И целый мир в подарок
Шрифт:
— А вот рабочая и повседневная одежда здесь попадается очень даже приличная! И без всяких вычурных бантиков и стразиков!
— Посмотри еще туфли и белье… Я все сразу закажу.
— А белье… А можно я тебе только каталожный номер скажу?
— Можно! Я пока служанок потороплю, что-то они с ванной долго возятся…
Я с увлечением принялась разглядывать картинки и выбирать белье и чулки… О! Вот этот малиновый комплект с черным кружевом вполне подойдет… Ну и что, что платье зеленое… Зато у бюстгальтера застежка спереди, а на поясе для чулок и трусиках стразики…
— Алок! — я повернулась перед зеркалом, рассматривая прическу сзади, — Я забыла спросить! Это просто ужин или по какому-то поводу?
— У Антанила и Сильмы сегодня юбилей свадьбы.
— И сколько они уже вместе? Пять?
Алок вдруг рассмеялся:
— Ты лучше сядь, дорогая! Пятьдесят!
— Сколько?! Ал! Ты шутишь!? Они совсем не выглядят… — начала я и осеклась… Если вспомнить, сколько лет Алоку и Лиону…
— Да, дорогая, ты совершенно права… — подошел он ко мне с улыбкой, — Сильма со своими вечными проказами совсем не тянет на свои триста двадцать семь…
— А Антанилу сколько?
— Он старше ее лет на семьдесят.
— Ал, а подарок?
— На столе в гостиной стоит. Упаковать сможешь?
— А посмотреть можно? — на столе стояла большая резная шкатулка.
— Да, конечно, — Алок приоткрыл шкатулку. На темном шелке лежали две изумительной красоты кофейные чашечки.
— Какие красивые!.. Ал… Но это… — меня терзали сомнения… Кофейные чашечки на юбилей?
— Ния! Вот совсем ты нашим искусством не интересуешься! Это чашки эпохи Минь… Да еще и не обычные. Они придают наливаемому в них кофе вкус настроения.
— Это как?
— Это давно забытая ворожба и утерянный рецепт цинусского фарфора. Какой бы кофе ни налили в эти чашечки, они чувствуют настроение и состояние того, кто их держит, и придают кофе соответствующий вкус. Рассказывают, что раньше даже попадались отдельные экземпляры, которые могли сменить вкус кофе трижды в одной чашке, если настроение у пьющего его резко менялось…
— Как интересно! И где ты их нашел?
— Считай, повезло. Совершенно случайно натолкнулся на распродаже вещей из одной антикварной лавки. Упакуешь? Вот бумага и ленты.
— Ох, мне даже в руки это страшно взять…
— Ния! Ты как ребенок иногда! Я наложил уже все необходимые заклинания, они теперь не разобьются.
— Ой, Ал… Просто я все время забываю, что здесь ничего не бьется… А фарфор такой тоненький… И в какую упаковку будем заворачивать? — на кресле лежал ворох разноцветных рулончиков и ленточек.
— На твой вкус. Никаких определенных традиций и рекомендаций на этот счет нет.
— Тогда возьмем вот эту серебристую бумагу, и вот эту синюю ленту с сиреневыми цветами…
На ужине присутствовали все знакомые: юбиляры эль Тирно, граф и графиня Оливетти, граф Лирой с супругой и маркиз Тиоли со своей Шарине.
— Как вы себя чувствуете? — поприветствовав всех присутствующих и вручив подарок виновникам торжества, мы с Алоком подошли к сидящей в кресле Марике.
— Спасибо, неплохо, — она непроизвольно погладила свой большой живот, — только мне все тяжело, — улыбнулась она, — Ничего не могу долго делать. Ни сидеть, ни стоять, ни даже лежать… Так что вы извините, но мы пробудем с вами сегодня совсем немного…
— Рад видеть вас вновь, леди Лерония, — склонился к моей руке граф Оливетти, отходивший куда-то по делам, — Алок рассказывал, у вас двое детей? Успокойте, пожалуйста, мою жену, она ужасно боится предстоящего…
Хм, вообще-то, у меня четверо, — подумала я, а, если учесть чем закончились для меня роды, в результате которых появилась Холь, то мне только и успокаивать…
— Тилис! Ты опять меня смущаешь! И ты думаешь, мы не найдем с леди о чем поговорить? Иди, помоги лучше мужчинам определиться с вином, а то маркиз и граф сейчас опять поссорятся из-за эльфийского. Лерония, представляете, в прошлые выходные чуть до дуэли не дошло! Никак не могли договориться, какого года вино лучше!
— И чем же все закончилось?
— Тем, что Алок, — она бросила на него хитрый взгляд, — отобрал у спорщиков две бутылки эльфийского и подсунул им бутылку со своих плантаций карисы…
— Две на одну? — я уже вовсю смеялась.
— Все честно, — ехидно улыбнулся Алок, — одна на обмен, а вторая в уплату за предотвращение дуэли. Леди! Вас приглашают к столу! Марика, позвольте я вам помогу?
— О, да, благодарю вас! Этот муж все время куда-то пропадает, когда он нужен!
Оливетти действительно скоро извинились и ушли, а неугомонная Сильма предложила потанцевать. Откуда-то был извлечен ярко-желтый ящик с огромной трубой — безумно похожий на наши старые граммофоны… Только никакой ручки у него не было, и музыка хранилась в маленьких разноцветных шариках… Эти шарики помещались в специальный наклонный желобок и по одному скатывались внутрь. А можно было установить в начале желобка корзиночку, похожую на воронку, и тогда шарики попадали в желобок в произвольной последовательности…
— Ал, — мы вместе со всеми вышли из-за стола и переместились на диванчик.
Алок, по прежнему, соблюдал траурные ограничения, и я не смела ему в этом препятствовать, хотя, танцевать хотелось ужасно, особенно под такую совсем не дворцовую музыку.
— Алок, а как узнают, что на каком шарике записано?
— Очень просто, — Алок легко приподнялся и принес мне пару шариков из корзинки, — возьми двумя пальцами, теперь читай…
— Силь Эль, Веселая муха…
— А теперь сожми шарик чуть сильнее…
— Ой! — от неожиданности я выронила шарик, потому что мне по ушам резанула пронзительная трель скрипки.
— Не так сильно, дорогая! — рассмеялся Алок, поднимая закатившийся под диван шарик.
Зазвучала плавная мелодия вальса, к нам подошли Антанил и Сильма:
— Леди Лерония! Позвольте вас пригласить?
— А что бы вы не переживали, что Алоку будет скучно, я пока побуду с ним, — мило прощебетала Сильма.
Лорд Антанил вел в танце очень уверенно, и танцевать с ним было легко. После очередного поворота он чуть более пристально посмотрел на беседующих Алока и Сильму:
— Лерония, вы только не поддавайтесь на провокацию моей жены. Она безумно любит эксперименты… А теперь прочитала очередной контрабандный роман и жаждет новых впечатлений…
После очередного поворота я тоже увидела эту парочку на диване. Сильма что-то увлеченно и горячо объясняла Алоку, а он смеялся и отрицательно качал головой…
— Антанил… Вы прямо заинтриговали меня… Что же такое желает испробовать ваша супруга?
— О, нет… Леди, я вам даже сказать такое не могу, не то, что предложить… Если Алок сочтет нужным… рассказать… Надеюсь, он сможет выдержать напор моей горячо любимой жены…