Чтение онлайн

Второй курс заканчивался, а вместе с ним и все шансы на то, что мы с Данилом снова будем вместе. И пока Глеб будет упрямо добиваться своего, мы никогда не будем вместе.

Было уже слишком поздно.

Но почему-то мне хотелось, чтобы это было не так.

Я хотела увидеть его, как бы сильно я не хотела признаваться себе в этом.

Как же я хотела его увидеть сегодня…

— Знаешь, скоро у меня день рождения, — тихо прохрипел Данил. — Я хочу увидеть тебя.

Его слова прожгли во мне дыру.

Дыру в самом сердце.

Я зажмурила глаза от боли.

— Нет, — сказала я мягко и твердо.

— Принцесса…

Боже, Боже, Боже…

Ну почему это было так трудно и больно?

— Нет, — более твердо ответила я, открывая глаза.

— Пожалуйста.

— Прощай, Громов.

Сказав это, я повесила трубку.

Потом обхватила себя руками и выглянула в окно, стараясь не заплакать, глядя на звездное небо.

— Таня, — позвал Глеб, открывая дверь в мою комнату и невольно призывая меня взять себя в руки. — Пора ехать к Кравцовым.

Обернувшись, я не удержалась и спросила:

— Глеб, ты уверен в этом?

В мгновение ока лицо брата потемнело.

— Не задавай мне вопросов.

— Илья Артемович… Илья даже не знает… Он даже не догадывается…

— Замолчи, — приказал Глеб низким, смертоносным голосом.

Я замолчала и сморгнула навернувшиеся на глаза слезы.

— Пошли, — продолжил он. — Я не хочу опоздать на ужин.

— Прошу тебя, — взмолилась я тоненьким голоском. — Не делай этого.

Он подошел ко мне, и я, запрокинув голову, уставилась на него. Его глаза были холодными, челюсть напряженной, и, взяв мое лицо в свои руки, он прошепталслова, которые полностью разбили мое сердце:

— Я уже сделал это.

POV Даня

Я не мог выбросить это из головы.

Была пятница. Прошла неделя и один день с тех пор, как я в последний раз разговаривал с Таней.

Это был мой день рождения.

Я поднес бутылку к губам и сделал долгий глоток. Глядя в темноту с балкона Черепа, я оперся локтями о перила, желая, чтобы она была сейчас здесь, со мной.

Весь день я только и делал, что надеялся на это.

И то, что мне отказали в единственном подарке на день рождения, о котором я так отчаянно желал и молил, разбило и опустошило меня.

Родителей, как всегда, не было в городе, чтобы отпраздновать день рождения своего единственного сына. А мне и было всё равно. Раньше, когда я был маленьким, меня это задевало и обижало, но не теперь.

Отец до сих пор злился на меня за то, что я не пришел на благотворительный бал в канун Нового года, впрочем, не он один. И он всё еще был разочарован тем, что я не стал идеальным сыном, о котором он всю жизнь мечтал. Вот только ему было не объяснить, что он не приложил своей руки к тому, чтобы я вырос тем, кого он хотел во мне видеть, и теперь попросту пожинал свои плоды отсутствия в жизни сына. Он даже не позвонил, чтобы поздравь меня. А вот мать позвонила, но я не ответил. Я не нуждался в ее фальшивых и неискренних поздравлениях.

Вениамин был первым, кто меня поздравил.

Он пришел в мою комнату в полночь, зная, что я еще не спал, читая комиксы, и подарил мне ящик пива.

— Только родителям не говорите, — сказал он, когда мы устроились в гостиной. — Я еще не готов к увольнению.

— Я единственный, кто может тебя уволить, — проворчал я. — Не забывай, они наняли тебя для меня. И пока ты полезен — ты будешь работать на меня.

— Вы не можете меня уволить, Данил Денисович, — ухмыльнулся Вениамин.

— Ты можешь хотя бы сейчас называть меня по имени? — раздраженно пробормотал я, окидывая его хмурым взглядом. — Сделай мне подарок на день рождения.

— Я уже сделал вам подарок, — сказал он, кивая на ящик, из которого мы уже пригубили по бутылочке. Губы телохранителя дрогнули, когда он нахально добавил: — Данил Денисович.

Засранец…

Мои друзья были следующими, кто поздравил меня, встретившись в универе. Череп ударил меня по плечу и поздравил с днем рождения. И пока я отбивался от его нападений, к нам подошли Леха и Влад, каждый из которых пробормотал свое поздравление.

— С днем рождения, малыш, — сказал я, отталкивая от себя Черепа.

Не у меня одного сегодня было день рождения. Мы с Рябининым родились в один день, но с разницей в целый год.

— Ага, — пробормотал он в ответ.

— Влад, ты уверен, что не хочешь, чтобы сегодня на вечеринке были девушки? — Череп хмуро посмотрел на младшего именинника. — Ты точно уверен?

— Уверен, — Рябинин нахмурился. — Это мой день рождения, разве я не имею права голоса?

— Это и мой день рождения, — отозвался я, сложив руки на груди.

— Я не пойду на вечеринку, если там будут девушки, — проворчал Рябинин, подобно капризному ребенку.

Мы уже говорили об этом и спорили вчера, и позавчера, и неделю назад. Я понимал, почему этот сопляк был непреклонен в своем желании не пускать девушек на вечеринку. Ему не нравилась Ксюша, не нравилось видеть Лешу вместе с ней и всё это Бог знает по какой причине…

Несмотря на то что Ксюша всё чаще проводила с нами время, Рябинин так и не проникся к ней симпатией.

Если бы он разрешил девчонкам присутствовать — Ксюша обязательно пришла бы в числе первых. И хотя это был еще и мой день рождения, я не хотел портить Владу этот день, поэтому не стал оспаривать его решение. Не стал спорить и Орлов.

Я надеялся, что Таня поздравит меня следующей. Но за весь день в универе я ни разу не видел ее. Ни взгляда, ни ее тени.

Я знал, что она была в универе, потому что больная или нет, она никогда не пропускала занятий, так было в школе, так продолжалось и сейчас.

Она пряталась от меня. Избегала меня.

Она даже не удосужилась позвонить мне или просто написать.

А я надеялся. До последнего надеялся, а потому чувствовал себя полным дерьмом.

Что еще больше усугубляло мое хреновое настроение, так это наш препод, Кравцов.

В последние дни его поведение было странным, он вел себя как-то подавленно. И как бы я ни издевался над ним, он лишь молча смотрел на меня и продолжал лекцию.

Когда пара закончилась, Кравцов зачем-то подозвал меня к себе. Я сказал Орлову идти вперед на парковку, а сам пошел к преподавателю выяснять, что ему было нужно от меня.

— Насколько хорошо ты знаешь Таню Градову? — внезапно спросил он меня.

Это было то, чего я совсем не ожидал.

— Чего?

— Я видел вас в прошлом году, — сознался Илья, постукивая ручкой по своему столу. — Вы целовались на парковке.