Чтение онлайн

И мы смело вошли.

О чем сразу же пожалели.

В полукруглом нижнем зале было сумрачно и тихо, лишь только шелестели бархатные, алые портьеры, и оглушительно тикали огромные часы. Все эти звуки сплетались в один фон, в котором царила именно тишина – разящая как смерть, как клинок в сердце, зачарованная, словно спящая царевна, невеста, ждущая жениха.

И в ней таилась опасность.

Я уже успела сто раз пожалеть, что сюда сунулась.

– Влипли, - пробормотал инкуб, опускаясь на колени.

Я стояла на одном месте, замерев и боясь пошевелиться. Все-таки магия не моя специфика, и я знала, что нельзя шевелиться, когда ее око направлено на тебя.

Инкуб резанул по руке, и кровь залила пол. Он завел нараспев пугающий речитатив, который все нарастал и нарастал, и никак не мог закончиться.

Неожиданно он умолк, и кровь перестала литься, словно завернули кран. В тот же миг он упал лицом в пол, и я едва успела его подхватить.

У инкуба были безумные глаза. Он прошептал, стискивая мои руку до синяков (я терпела, бывало и хуже):

– Теперь… безопасно, - и потерял сознание.

Я взяла его на руки и отнесла на диван. Андрей, попытался отобрать у меня бесчувственное тело, но я не позволила.

– Вы прям как дети, - подметила Елизавета.
– Еще и подеритесь вдобавок!

Я хихикнула и заявила:

– Это все он!

Андрей закатил глаза и отошел от меня подальше, выражая свой протест таким образом.

Мы перевязали рану инкуба, и сунули ему под нос нашатырь, который валялся в сумочке у предусмотрительной Елизаветы.

Инкуб пришел в себя и сел на кровати.

– Еле-еле отвел чары. До чего же они мощные были!
– он потер лоб, и виновато улыбнулся.
– Вы уж извините, но я теперь вам не помощник. Сил не осталось.

– Я отнесу его, - сказал гном. Коренастый и широкий, он стоял и смотрел на нас и товарища мрачным взглядом.

– Хорошо, - согласилась Елизавета, вручая ему ключи от машины. Гном схватил связку, закинул раненого бойца на плечо и поспешил к выходу.

Мы остались вчетвером.

Елизавета стала в полутьме подниматься по широкой лестнице с резными перилами.

– Мне одной интересно, - прошептала я Андрею.
– Как такое большое пространство вместилось в обычный, небольшой дом?

– Я не знаю…наверное, магия, - так же тихо ответил он.

– Что же еще, - отозвалась я с печалью.

Елизавета толкнула дверь на второй этаж. Десять дверей вели в разные комнаты.

– Каждому по комнате, - велела она, заходя в первую. Дверь медленно с шипящими звуками захлопнулась за ее спиной.

– Что сестренка, не пропадешь? – спросил меня Мишка.

– Вот еще! – я гордо вздернула нос.

– Тогда пока, - и он исчез в выбранной комнате.

– Пошли вместе, - предложил Андрей.

– Боишься? – поддразнила я его.

Он взглянул на меня с укором и ответил:

– А вот и нет! – и сердито распахнул дверь.

В комнате было сумрачно.

– Вампиры здесь живут что ли?
– я подбежала к окну и раздвинула тяжелые шторы.

Яркий, слепящий после полутьмы свет залил все пространство. Внезапно весь дом сотрясся от фундамента до потолка. Мелкая крошка штукатурки полетела нам на голову.

Крик боли зазвучал со всех сторон.

Я задвинула шторы.

– Кто здесь? Выходи!

Мне ответил тонкий детский голосок:

– А ты меня не тронешь?

Я кровожадно улыбнулась, хоть и не хотела навредить ребенку. Я воин, но не изверг.

– А ты умеешь молчать?

– Д-да, - прошептал он.

– Кто ты такой? – спросила я.
– Вампир?

– Нет, я домовенок, - пробормотал он.

– Покажись мне, - велела я, зажигая лампу.

Маленький бледный домовенок, ходячая немочь с длинными спутанными волосами приблизился к нам, испуганно косясь на мои кинжалы и пистолет.

Он стоял передо мной, едва заметно дрожа. У него была светло-коричневая кожа и карие, огромные глаза, как на картинах Маргарет Кину.

– А кто вы такая?

– Я хозяйка всей деревни, вожак.
– Я присела в кресло.
– Расскажи-ка мне, почему ты таким стал? Запрещенный эксперимент?

– Да, и это со мной сделали охотники, - прошипел домовенок со злостью.

– Что они с тобой сделали?

– Вживили мне гены вампира!

– Они такого не делают, - неуверенно произнесла я, ведь я не все знала о своих бывших собратьях по профессии.

– Еще как делают! Я только родился, лежал в колыбели, в объятиях дома, а они пришли и схватили меня и сожгли мой дом! Я едва не умер! А потом проводили свои мерзкие эксперименты! Убийцы!

Я испытывала двоякие чувства – с одной стороны я была воспитана охотниками, в их духе и связана с ними и мне было больно от того, что их имя хулят, хотя бы потому что многие из них не знали, что творят, как и я, а с другой я их ненавидела, ненавидела и презирала. И могла бы стать их жертвой тоже, будь я слабее.

– Ты пьешь кровь?

– Нет, к счастью, - покачал головой домовенок. – Не хочется.

– Ты не знаешь, не замешаны ли твои хозяева в серийных убийствах?

Домовенок побледнел и отступил на шаг.

– Нет.

– Хорошо, - сказала я.
– А кто тебя спас?

– Мне удалось сбежать.

– Если я начну войну против охотников, поможешь? Соберешь отряд среди своих?

Домовенок торопливо закивал.

– Конечно, госпожа! Я на них такой счет имею!

– А сколько тебе лет? – вдруг несовершеннолетнего в войну вовлекаю? У домовых совершеннолетие происходит лет в пять спустя постройки дома.

– Мне десять, госпожа, и я потерял свой дом.

– Это я уже поняла. И как тебя зовут?

– Арил, - он смущенно улыбнулся.

– Когда будет нужно, я найду тебя. А пока никому не слова о нашем визите.

И он исчез. Только что стоял передо мной, и вот его нет.

– Что-нибудь нашел?
– я подбежала к Андрею. Пока мы говорили с Арилом, он сосредоточено перерывал ящики стола.

– Ничего компрометирующего, - он вздохнул и прислонился к стене.

Я сжала губы и начала ощупывать ящик изнутри, но все было чисто. Затем я вытащила все из шкафа, в основном одежду, и свалила на пол беспорядочной кучей.