Чтение онлайн

– Я не помешаю?
– спросил он, скользнув откровенным взглядом по её фигуре.

– Отнюдь,- лениво протянул герцог,- мы с Эрикой скучаем. Сегодня у моей подруги плохое настроение!

Надо же - заметил!

– Это можно исправить,- внезапно оживился джентльмен, двусмысленно подмигивая девушке,- я могу вас пригласить в одно место, где будет прелюбопытное зрелище.

– Какое?

Мортланд налил себе очередной бокал бренди, а Инн нервно допила собственное вино - что ещё они придумают? Ей было не по себе от оценивающего взгляда сэра Фредерика.

– Вина даме!
– подозвал Глоссопп лакея.

Но Инн отрицательно кивнула головой, разом придя в ярость от такой фамильярности.

– Я выпью бренди!

– Не слишком ли крепко для женщины?- удивился тот.

– Кто близко знаком с его светлостью,- язвительно парировала Иннин,- невольно имеет дело с большим количеством этого напитка.

Против её ожидания, мужчины рассмеялись, зато ей пришлось пить мерзкое пойло. Напиток неожиданно оказался весьма кстати - он согрел желудок и ослабил напряжение. Инн почувствовала себя гораздо лучше, и решительно протянула бокал за новой порцией.

– Не стоит повторять так быстро,- предупредил герцог, с любопытством наблюдая за своей протеже,- вы можете сильно опьянеть!

Лучше бы он промолчал. Инн упрямо нахмурилась.

– Так вы в ссоре, - неизвестно чему обрадовался сэр Фредерик,- тогда, тем более, вам нужно отвлечься. Здесь неподалеку проводится аукцион...

Мортланд недовольно поморщился, и Инн поняла, что он сейчас решительно откажется подниматься с места, а её сегодня тянуло ему во всем перечить.

– Аукцион?
– наиграно оживилась она.
– О, я хочу на аукцион! Но что можно продавать в столь поздний час?

– А вы не знаете?
– губы Глоссоппа раздвинула нехорошая улыбка.
– Так это ещё один повод, чтобы посетить это зрелище! Так что, Мортланд? Едем?

Инн в ожидании ответа все-таки выпила бренди, и ей уже было все равно куда идти и что делать, одно только четко держалось в даже опьяненном мозгу - нет! Никогда она не даст сделать из себя девку для постельных утех его светлости! