Чтение онлайн

— Я злюсь на тебя, — прошептал он мне на ухо.

Я вздрогнула и он, почувствовав это, беззастенчиво усмехнулся.

— Отойди, — почти взмолилась я.

— Ты даже не поздравила меня с днем рождения. Знаешь, как мне было очень больно.

— Я была… занята.

— Чушь собачья, — огрызнулся он, подняв голову и пронзив меня злобным взглядом. — Но я забуду об этом и, в отличие от тебя, не стану держать обид.

— Я не держу обид, — тут же парировала я.

— Чушь собачья, — повторил он и неверием в мои слова довел меня до грани. — Если бы не держала обид — ты бы ответила хотя бы на один мой звонок.

Больше не теряя времени даром, я сделала то, что давно хотела сделать.

— Таня! — злобно прорычал Данил сквозь зубы, скорчившись от боли и схватившись за живот. — Снова! Ты, мать твою, снова меня ударила!

— Скажи спасибо, что я не вырубила тебя, — прошипела я, наконец, получив свободу от его тисков.

Пройдя мимо согнувшегося пополам Громова, я бросилась к двери. Но прежде чем уйти, я хотела увидеть Ксюшу. И я увидела ее, да не одну, а в компании Орлова. И судя по тому что я застала их за поцелуем, миссия Громова прошла более чем успешно и закончилась примирением нашей птичьей пары. Быстро они…

— Видишь? Они уже помирились, — сказал Данил, вдруг оказавшись за моей спиной и побудивший меня возобновить шаг. — Почему мы так не можем, Градова?

— Потому что ты придурок, Громов, — едва выпалила я, толкая дверь на выход.

*****

Это было почти месяц назад.

Я ничего не слышала от Данила со дня его рождения. Но с тех пор, как мы встретились в книжном магазине, он продолжал звонить мне снова и снова. Я позволяла ему это, но не ответила на ни один из звонков.

И с тех же пор Ксюша стала что-то подозревать.

Она еще в пиццерии заметила мелькнувшую фамилию Данила на моем телефоне. И хотя я просила ее никому, даже Ульяне, не рассказывать ни о его звонке, ни о моей встрече с Громовым в книжном, я знала — она понимает, что нас с Данилом что-то связывает. Но у нее хватило ума не расспрашивать об этом.

— Мы приехали, — сказала я ему, припарковав машину у обочины. — Вылезай.

Громов взглянул на меня с задумчивым выражением лица. Он барабанил пальцами по колену, его кольца тихонько позвякивали, ударяясь друг о друга. Этот звук должен был успокаивать, но в текущей ситуации он лишь раздражал.

Он меня вообще слышал?

Пока он не торопился покидать моей машины, я не могла спокойно сидеть на месте. Поэтому мой взгляд стал метаться по зеркалам.

Глеб был чрезмерно строг со мной после званого ужина у Кравцовых и даже приставил ко мне телохранителя, прежде чем уехать обратно в Японию. Какое-то время я даже не могла сама водить машину до универа и обратно, пока на прошлой неделе я не позвонила Глебу и не сказала, что не смогу гулять с Ксюшей, если буду постоянно находиться под присмотром его охраны. Поэтому Глеб сжалился и отдал приказ телохранителю присматривать за мной издалека.

А поскольку Диану нанял, как оказалось, мой брат, а не моя мать, я больше не могла вести себя свободно и в ее присутствии тоже.

Я была окружена со всех сторон. Я чувствовала себя заточенной в замке, окруженном рвом, через который мне было никак не перебраться.

Я даже не могла отвечать на звонки Аглаи, что ежедневно засыпала меня сообщениями, спрашивая, почему я не звоню и не отвечаю ей в последнее время. А я просто не хотела проблем для нее, которых она могла получить из-за продолжения общения со мной.

— Ты очень странно себя ведешь, — протянул Данил.

— Заткнись, — пробормотала я.

— Ты от кого-то скрываешься? Кроме меня?

Шумно вздохнув, я повернулась к нему.

— Ты не в себе, — отозвалась я и добавила: — Просто убирайся, Громов.

И тут я увидел ее.

Машину.

Машина моего телохранителя.

Она подбиралась всё ближе и ближе, достигая опасной границы.

— Ты побледнела, — Данил обхватил мое лицо рукой и повернул к себе. — Что случилось?

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Уходи.

В мгновение ока его лицо ожесточилось. А затем, казалось, он что-то для себя решил, потому что, прежде чем выйти из машины, он выхватил ключи из зажигания.

— Эй! — только и успела крикнуть я, как он уже обогнул капот и открыл дверь с моей стороны.

— Выходи, — в неоспоримо приказном тоне выпалил Громов.

— Нет…

Но ему не было дела до моего слабого сопротивления, когда он схватил меня за руку и силой вытащил наружу. Он потащил меня к пассажирской стороне, открыл дверь и буквально затолкал на сиденье.

У меня не было выбора, я не хотела устраивать сцену, потому как машина моего телохранителя неотвратимо приближалась к нам, вместе с моей погибелью. Именно по этой причине я помалкивала и покорно мирилась с происходящим, видя как Громов устраивался за рулем моей машины.

Он выглядел как никогда прежде мрачным, сердитым, разозленным. Но я не могла подумать об этом, по мое сердце всё еще бешено билось в груди. Нельзя было допустить, чтобы меня увидели с Громовым. Глебу бы это не понравилось…

С диким ревом двигателя Данил погнал машину куда-то прочь от этого места. Мне лишь осталось схватиться за ручку двери, чтобы удержаться на месте, когда он резко свернул за угол.

А спустя еще несколько поворотов, когда я решилась посмотреть назад и не увидела машины моего телохранителя на хвосте, меня с головой захлестнуло облегчение.

— Что это, блять, было?

Я повернулась, чтобы посмотреть на Громова, выныривая из прострации.

— Что? — проблеяла я не своим голосом.

— Чего ты так испугалась? — спросил он, подобно выстрелу в упор.

Мои губы раскрылись, чтобы ответить, но из них не вырвалось ни звука.

Я не смогла. Не знала, что ответить.

Он заехал в ближайший двор и заглушил мотор.

— Это он? — спросил Данил, прежде шумно выдохнув. — Это был Глеб, да?

Сжав руки в кулаки, я покачала головой и отчасти не соврала, за рулем ведь был не мой брат.

— Градова, не смей мне врать. Я знаю это выражение твоего лица. И единственный человек, который мог его вызвать, — это твой ублюдок брат.