Чтение онлайн

Он скептически прищурился, оценивая меня.

– Как оборотень ты новичок, мне кажется. Если тебе удастся победить меня, что само по себе сомнительно, то тогда ты станешь вожаком стаи и совет волков, - он указал на группку оборотней окружающую его, - засвидетельствуют это.

– И это пока не найдется замена, - ухмыльнулся вожак, добивая меня.
– Разве ты не знала, что рискуешь, приходя сюда? Откуда мне знать, что вы нас не выдадите охотникам?

– Да, но это жестоко, - заявила я.
– я же такая же, как вы...

– Разве жизнь не жестока? Либо сражайся, либо уходи.

– Я принимаю бой! – пришлось согласиться на его условия.

– Что ж, тогда превращайся, - сказал он, снимая рубашку.

Я не хотела превращаться перед всей этой толпой. Возможно для них были обычным делом принародные раздевания и превращения, но не для меня. Я сняла оружие и, вручая его Мишке, шепнула:

– Если я проиграю, и они не захотят нас отпустить, то отступим, сражаясь.

Он кивнул. Я отошла за деревья и скинула одежду, оставшись лишь в нижнем белье, поеживаясь на холоде. Я опасалась, что сюда может заглянуть кто-нибудь из оборотней.

Попыталась сосредоточиться и начать превращение, но внутренняя волчица куда-то спряталась. Чем громче я взывала к ней, тем глубже она скрывалась. Наконец, я не выдержала и позволила облаку злости, боли и ярости завладеть мной, окутать меня. Я вытолкнула свою внутреннюю волчицу наружу, сливаясь с ней. Волны сладостного экстаза накрыли меня. Вот что это было - освобождение от забот своей человеческой половины сомнений и ветра метаний.

Зверь не знал никаких волнений, он был свободен, быстр и силен. Однако я не могла утерять ту свою часть, она скрывалась на время. Я контролировала своего зверя. Мир изменился: запахи стали острее, а краски ярче. Я чихнула и поспешила на поляну.

Крупный черный волк с пышной шерстью сидел под деревом, нетерпеливо размахивая хвостом. Мой противник! Едва я встала напротив, ощетинившись, он зарычал. Остальные оборотни образовали кольцо вокруг нас.

Здесь было почти все население деревни: и старики, и молодежь, и люди средних лет. Андрей и Мишка присоединились к ним.

Мы бились долго, до изнеможения, до отчаяния, и кровь лилась на серый в темноте песок и расплывалась черными кляксами.

Первозданная ярость кипела в котле моего сердца. Я вновь и вновь бросалась на врага, уворачиваясь от его когтистых лап, метя в бок или в горло.

Но я не могла достать.

Долго мы кружили вокруг друг перед другом, рыча, нападая и отскакивая. И вот, я молча бросилась на противника, метя ему в горло. Он увернулся, и цапнул меня за лапу. Я отмахнулась, растопырив когти, располосовала ему бок. Он коротко, яростно взвыл и ринулся на меня, навалился, пытаясь зубами вспороть мне живот. Я упала на спину, отбрыкиваясь лапами, запустила когти в его шкуру. Он испугался и отскочил.

А затем он прыгнул, а я...не успела.

Острые зубы сомкнулись на моем предплечье, прокусывая лапу до кости.

Острая боль полоснула бритвой, огненным пожирающим цветком. Лапа отнялась.

Я остервенело отбивалась, раздирая когтями его шкуру, а он не отпускал, стискивая зубы все крепче и крепче, словно бульдог.

Наконец, мне удалось ударить его задней лапой в горло, я полоснула когтями и распорола его шею. Кровь ударила струей, и волк рухнул на меня всем весом. С трудом я вылезла из-под тела вожака, умирая он начал превращаться, и вся в крови встала.

Молчание оглушило меня. Многие люди были бледны, некоторые плакали.

Он отпустил мою лапу, пошатнулся и упал.

Я еле-еле выползла из-под него на трех ногах. И превратилась.

Мне было все равно...

Мои друзья подбежали ко мне. Мишка накинул на меня свой плащ.

– Помоги ему, - велела я Андрею и выступила вперед.

Я не имела права на слабость. На подгибающихся ногах, стараясь ступать ровно и твердо, я встала перед толпой оборотней. Я прекрасно понимала, что если я позволю себе слабину, они разорвут нас на клочки.

– Я победила!- воскликнула я.

Все молчали.

– Вы принесете мне клятву стаи?
– спросила я громко.

– Да, - нестройный хор голосов.

И тогда я опомнилась, заметив, что старому вожаку до сих пор никто не помог, и он лежит в луже собственной крови. Не все раны могло излечить тело оборотня.

– Что же вы стоите!
– закричала я, бросаясь к раненному врагу, пытаясь зажать распоротую артерию на его горле. Мех здорово мешал сделать это. Многие испуганно и удивленно смотрели на меня, помочь не собирались. Лишь Андрей и Мишка бросились мне помогать. Андрей вскрывал аптечку, а Мишка старался найти артерию и пережать ее.

– Неужели вы позволите ему умереть? Вперед выступил старец.

– Это будет против закона.

– Да пропади он пропадом ваш закон! Чем вы лучше охотников добивающих младенцев, если позволяете умирать одному из своих!
– Я вперила в него горящий взор.
– Я ваш новый вожак и я приказываю - помогите ему!

Сразу же ко мне метнулось несколько человек, но вперед выступил пожилой мужчина:

– Я знахарь этой деревни, давайте его сюда я его вылечу!

– Спасибо!
– сказала я, отходя от вожака. Да, он был неприятен и чересчур самоуверен, но я не хотела его смерти.

Старейшина шла рядом со мной. Теперь мою рану жгло неимоверно, Это была плата за относительно быструю регенерацию. К утру останется лишь белая ниточка шрама. Однако пока каждый шаг давался мне с трудом. Но я не давала ребятам помочь мне - я не должна была выглядеть слабой перед своей стаей. Теперь я вожак.

Вскоре мы остановились рядом с небольшим, но богатым домиком. Старейшина распахнула незапертую дверь. Все вокруг слилось в одну расплывающуюся полосу. Я упала в кресло, стиснув раненую руку здоровой. Между моими пальцами уже не так сильно текла кровь. Скинула плащ и кивнула Мишке. Брат тотчас же вытащил аптечку.

– Дай мне взглянуть, - попросила старейшина.
– Я до превращения была медсестрой. И она склонилась над моей раной. Для начала она наложила жгут, потом смыла запекшуюся кровь. Затем забинтовала руку и завязала кончики бинта изящным бантиком. Отступила на шаг и улыбнулась, рассматривая свое творение.

– Спасибо, - сказала я.

– Не за что, - ответила она и представилась.
– Я - Рая.

– А меня Кирой зовут, - назвалась я.

Боль отступила, словно по волшебству, и кровь уже не билась яростными толчками в ране и в то же время я ощущала странный зуд. Ага, пошел процесс регенерации.