финес и Ферб (+ персональная ракета для свадебного фейерверка)», «Доктор Фуфелшмерц (+ полк роботов-поваров и оркестр из механических музыкантов)» и «Ким Поссибл (героиня-ренегат, защитница злодейского образования)».

— Дизайнеры не могут решить: делать платье в традиционном белом цвете или в фирменном черном цвете Лиги Зла. А один сумасшедший даже предложил платье, которое меняет цвет в зависимости от уровня злодейства невесты.

Я поднял глаза от списка:

— И какой у тебя уровень злодейства?

— По шкале от «помогла бабушке перейти дорогу» до «заставила весь мир получать бесплатное образование»? — она задумчиво посмотрела в окно, где виднелись корабли с гостями. — Думаю, где-то на уровне «принудительно сделала планету лучше».

— Тогда тебе нужно платье цвета «радужного добра с элементами благородной тьмы», — философски заметил я.

В этот момент в кабинет ворвался Норман в праздничном фраке, украшенном эмблемами всех наших проектов:

— Господин! Госпожа! У нас ситуация!

— Какая еще ситуация? — устало спросил я. За последние дни мы пережили доставку торта размером с небольшой дом (спасибо роботам Фуфелшмерца), установку системы безопасности от Финеса и Ферба (которая работала настолько хорошо, что даже мы сами не могли попасть в собственный дом) и прибытие оркестра из бывших злодеев, которые теперь музыкально просвещали массы.

— К острову приближается… — Норман сверился с биноклем, — …делегация Нобелевского комитета с совершенно новой премией!

— Какой еще премией? — переспросила Шиго.

— Они учредили специально для вас «Нобелевскую премию за выдающееся злодейство»! Прямо на свадьбу! Говорят, старые категории устарели, нужны новые!

Я и Шиго переглянулись. Нобелевская премия за злодейство. Им создали отдельную категорию. Специально для нас.

— И что они хотят? — спросил я.

— Вручить первую в истории премию за злодейство прямо во время церемонии! Говорят, это будет символично: «Союз двух злодейских сердец и признание их вклада в глобальное хулиганство!»

— Глобальное хулиганство, — повторила Шиго. — Нобелевская премия за глобальное хулиганство на злодейской свадьбе.

— А еще, — добавил Норман, явно наслаждаясь абсурдностью ситуации, — они официально переименовали Нобелевскую премию мира в «Нобелевскую премию за конструктивное злодейство и мирное хулиганство». Теперь все будущие лауреаты должны будут доказать свой «вклад в благородное вредительство».

Через два часа, главная площадка для церемоний

Остров не узнать. То, что когда-то было мрачным логовом злодея, превратилось в самое абсурдно-красивое место для проведения свадеб в мире. Розы соседствовали с табличками «Выращены методом злодейского садоводства», фонтаны работали на энергии солнца и ветра с пометкой «Экологический террор против загрязнения», а дорожки были выложены переработанным пластиком со знаками «Материал конфискован у загрязнителей природы».

Даже алтарь был украшен символами всех наших «преступлений»: красный крест наших клиник, зеленые листья экологических проектов, открытая книга образовательных программ и два скрещенных сердца с надписью «Злодейская любовь — самая опасная».

Гости собирались удивительные. Слева сидели бывшие злодеи в праздничных фраках с медалями «За выдающееся вредительство во благо» — теперь врачи, учителя, ученые-экологи. Справа расположились герои во главе с Ким, которая гордо носила новый титул «Почетный враг плохого образования». В центре — семьи наших учеников с самодельными транспарантами «Да здравствуют наши любимые образовательные террористы!» и «Спасибо злодеям за то, что заставили детей полюбить школу!»

Самыми почетными гостями были Чешир и Хельга, которые восседали на тронах с табличками «Главные консультанты по злодейским отношениям» и «Эксперты по кошачьей мудрости». Рядом устроились Финес и Ферб с устройством размером с небольшой дом, которое, судя по их довольным лицам и мигающим лампочкам, должно было превратить церемонию в «самое эпичное событие в истории свадеб».

— Дрю, — прошептала Шиго, стоя рядом со мной перед алтарем, украшенным символами всех наших проектов, — ты когда-нибудь думал, что мы дойдем до этого?

— До чего? До свадьбы или до Нобелевской премии за злодейство?

— До того, что изменили мир, оставаясь злодеями.

Я посмотрел на собравшихся гостей. Вот родители, чьи дети получили бесплатное лечение в наших клиниках. Вот учителя, которые перешли на наши образовательные методики. Вот экологи, использующие наши технологии очистки планеты.

— Знаешь, Шиго, — сказал я, — мы не изменили мир. Мы просто показали ему, что добро и зло — это не названия организаций. Это поступки.