Чтение онлайн

Кидония, расположенная в северном полушарии Марса, была издавна известна некими структурами, похожими на изъеденные временем гигантские искусственные сооружения. Крис прибыл туда вместе с группой туареров на суборбитальном фроге* - шумном и тряском реликте, каких Габлер раньше и в глаза не видел. Реликт сбавил ход, находясь высоко над рыжей равниной, усеянной каменными обломками. С треском вылетела в небо оболочка воздушного шара, ее быстро заполнил газ. Фрог, покачиваясь, завис над Кидонией, изредка вздрагивая от импульсов корректировочных двигателей, не позволявших воздушным потокам унести аппарат от нужного места.

* Фрог (от англ. frog) - "лягушка", летательный аппарат.

"Марсианский Сфинкс... Пирамида... Город... Форт... Купол..." - женщина-гид перечисляла объекты, предлагая посмотреть то направо, то налево.

Крис послушно поворачивал голову, но, как ни старался, не мог углядеть ничего необычного в скальных образованиях Кидонии. На нефракталы они ну никак не тянули. Да, действительно, вон та скала отдаленно напоминала пирамиду, а вон ту гряду можно было при желании принять за возведенную кем-то стену. Тут все дело было в воображении. Купол вообще вряд ли соответствовал своему названию, это была самая заурядная возвышенность. И меньше всего походила на лицо Сфинкса изъеденная ветрами и временем огромная каменная структура с углублениями на вершине. Габлеру доводилось видеть на разных планетах скалы, гораздо больше похожие на скульптуры. Но никому и в голову не приходило считать их творениями древних цивилизаций.

Тем не менее, панорама была впечатляющей, по-своему красивой, а рассказ гида обо всех перипетиях исследования Кидонии Габлер слушал с интересом. Крису даже показалось, что он понял, зачем предкам нужно было так раздувать эту историю с "Лицом" на Марсе (кое-кто даже считал его ликом Иисуса Христа), - скучно жить в мире без тайн...

Когда файтеры в сопровождении вигионов начали покидать плац, направляясь к высящимся неподалеку громадам ангаров, Габлер посмотрел на часы. Если верить расписанию, надземка с Янкером плелась уже где-то в окрестностях базы. Он встал со скамейки, пересек пустой холл и направился по длинному коридору в сторону контрольно-пропускного пункта. Там должен был с минуты на минуту появиться Улисс. Ходить тут было необыкновенно легко, как в детских снах, - гравитационных силенок у Марса явно не хватало.

Дойдя до лестницы, ведущей вниз, на первый этаж, Габлер увидел за прозрачной стеной подлетевшую к высокой платформе надземку. Он уже ездил на ней в Марсополис и обратно и знал, что база Стафла - ее предпоследняя остановка. Конечная называлась несколько загадочно: "Кратер-Лаборатория". Там надземка то ли разворачивалась, то ли просто шла задом наперед в пункт отправления (или передом назад - и то, и другое выглядело у нее абсолютно одинаково). Герметические двери грязно-оранжевых вагонов разъехались в стороны, и оттуда вышли человек пятнадцать - двадцать, в основном в темно-синих и серебристых комбинезонах с облегающими голову капюшонами и с кислородными масками на лице. Светлые бегунцы казались слишком легкой обувью для здешних морозов, но Габлер знал, что с подогревом у них все в порядке - сам сейчас носил такие же. Янкера Крис определил без труда: Улисс тоже был в комбинезоне, только не в форменном, а черном, с белыми полосами по бокам, соединенном с теплыми сапогами, - вероятно, купил в местном космопорте. А скорее всего, взял напрокат - где еще, кроме Марса, нужен такой наряд? Оттуда же была и черная теплая шапочка, закрывающая уши, подобранная явно под цвет комбинезона.

Подземка двинулась дальше, а покинувшие ее пассажиры направились к контрольно-пропускному пункту, где, как и положено, их поджидал вратарь*. КПП находился метрах в пятидесяти от платформы, так что Янкер не успел бы замерзнуть и в костюме. Впрочем, в самой надземке было отнюдь не жарко, и он бы наверняка продрог без комбинезона, добираясь из Марсополиса.

* Вратарь (жаргон) - дежурный по КПП.

Крис остался ждать императорского чиновника у лестницы. Очевидно, вратарь получил соответствующее указание, и Янкер в его владениях не задержался. Спустя несколько минут он уже приблизился к Габлеру, снимая на ходу шапочку и маску. Вид у него был не очень приветливый.

"Еще бы, - подумал Крис.
– Пришлось грэнду растрясти свою задницу..."

