Чтение онлайн

Когда они закричали еще громче, так, что мои измученные барабанные перепонки чуть не лопнули, я понял, что у нас осталось полсекунды.

— Оно обвалится! Прямо сейчас! — Завопила Милит прямо у меня под ухом.

Я дернул ее из последних сил, понимая, что слишком слаб для этого. Я толком ничего не ел за последние дни, спал какими-то урывками, да и заклинания, включая энергетический шар, здорово ослабили меня.

Мы пересекли порог, и мои ноги подкосились. Все еще держа Милит, я рухнул на гладкий пол под аккомпанемент падающих стен и потолка.

Я закрыл глаза, понимая, что это конец. Мы так и останемся двумя бездыханными телами, спрятанными под грудой обломков. Мы так и будем держаться за руки. Наверное, теперь уже вечно.

На меня рухнуло что-то мягкое и тяжелое. Я почувствовал каждой костью, как на меня давит это что-то. Тогда я понял, что я все еще жив. На меня упал какой-то человек, но не кусок потолка.

Я содрогнулся всем телом, переворачиваясь на бок и сбрасывая с себя грузного мужчину. Ребра разразились болью — неужели этот увалень что-то мне сломал?

— Бейв… — Хрипло прошептала Милит. Ее волосы словно стали седыми от мелкой крошки обломков, — Мы живы.

Я перевернулся на спину, уставившись в разрисованный фреской потолок. По нему уверенно расползалась трещина, намного медленней, чем в зале, но и этого хватило, чтобы вселить в меня страх.

— Что я натворил? — Ни к кому не обращаясь, поинтересовался я.

— Эй! — Женский голос прозвучал откуда-то издалека. Похоже, это была Лорента, — Милит!

— Мы здесь. — Отозвалась девушка, обессиленно поднимаясь с пола.

Я взглянул на того мужчину, который упал на меня при обрушении. Его затылок был залит кровью, крупное тело не подавало никаких признаков жизни. Больше никто не успел пересечь порог, и в зале, усыпанном обломками стен и потолка, висела мертвая тишина. Вряд ли там кто-то выжил.

— Кадс… — Милит всматривалась в зал, надеясь на чудо.

В его смерти виноват я. Во всех этих смертях виноват я!

— Быстрее давайте. Весь третий этаж осадили эти уроды! — Лорента сбегала по лестнице, за ней следовало еще несколько наемников.

Я не знал, сколько их было, но по той спешке, которая началась, как только последний из них спустился в холл, я понял, что в сборе были все, кроме Кадса. Милит тут же сообщила печальную новость Лоренте, на что та отреагировала с холодностью генерала, потерявшего в победоносном бою одного-единственного солдата из многотысячной армии.

— Поторапливайтесь, олухи. — Подгоняла она, выходя в ночь через парадную дверь, — Милит, возьмешь коня Кадса.

Девушка послушно кивнула, и все мы выбежали во двор вслед за Лорентой. Обогнув дом, мы достигли заднего двора, где наемники оставили своих лошадей. Животные фыркали, заждавшись своих всадников.

Все девять человек (я успел сосчитать их, но не был уверен в этой цифре) запрыгнули в седла, и Милит взяла себе последнего оставшегося коня. С неимоверной неловкостью я понял, что остался единственным, кому не досталось лошади. Да и ездить верхом я не умел — какой в этом прок для слепого?

— Эй, молодой-красивый, садись ко мне! — Присвистнула Лорента.

Я недоуменно уставился на нее в лунном свете:

— Вы это мне?

— Ну этим же олухам, милый мой! Или ты собрался всю ночь здесь стоять!?

Я переглянулся с Милит. Девушка едва заметно мне кивнула, веля подчиниться настойчивой женщине.

Она буквально затащила меня в свое седло — я даже не заметил, как оказался на лошади, прижавшись грудью к широкой спине Лоренты.

— Давненько я так мужиков не тягала! — Хохотнула наемница, повернувшись ко мне, — Ну ты хоть обними меня, что ли!? Свалишься еще, когда галопом поедем!

Я покорно подчинился, положив руки Лоренте на талию. Женщина определенно годилась мне в матери, поэтому ничего интимного в этом жесте не было. По крайней мере, для меня.

— Да уж покрепче давай, я не сахарная, не растаю! — Бросила мне Лорента, дергая за поводья.

— В-общем, твой батяня предлагал нам кругленькую сумму за это дело. — Сообщила Лорента, — Естественно, Гив отказался. Да я придушила бы его собственными руками, если бы он взял деньги! Братство своих в беде не бросает.

Ночной ветер трепал мои волосы, пока мы ехали по малознакомой дороге в сторону столицы. Несмотря на усталость, моя душа едва ли не пела от облегчения.

Не ожидала, что отец решит перестраховаться, обратившись к обществу Кинжала за помощью. Три года назад, когда я покинула братство навсегда (теперь я уже в этом сомневалась), отношения папы с главой наемников были, мягко говоря, прохладными. Причиной данной неприязни послужил мой несносный характер, который стал еще более порывистым и вспыльчивым в окружении людей, похожих на Лоренту и остальных, не менее несдержанных и грубых ребят.

— Спасибо. — Я выпустила это слово в ночь, ничуть о нем не жалея. Я нечасто благодарила кого-то из общества — у нас это попросту было непринято — но сейчас сочла это необходимым.

Лорента пропустила мою благодарность мимо ушей, что было весьма предсказуемо. Женщина не любила лишних слов, тем более тех, которые можно произносить неискренне.

Периодически я бросала косой взгляд на Бейва. Мне казалось, что он несколько побаивается Лоренты и делает все в точности, как она ему велит. Я усмехнулась себе под нос — нужно будет предупредить парня еще о некоторых странностях этой женщины.

Мы выжимали из лошадей все силы, и к рассвету на горизонте показались крепкие столичные стены. Дорога здесь была широкая и выглаженная тысячами колес и копыт. Мы обогнали несколько медленно плетущихся к городским стенам телег и под восторженные взгляды зевак въехали в большие ворота.

Все это время я не сводила глаз с Бейва. Он с прежним детским любопытством разглядывал все вокруг. Иногда его лицо окрашивалось непониманием, а изредка — даже возмущением.

Я хотела оказаться на месте Лоренты. Хотела, чтобы он ехал со мной, а не с ней. Он бы спрашивал меня о каждой мелочи, а я бы объясняла ему так старательно, так подробно, как только умела.

Утренняя столица встречала нас полупустыми улицами, по мостовым которых разлилось все еще по-летнему теплое солнце. Оно сверкало бликами в маленьких окошках под самыми крышами, плясало в тенях от колеблющихся ветвей и мягко грело мою кожу.