Чтение онлайн

Солнце уже скрылось. Вилль представил, как оно, сладко зевнув, падает в заботливо переплетённые ветви яблонь и груш, точно в гамак, а те передают его спрятавшим колючки ароматным малине да терновнику, и, наконец, оно укладывается в мягкой, им же самим согретой траве. И заброшенный сад до утра хранит его покой.

Кладоискатели стали готовиться к посиделкам у ночного костра. Эртан пошёл за дровами, Лесовята мужественно вызвались собрать хоть какой-нибудь урожай по кромке сада (только и слышалось "Брат, давай подсажу!", "Брат, осторожно, там змеюка!"), а девочки соображали романтический ужин. Медовухи было мало, но много и не требовалось.

Вилль снова спустился к озеру. Он не был уверен, что днём действительно слышал здесь песню. Быть может, сам придумал мотив и слова сочинил, но аватару отчаянно хотелось узнать продолжение. Почему-то ему казалось, что это очень важно.

Эльфы воспринимают мир не органами чувств, как люди, а словно пропускают его через себя вплоть до крохотной былинки. Крылатых оборотней же Пресветлая одарила ещё и звериной способностью различать и выбирать одно-единственное - искомое - из сотен и тысяч похожих оттенков цвета, запахов, звуков. Родители Арвиэля слишком рано ушли в Хрустальные Чертоги, и за десять лет жизни в родной семье мальчик мало чему успел научиться, но сейчас он попытался вспомнить мелодию той песни как можно чётче и возродить её в своём сердце. Кого же он слышал?

Ветер и лёгкую зыбь на воде.

Шёпот плакучих ив и ольхи.

Синиц, дроздов, соловья.

А вот запела и зарянка.

Кузнечиков и стрекоз.

Пчёл, но это не всё....

Ах, конечно!

Роса... Он слышал росу...

Увидал ту деву князь,

Увидал ту деву князь,

Осадил коня гнедого,

И подходит, не таясь...

Она подошла со спины, обняла его и положила голову на плечо.

– Да, Майя?

– Ты сказал, что не любишь меня. Это правда?

– Ты мне очень нравишься. Это - правда.

Майя усмехнулась.

– Ты же мастер говорить загадками и увиливать от прямого ответа. Так мог и сейчас обмануть.

Вилль развернулся лицом к девушке.

– И ты бы мне поверила?

– Кто знает...
– она отвела взгляд.
– Когда родители отправили меня к дяде на каникулы, я думала, что зачахну в этой глуши. Я взяла книги, шитьё... И первым, кто мне встретился, был ты. Помнишь, у ворот?

– Ещё бы!
– рассмеялся Вилль.
– Ты стала третьей за последние пару лет, кто поставил на проходном листе подпись, а не закорючку.

– А я помню, как ты мне улыбнулся и сказал "Добро пожаловать в Северинг, сударыня Майя!" И мне вдруг стало хорошо-хорошо... Вилль!
– голос Майи окреп и зазвенел.
– Я не хочу спрашивать, будешь ли ты меня ждать, потому что сама не знаю, вернусь ли на следующий год. Просто вспоминай меня хотя бы изредка.

– Можно и не изредка...

"Быть тебе моей женой,

Быть тебе моей женой,

Станешь в тереме княгиней,

Поезжай сейчас со мной..."

– Шушеля ма-ать...
– простонал парень, нехотя отстраняясь от Майи. Ну что за безобразие?! То девушка не даёт песню дослушать, то песня девушку не даёт доцеловать.

– Ты чего?
– Майя ещё не решила, обидеться, рассердиться или посочувствовать больному на голову Виллюшке, поэтому вопрос звучал спокойно.

– Не слышала ничего... ммм... необычного?

– То ли ты меня снова обозвал, то ли я плохо целуюсь, - фыркнула девушка.

– Нет, ты просто чудо!
– искренне сказал аватар.
– Но мне нужно срочно кое-что проверить...
– уже на бегу Вилль обернулся.
– Продолжим вечером, лады?

Майя развела руками.

– Ну, лады...

(Парень уже не видел, как подружка с задумчивым выражением лица возвращается к костру, дабы околотками выспросить у девочек, не случалось ли Виллюшке беседовать с поленницей о вечном или гонять метлой со стен крапчатых бесиков.)

Эртан увязался с приятелем, дескать, нечего в одиночку по бесовской хате блуждать. Вилль был уверен как раз в обратном, однако, спорить не стал. Друзья добрались до середины ветхой опасной лестницы, когда тяжёлое сопение за спиной аватара стало зловещим. Пришлось остановиться.

– Ты чего на меня так сердито молчишь?

Орк колупнул когтем стену, цыкнул клыками:

– Да вот думаю, чего это ты днём на мой дух намекал, дрружище? Ксанку вполне устраивает, а тебя от меня ворротит, что ль?

"Да-да-да! Ты - вонючий, грубый, неотёсанный орчина! Сдохни же, сдохни!" - злорадно подсказывал дом, но Виллю удалось сдержать не только язык и кулаки, но даже интонацию, и парень миролюбиво предложил:

– Эртан, иди лучше за огнём пригляди, а то у Лесовят он опять на хворост перекинется, и получится у нас два костра, а ночью - шиш. Я тут не заплутаю и сам себя тоже не убью, даже если дом будет очень настаивать. А представляешь, что будет, если мы с тобой тут подерёмся?

– Что будет - не знаю, а вот хуторра точно не будет, - подумав, хмыкнул орк.

Дальше оборотень поднимался в одиночку. В одиночку - да. Но не один. Воздух, казалось, загустел мучным киселём, стены жалили точно утыканные иглами, скрип каждой ступеньки почти невыносимо резал слух - дом буквально сочился злобой, но ничего не мог поделать с непрошеным наглым гостем.