– Привет, - бросил Янкер.

Он протянул было руку, но, заметив, что Габлер не собирается ее пожимать, принялся поправлять придавленную шапочкой прическу.

– Заждался уже, - сказал Крис.
– Тут прямо тоска зеленая.

Мимо них проходили прибывшие "марсиане", бросая недоуменные и любопытные взгляды на инсигнии Габлера.

– После расскажешь, - процедил Эрик, сверкнув на него глазами, и потер пальцем переносицу.
– Где тут начальство располагается?

– Пошли, покажу.

Крис повернулся и начал подниматься по лестнице.

– Сейчас я с ними потолкую, - сказал Янкер за спиной, шагая по ступеням следом за ним, - и свалим отсюда. Надземка вернется через час.

Крис оглянулся:

– А со спасалкой уладил? Все-таки чужое имущество.

– Уладил, - буркнул Янкер.
– Надеюсь, у тебя были серьезные основания?

– Серьезнее не бывает, - вздохнул Габлер.
– Если бы не...

– Потом, - тут же оборвал его Улисс.
– И не здесь. Я заказал два номера в Марсополисе, в отеле. И билеты на каботажник. Уходим завтра.

– На Землю?
– спросил Крис.

– А ты что, где-то в другом месте успел зарыть?
– раздраженно задал встречный вопрос Янкер.

Крис развел руками:

– Молчу...

* * *

Отель носил многобещающее название - "Олимп". В его холле можно было полюбоваться красочным изображением этого вулкана, самого высокого не только на Марсе, но и во всей системе Солнца. Вулкан вздымался в небеса чуть ли не на тридцать километров, намного переплюнув знаменитую гору Единорога, и являлся несомненным украшением планеты. Чего никак нельзя было сказать об отеле, безусловно, худшем из всех, в которых приходилось останавливаться Габлеру. Трехэтажное блочное строение выглядело таким обшарпанным, словно никто тут пальцем о палец не ударил со времен первых поселенцев, а в отношении меблировки ему дала бы сто очков вперед любая казарма. Скудная была меблировка, во всяком случае, в номере Криса. Не в номере даже - в каморке. Узкое ложе да откидной столик у голой стены, да откидное же сиденье - вот и все. Ни ванной, ни душа, лишь раковина с краном, откуда тонкой-тонкой струйкой текла холодная вода, да и то не сразу, а если хватит терпения дождаться.

Впрочем, одну ночь провести тут было можно. Все-таки в тепле, в искусственном климате, а не где-то на каменистой равнине, едва освещенной спутниками Марса Фобосом и Деймосом. И главное - на первом этаже был кабак, а значит, постояльцам не грозила голодная смерть.

Поставив нэп в уголок и вымыв руки, Крис уселся на скрипучее ложе, привалившись спиной к замызганной стенке, и стал ждать Янкера. Тот вошел без стука, как к себе домой, умостился на откидном сиденье. Комбинезон и шапочку он оставил в своем номере и теперь был в том же сером, под цвет глаз, переливчатом костюме - просторный пиджак и широкие брюки. Мягкие русые волосы лежали ровно, явно смоченные водой.

– Ну, рассказывай, - сказал он и потер пальцем переносицу, словно старался сгладить горбинку. Этот жест был давно знаком Габлеру.
– Объясни, к чему все эти твои неожиданные выкрутасы. Юнит, как я понимаю, у тебя не с собой, так?

– В надежном месте твой юнит, - ответил Крис, и Янкер облегченно вздохнул.
– Устроил ты мне отпуск по полной программе.

– Рассказывай!
– нетерпеливо и властно повторил Эрик. Замашки грэнда из него так и перли.

И Габлер рассказал.

Об отеле "Туарер" в Елисавете. И о другом отеле, "Селигер", в Твери. О Здено Шатане и Лили Акимжанов - не уточнив, что он выяснил, кто они такие. О том, где и зачем он спрятал юнит. О файтере легиона "Солнце" Арьене Рютте. А еще о преследующей его, Габлера, беллизонке Анизателле, из-за которой он и оказался на неприветливом Марсе. И объяснил, почему она его преследует.

Эрик Янкер слушал внимательно, то и дело потирая переносицу и не сводя с Криса глаз. Было видно, что настроение у него улучшилось. Если сначала своей напряженной позой он походил на готового к прыжку зверя, то по мере повествования плечи его расслабленно опускались. А потом он и вовсе чуть ли не расплылся по стене, вытянув перед собой ноги в светлых, с рубленым носком, ботинках на толстой подошве. И глаза его повеселели.