Чтение онлайн

— Харитон, уведи ее отсюда! — крикнул он, перекрикивая шум, который издавала наша мать. — Отведи ее в ее комнату, — мать затихла, услышав голос своего сына.

— Глеб, — прошептала она, поворачиваясь и обнимая его за шею. — Глебушка. Не переживай, сынок, я защищу тебя. Я защищу тебя от этого чудовища.

Легкие болезненно сжимались, когда я заново училась дышать.

"Ты, которая чуть не убила его!"

“Я защищу тебя от этого чудовища.”

Харитон помог мне подняться и я бы хотела перестать плакать, но не могла. А когда я не смогла сделать и шага, так сильно меня била крупная дрожь, он наклонился, завел одну руку мне за спину, другую — под колени, и поднял меня на руки.

— Всё хорошо, мама, — услышала я нежные слова Глеба, когда мы с Харитоном уже почти покинули комнату. — Все хорошо…

Услышав его слова, нежные, добрые, но предназначенные для моей матери, я зарыдала еще сильнее, уткнувшись в костюм Харитона. Это тоже было неимоверно больно…

Он, донеся меня до комнаты, молча уложил меня на кровать, накрыл одеялом мое дрожащее тело и отошел к двери.

Обхватив руками колени, я содрогаясь всем телом от неистовых рыданий. Мои пальцы были крепко сжаты в кулаки, но боли было недостаточно, чтобы помочь мне справиться со всем этим.

Она пыталась убить меня.

Моя собственная мать пыталась убить меня.

И уже не первый раз…

Почему?

Почему она так сильно меня ненавидела?

— Ты идиотка! — рявкнул Глеб, входя в комнату. — Зачем ты одна поплелась в ее комнату? Жить надоело?!

Мои влажные глаза метнулись к нему и я открыла было рот, чтобы что-то сказать в свое оправдание, как он тут же прервал меня.

— Заткнись! — прикрикнул он. Наклонившись вперед так, что я вздрогнула, он продолжил: —Как ты можешь быть такой гребаной дурой?

Ногти яростно впились в мои ладони и я закусила губу, судорожно втягивая воздух и вздрагивая от резкой боли при каждом вдохе.

— Господи, Таня. Как ты теперь пойдешь на бал, если ты так выглядишь? — Повернувшись, он уже обратился не ко мне: — Принеси ей лед для лица, Харитон. И мазь от синяков.

Я продолжала немо смотреть на него, когда его взгляд упал на мои руки и в его лице появилось гневное недоверие.

— Подожди, — пробормотал он, когда Харитон, исполняющий в данный момент роль личного помощника и главы охраны, уже собрался уходить. Глеб протянул руку и его пальцы сомкнулись на моем запястье. — У тебя кровь. Черт возьми, Таня! Что же ты с собой делаешь? Харитон, приведи доктора. И сделай так, чтобы никто не знал, что он здесь.

Я быстро посмотрела на свои руки и поняла, что он был прав.

Кровь стекала по моим зажатым пальцам и падала мелкими каплями на простыню. Харитон кивнул и поспешно исчез за дверью, в то время как Глеб, не отрываясь, смотрел на мой окровавленный кулак, с эмоциями, которые я не могла считать.

— Что она имела в виду? — прохрипела я, превозмогая боль саднящего горла.

Его взгляд метнулся к моему лицу.

— Что?

— Она сказала… она сказала, что я чуть не убила тебя.

Лицо Глеба окаменело, губы сжалась в тонкую линию, а глаза сверкнули так опасно, что мне показалось, он даст мне пощечину. Казалось, он не собирался отвечать на мой вопрос и его пауза была тому свидетелем, но он вдруг заговорил:

— У нее не все в порядке с головой, — сердито сказал он мне, резко выпустив мою руку, словно она его обожгла. — И я начинаю подозревать, что и у тебя тоже, раз ты продолжаешь ослушиваться меня!

Каждое его слово обрушивалось на меня будто пощечиной.

Казалось, что с каждым словом он заживо сдирал с меня кожу.

— Не выходи из своей комнаты, — прорычал Глеб. — И никому, даже папе, не рассказывай о том, что произошло.

Затем он повернулся и зашагал к двери.

А потом исчез.

Прошла всего минута, когда мой телефон вдруг завибрировал на тумбочке. Сделав глубокий вдох, я разжала одеревеневшие пальцы.

Не обращая внимания на кровь, я потянулась к нему и прочитала сообщение на дисплее.

“Не прошло и 24 часа с нашей последней встречи, а я уже скучаю по тебе. Позвони мне, когда у тебя будет время. Люблю тебя.” Оно было от Данила.

Слезы навернулись на мои глаза. Я вернула свой, теперь уже окровавленный, телефон на тумбочку и прижала руки к груди, где болталосьего кольцо.

Потом я заплакала.

Я рыдала взахлеб, но по привычке не издала ни звука…

POV Даня

Я с улыбкой смотрел в темный потолок.

Десять минут назад Таня позвонила мне из Японии иее голос звучал невероятно устало. Я подумал, это из-за смены часовых поясов, а потому попросил ее отдохнуть и не нагружать себя учебой, которой она наверняка планировала заняться. А она в свою очень, попросив меня не отрываться по полной, напиваясь в мясо, и не садиться за руль пьяным, закончила разговор и даже не забыла напоследок сказать, чтотоже скучала по мне.

Она была не из тех, кто говорил ласковые слова, будучи холодной на проявление чувств, отчего все ее признания звучали натянуто и вымученно. И когда же мне все-таки удавалось выцыганить у нее что-то такое, я подпрыгивал где бы я ни был и сотрясал кулаком воздух, радуясь этому как малолетний пацан раздуется карманным деньгам от родителей.

Это был несравненный прогресс в наших отношениях, но я ждал большего — ждал, что она скажет мне те слова, которые я так давно хотел услышать из ее сладких уст.

Уже была середина ночи, а я всё никак не мог уснуть, думая о ней. Я ожидал, что вырублюсь, как только моя голова коснется подушки, неимоверно устав от всего того хаоса, который творился дома днем, но не тут то было…

В преддверии Нового года моя семья устроила большой и пышный ужин со всеми своими родственниками, которые прилетели по этому случаю к нам в гости со всех уголков мира. Прилетел даже мой дядя из Лондона, вместе со своей женой и двумя дочками, моими раздражающими и заносчивыми двоюродными сестрами. Большую часть дня я провел, прячась от них, потому как они устроили между собой соревнование, кто больше меня разозлит.

Вспомнив об этом, я сердито выдохнул и решил почитать комиксы, чтобы заснуть. Я откинул одеяло, встал с кровати и уже собирался направиться к книжной полке, когда зазвонил мой телефон.

Первой моей мыслью было — это Таня, а потому, недолго думая, я нагнулся, чтобы взять телефон с тумбы. Но взяв его в руки, я нахмурился — на дисплее вместо “Принцесса” высветилось “Череп”.

— Череп, сейчас три часа ночи, — ответил с укоризной в голосе.

Если этот придурок снова попросит меня забрать его из бильярдной, где он в прошлый раз накидался в дрова и затеял драку, я решил, что без раздумий отключу звонок.