Чтение онлайн

Спал он долго и, к собственному удивлению, спокойно, словно больше ему ничего не грозило. Файтер предавался бы этому занятию и дальше, но его разбудил сигнал унидеска - кто-то прислал мейл.

Это оказался Арамис. Он был краток:

"Хороним Атоса. Будем внимательны. И ты не зевай".

Янкер пока никак не отреагировал на послание Криса.

Пейзаж за окном не менялся, звезды, как приклеенные, висели на своих местах. Зато изменилась ситуация в желудке - Габлер был бы не прочь что-нибудь съесть. Отодвинув стенную панель, он взял с полки герметическую коробку с "манной небесной", как обычно называли эту питательную смесь, и прихватил герметическую же зеленую банку с витаминным коктейлем. Закрепился в держателях, откупорил коробку и начал через трубочку высасывать полужидкое, приятное на вкус содержимое, нажимая пальцами на бока упаковки.

Вспомнилась байка, не раз слышанная в нэви-колледже. Она, вероятно, передавалась от одного поколения риферов к другому. Это была жуткая история с неким космическим кораблем, который числился за Экспло - ведомством дальней разведки. Называли этот корабль рассказчики по-разному: то "Искателем", то "Пионером", то и вовсе не выговариваемо - "Тахмасибом". И в системе какой звезды происходило дело, точно сказать никто не мог. Корабль, по тем рассказам, уже выполнил задачу и направлялся к сабу, чтобы прыгнуть к Вери Роме или куда-то там еще, когда у него отказал главный двигатель. А саб там находился в краях неблизких, в межзвездном пространстве. Конечно, можно было до него дотянуть и на вспомогательных, хоть и занял бы такой полет полгода, не меньше. Но экипаж "Искателя"-"Пионера"-"Тахмасиба" почему-то не дотянул. Было их там двое, учились когда-то именно тут, в Упсале.

Беда была еще в том, что в системе той со связью было глухо. То есть вообще не проходила связь. Какая-то непонятная аномалия, таких, может, больше и нет во всей Виа Лактеа. И послать сигнал о помощи эти эксплошники не могли.

Потом их все-таки нашли, месяца через два-три.

И зрелище было не для слабонервных. Два мертвеца, оба тощие, как соломинки, у одного зубами вырван клок из руки, у второго - из ноги. Причем, как выяснилось, не сами себя парни грызли, а друг друга.

Конечно, создали комиссию, но ничего эта комиссия не выяснила. От голода экипаж умереть никак не мог - продуктов там хватало, как положено. Почему они эти продукты не ели - другое дело. Почему друг на друга набросились, как бешеные псы? Может, сошли с ума от какого-то неизвестного вируса? Но не было выявлено никаких следов вируса. Некое воздействие извне? Что за воздействие? Чье воздействие?

В общем, версий было много, а толку мало.

А потом нашлась какая-то светлая голова и все объяснила.

Эти парни просто потеряли открывалку. Видимо, уронили в слив и упустили в пространство. И не могли открыть пищевые контейнеры...

Байка имела успех, хотя была весьма неправдоподобной. Но разве в таких случаях это главное?

...База легиона "Солнце" вышла на связь только через сутки. За это время Крис успел возненавидеть тесное чрево спасательной шлюпки и до одурения наиграться в игрушки на унидеске. Кроме того, он получил два мейла. Один был от кузена Йеспера, другой - от мамы. Йеспер ругался всякими неприличными словами и грозился отправиться назад, на свой ненаглядный Асгард. Мама спрашивала, что стряслось. Разумеется, Крис объяснять ничего не стал, а просто сообщил, что уже вот-вот... Дней через десять. Разыскали, мол, его на Единороге командиры и припахали нежданно-негаданно. И не подчиниться ну никак - служба есть служба, даже в отпуске...

"Так две трети отпуска и пройдет", - мрачно подумал он.

Брасс базы "Солнце", не потрудившись представиться, доходчиво объяснил Габлеру: из-за него одного никто лонг гонять туда-сюда не будет, даже если об этом попросят не то что грэнды, но и сам лучезарный Боррох (штабист явно был из автохтонов; ни о каком лучезарном Боррохе Крис никогда не слыхивал). Мол, тащишься к Краснозадому, еда-питье есть, ну и тащись дальше. А вот уж завтра, после двадцати двух по "едику", будет возвращаться с Конфайна патрульный крейсак, он и подберет лоханку. В таком аспекте.

Крис решил не вставать в позу - это было бесполезно, да и вообще брассу можно было только спасибо сказать. Ну, и Янкеру тоже. Хотя благодарить Улисса за что бы то ни было Габлер не стал бы даже под дулом лучевика.

Брасс великодушно пожелал файтеру счастливого пути и ушел со связи. А Крис вздохнул и подбодрил себя полезным советом Марка Аврелия: "Приспосабливайся к обстоятельствам, выпавшим на твою долю".

И, прибегнув к аутотренингу, попытался вновь заснуть.

