Чтение онлайн

Этот придурок даже не спал в ту ночь. До самого рассвета он просидел в своем подвале, вымещая свой гнев на боксерской груше.

— Так вот куда ты их всех водишь, — пробормотал Тодошев, осматриваясь по сторонам.

Я хотел было что-то сказать, но в этот момент поймал убийственный взгляд Орлова, которым тот наградил Тодошева, а потому промолчал, стиснув зубы от увиденного зрелища.

— Стало быть, ты знаешь, почему оказался здесь, — пробормотал Леха, сглаживая выражение лица, когда Тодошев снова сосредоточился на нем.

— Да, догадываюсь. Я не очень то хороший человек.

— Я тоже, — отозвался Леха, пожимая плечами. — Но, заметь, я нахожусь по другую сторону баррикад.

— Может, уже что-нибудь сделаем? — пробормотал Череп.

Он явно начинал нервничать. И не только он один. Все парни на складе были напряжены. И даже я. И хотя я верил, что Орлов знал, что делал, это не означало, что мне нравилось происходящее.

— Лех? — подал я голос.

— Терпение, Даня, — сказал он, подняв руку и оглядевшись через плечо.

— Да, — согласился Тодошев. — Терпение, ребята.

Я не знал, смеяться мне или злиться.

Я тоже плохо спал с тех пор, как Ксюша получила звонок от Тодошева. Никто из нас не спал. Я был занят планированием и следил за тем, чтобы никто из нас не облажался, Влад был занят хакерством, а Череп выполнил самую ответственную работу. С помощью данных, полученных Владом, Череп с помощью Вани заманил Тодошева в ловушку, притворившись покупателем.

Окинув Черепа взглядом, я заметил на нем явные признаки драки. Должно быть, Тодошев оказал сопротивление, не желая оказаться пойманным избежать того, что разворачивалось прямо сейчас.

Взять его было нелегко, даже при наличии всех данных. Тодошев редко выходил на поле боя. Ранее мы отправили ему сообщение с просьбой о встрече, все также притворяясь покупателями, но даже с учетом хитроумного прикрытия Рябинина Тодошева было не обмануть. У этого больного ублюдка был код. Без кода он не выходил на встречи, а узнать его было почти невозможно.

Без хакерских навыков Влада мы бы никогда этого не сделали.

— Зачем ты поставлял наркоту? — неожиданно спросил Орлов и атмосфера на складе мгновенно стала напряженной.

Настал черед Тодошева пожать плечами.

— Мне нужны были деньги.

— Зачем? Ты не нищий. У тебя есть квартира и даже тачка.

— Значит, вы кое-что обо мне выяснили, — ответил Тодошев с ухмылкой. — А вы выяснили что-нибудь о моей семье? Например, то что моя мать любит жить на широкую ногу, но при этом ни дня в своей жизни не проработала? Или то что моя пенсия по потере кормильца, после смерти отца, никак не может покрыть наши расходы?

— Прекрати нести чушь, Тодошев, — перебил его Леха. — И как же, скажи, твоей матери удается жить на широкую ногу, если она никогда не покидает квартиру?

Тодошев уставился на него, а затем начал смеяться.

— Ты подсадил свою собственную мать на наркоту, — прямо заявил Леша, дав этому ублюдку вдоволь насмеяться.

Именно тогда притягательная, безмятежная аура Тодошева дала трещину. Его тело дернулось, а лицо покраснело.

— Она меня раздражала, вечно мешала, — прошипел он. — Так что я от нее отвязался, найдя ей увлекательное занятие. Не переживай, ей все нравится.

Я увидел, как руки Орлова сжались в кулаки так сильно, что кожа на костяшках пальцев побелела.

Это был нехороший знак.

— Почему ты связался с наркотой? — спросил я и взгляд Тодошева метнулся ко мне. — Дело же не в деньгах.

Тело Тодошева напряглось от моего вопроса, а глаза метнулись в сторону.

— Речь никогда не шла о деньгах, — признался он. — Это была власть.

— Власть?

— Просто удивительно, что наркотики могут сделать с этими богатыми выродками, — Тодошев усмехнулся. — Они всегда хвастались перед моим носом своими деньгами, задирали меня, потому что я не был таким обеспеченным, как они, не был богатым наследником или кем-то в этом роде, — его взгляд стал задумчивым. — А теперь… Теперь они отдают мне все свои деньги, позволяя мне разрушать их жизни, позволяя делать с ними всё, что я захочу, потому что теперь я им нужен. Я им нужен, понимаете?

Мы задолго до сегодняшнего дня узнали, что над ним издевались еще в школе. Но в старших классах над ним уже не издевались и, кажется, я догадывался почему. Уже тогда он начал приторговывать наркотой. Тем не менее травля не была позволительной причиной для того, чтобы вот так разрушать чужие жизни.

— Ты больше не будешь им нужен, Тодошев, — отрезал Леха. — Потому что ты больше не появишься в нашем универе. Более того, ты не появишься в этом городе.

Тодошев застонал.

— Ты делаешь мне больно, Орлов. Я же только начал расширяться, ты же это знаешь.

Расширяться до чего? До наркотиков для изнасилования?

— У него явно не все дома, — заметил шепотом Череп и я тихо согласился с ним.

Леха натянуто улыбнулся.

— Мне тебя совсем не жаль. Лучше скажи, Тодошев, — он наклонился к нему, уперевшись локтями в колени и сцепив руки в замок. — Кто тебе помогал? И кем были твои покупатели? Не с тебя же одного спрашивать.

— То есть вы не в курсе? — спросил он, вздернув от удивления бровь.

— Ты для этого хорошо постарался.

Тодошев некоторое время смотрел на него, а потом согласился:

— Хорошо. Если уж я собираюсь опуститься на самое дно, то могу взять их с собой. В конце концов, — он вызывающе ухмыльнулся, глядя на Орлова, — что может сделать против нихкучка парней с обостренным чувством справедливости? Хреновы мстители…

Мы оставили его замечание без комментариев, хотя и могли ответить. Леха кивнул Ване и тот передал ему распечатанные копии файлов Тодошева. Один за другим Тодошев называл к каждому кодовому имени реальное, а Ваня записывал их в свой телефон.

В какой-то момент мы с Орловым переглянулись и поняли друг друга без слов.

Это было нечто большее, чем мы предполагали.

И мы не смогли бы справиться с этим в одиночку.

Допрос тем временем продолжался. Тодошев действительно сотрудничал с нами. Но что удивило меня, так это то, как Леха контролировал себя и держал в руках. Это было поводом для восхищения. Потому что такой самоконтроль явно стоил Орлову огромных сил.

Но потом Тодошев в один миг разнес всё в пух и прах.