Чтение онлайн

Мой пульс участился, когда он посмотрел прямо на меня. Его рука нежно приподняла мой подбородок, а его голова начала неспешно приближаться ко мне. Воспоминания о той ночи, когда я соблазнила его, вспыхнули в моей голове, и я с трудом подавила новую дрожь своего предательского тела.

— Ты знаешь, как тяжело быть вдали от тебя?

От его слов предвкушение мигом исчезло, оставив на своем месте жгучую ненависть.

Потому что я вдруг вспомнила.

Я вспомнила его машину.

И девушку на пассажирском сиденье.

Их близость и ее улыбку.

Именно поэтому я так долго не могла заснуть, ворочаясь с боку на бок, терзаемая мыслями о том, что они могли делать после этой поездки.

Гнев и обида закипели во мне, когда я почувствовал, как мою грудь сдавило, словно на нее навалилась бетонная плита.

После того, что я видела, как он мог так поступать со мной? Как он мог продолжать говорить столь красивые и желанные слова, в которых не было ни грамма правды?

Бросив на него презрительный взгляд, я злобно прошипела:

— Как ты смеешь прикасаться ко мне после нее? После той девушки, которую я видела в твоей машине. Ты хочешь целовать меня теми же губами, какими целовал ее?

Это заставило его замереть в паре сантиметров от моего лица и задуматься.

А всего через мгновение на его лице отразилось чувство вины, которое больно ударило по моему сердцу.

Очень больно.

— Убирайся из моей постели, Громов.

Он уставился на меня с сожалеющим выражением лица и глазами, выражающими открытую боль.

Боль и чертово сожаление.

Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но передумал. Закрыв глаза, он убрал руки от моего тела, а я торопливо повернулась к нему спиной, чтобы не видеть этого предателя. И не видеть, как он уходил от меня.

— Я не трахал ее, — услышала я его слова и крепко зажмурила глаза.

— Мне все равно.

— Может быть, мне тогда вернуться к ней?

Волна боли прокатилась по мне и я, незаметно для Громова, проглотила болезненный ком в горле.

— Возвращайся и передай ей привет от меня, — пробормотала я.

— Ты действительно этого хочешь?

Его голос был нежным, но я не собиралась поддаваться ему, как это было когда-то давно.

Он лжец и предатель, таким нельзя поддаваться, таких нельзя впускать в свое сердце, таких нельзя любить…

— Тебе все равно, чего я действительно хочу, — прошептала я. — Тебе всегда было все равно на меня.

Он больше ничего не сказал.

Когда я рискнула повернуться, его уже не было в моей комнате. Лишь открытое сильнее окно говорило о том, что он и впрямь был здесь и что это не было уловкой моего больного воображения.

Занавески колыхались от дуновения ветерка и я некоторое время зачарованно смотрела на них.

А вспоминав, как он меня обнимал, я чувствовала, как слезы защипали глаза.

Потом я наконец выпустила их наружу, выжигая новое воспоминание в своем сердце и зная, что шрам от этого ожога будет жить там вечно вместе с остальными…

Глава 14. Хорошие актеры

*Даня и Таня в возрасте восьми лет*

Прошел год с тех пор, как Таня и Данил стали друзьями, и казалось, что с каждым днем их дружба становилась только крепче. И не имело значения, что они редко встречались, поскольку жили в разных городах. Важно было то, что, когда они встречались, казалось, что уже никогда не расстанутся друг с другом.

Однажды утром Данил удивил Таню, придя к ней домой. Таня всегда посещала его дом, поэтому она очень удивилась и обрадовалась, когда впервые увидела Данила у себя в гостях.

— У вас такой необычный дом, — заметил Данила, когда Таня принялась проводить ему экскурсию.

Она посмотрела на него и нахмурилась.

— Это плохо?

— Нет, — ответил он, покачав головой. — Просто здесь сочетаются культуры сразу двух стран. Я никогда раньше такого не видел. Мне здесь нравится.

Улыбнувшись, Таня повела Данила в сторону своей комнаты.

— Это мама с папой так постарались. Папа купил нам этот дом, а мама добавила в него частичку любимой Японии, где она прожила большую часть жизнь, — объяснилась Таня, заведя Данила в свою комнату.

Он остановился у двери и обвел взглядом ее комнату. Его первой мыслью была то, что еекомната казалась слишком взрослой для девочки, которой всего восемь лет. Здесь был безупречный порядок и не было ни одной куклы или игрушки, только полки с книгами. Ни намека на детство, ни намека на веселье.

Очевидно, обстановка не соответствовала интересам Тани. И Данил знал, чтоза всем этим стояла ее мать.

Когда он перевел взгляд на застенчивую Таню, то увидел, как она сжимала свои руки в крошечные кулачки.

— Ты же не собираешься пинать меня, правда? — спросил он ухмыльнувшись.

Ему нравилось напоминать ей об этом. Потому что, когда Таня злилась, она казалась ему очень красивой.

— Пну, если ты так этого хочешь, — раздраженно ответила она, нахмурив свои темные брови.

Он усмехнулся и сел на диван, а затем, широко улыбнувшись, сказал:

— Так, получается, ты принцесса.

— Почему это? — спросила она, садясь рядом с ним.

Данил пристально смотрел на нее.

— Умная, красивая, живешь в замке.

— А ты тогда, получается, принц? — спросила Таня, с трудом сдерживая улыбку от такого комплимента.

— Нет, я просто Данил, а ты — моя Принцесса, — уверенно парировал Данил.

— Ты теперь так всегда будешь меня называть? — спросила она, подозрительно глядя на него.

— Тебе не нравится?

Таня обнаружила, что не могла резко возразить, потому как ее щеки пылали от смущения, а внутри расплылась приятная нега. Данил смотрел на нее с таким нежным выражением, что ей пришлось отвести взгляд, чтобы собраться с мыслями.

— Нравится, — тихо призналась она.

— Тогда можно я буду называть тебя Принцессой?

Она глубоко вздохнула и снова посмотрела на него. Его глаза были почти что умоляющими, как глаза у котенка, выброшенного на улицу и умоляющего тебя приютить его, накормить и подарить ему любовь. Ну разве можно было ему отказать?