Глава 17. Всё хорошо, что хорошо кончается

Сквозь прозрачную стену купола Габлеру было хорошо видно, как маршируют на плацу файтеры в полном боевом снаряжении. Он уже знал, что они сами себя называют "марсианами". Издалека трудно было разобрать, что выражают их лица, тем более до половины скрытые кислородными масками, но, несомненно, никак не восторг от подобного времяпрепровождения. Габлер их вполне понимал - сам немало часов провел в долине смерти*, и приятным такое занятие назвать не мог. Файтеры легиона "Солнце" чеканили шаг под рыжеватым небом, затянутым кисеей облаков, холодный ветер вздымал вездесущую, тоже рыжую, пыль, и бледный кружок Солнца с сочувствием поглядывал на тезок из своей космической дали. Крис, в отличие от этих парней, находился в тепле, на втором этаже герметического купола, одного из многих, возведенных на марсианской базе Стафла. Не хотелось своим праздным видом мозолить глаза занятым службой людям. Он в одиночестве сидел на длинной скамье у стены и чуть не ерзал от нетерпения, ожидая прибытия Янкера. Каботажник уже совершил посадку в местном космопорте, и Улисс вскоре должен был появиться на базе. Никаких аэротакси на этой неуютной планете не водилось, но от Марсополиса до базы легиона "Солнце" ходила надземка - с десяток обшарпанных вагончиков, ползущих под контактной линией от опоры к опоре чуть быстрее перебравшего в кабаке эфеса.

* Долина смерти (жаргон) - строевой плац.

Последние дни Габлер мог смело вычеркнуть из жизни как бесцельное убивание времени.

Штабист свое слово сдержал - патрульный крейсер, идущий с Конфайна, заглотнул спасалку и доставил Габлера на базу легиона "Солнце" в целости и сохранности. Встретили его на Марсе не то чтобы неприветливо, но как-то настороженно. Крис не знал, что наговорил о нем Янкер, но чувствовал холодок и некоторую отчужденность по отношению к собственной персоне. Он был агентом грэндов, и принимать его за своего никто тут не спешил. Выделили койку, поставили на довольствие - большего он и не вправе был ожидать. Спасательную шлюпку с крейсера сгрузили и заявили, что это не их забота - возвращать ее на "Суллу", пусть грэнды об этом побеспокоятся. Крис был вовсе не против - Янкер заварил эту кашу, ему и расхлебывать.

Здесь, на базе, файтер узнал, что все боевые операции в пределах Империи до сих пор отменены. Никаких разъяснений на этот счет не поступало, а если и поступало, то лишь тем, кому положено.

Очутившись на четвертой планете системы Солнца, Габлер понял, что добровольно никогда бы не согласился жить и работать здесь. О Марсе он кое-что знал еще с детских лет и теперь убедился воочию, что это отнюдь не то место, где текут молочные и медовые реки. Арьен Рютте отнюдь не сгущал краски, жалуясь на свою службу. Терраформированием занимались тут чуть ли с незапамятных времен, но совсем не с той скоростью, с какой христианский бог создал пригодную для жизни землю. Тут был разреженный воздух, тут было холодно, тут было пыльно. Из-за проблем с финансированием комплексы по производству искусственных парниковых газов строились медленно, и их было недостаточно. По первоначальным планам, всего лишь за несколько декад средняя температура на Марсе должна была повыситься на десять градусов по Цельсию. На самом же деле этот процесс растянулся на века. И не наблюдалось пока на поверхности этой некогда вполне пригодной для жизни планеты цветущих яблонь, о которых пелось в одной старинной песне. Правда, после принятия решения о размещении на Марсе базы Стафла дела пошли быстрее, но все равно тут пока было, мягко говоря, более чем прохладно.

И все-таки люди на Марсе жили и работали. На планете имелось десятка два городов, если можно так назвать поселения под герметическими куполами, рассчитанными на десять - двенадцать тысяч человек. Большую часть проживающих тут составляли специалисты, занятые техническим обслуживанием тех самых газовых комплексов и предприятий по добыче и обогащению полезных ископаемых. Работали они вахтовым методом, так что населением в полном смысле этого слова их назвать было нельзя. Так же, как и большинство файтеров легиона "Солнце". Кроме того, Марс с давних времен облюбовали археологические экспедиции, извлекавшие из-под кизеритовой поверхности все новые и новые артефакты древних автохтонов. Ну и плюс туареры - их было не так много, как на других планетах, но они все-таки были. Любителей экзотики хватало во все времена. На Марс с Земли, кроме балкеров, регулярно ходил каботажник, и планета худо-бедно поддерживала статус обитаемой.

За трое суток, проведенных на Марсе, Габлер успел ознакомиться со всеми немногочисленными достопримечательностями Марсополиса, расположенного в сотне километров от базы Стафла, посетить космопорт (патрульный крейсер совершил посадку не там, а на базе), а также смотаться на экскурсию в некогда знаменитую область Кидония. К ней в былые времена было приковано внимание всех ромсов... нет, тогда еще не ромсов, а землян.

Так что, в общем-то, считать, что время было потрачено напрасно, не стоило: вряд ли ему, Крису Габлеру, когда-нибудь вздумалось бы посетить Марс, эту некомфортабельную планету на задворках Виа Лактеа. Имелось в Империи множество гораздо более привлекательных мест. А тут волей-неволей пришлось. И это значило, что не люди выбирают пути, а пути выбирают людей...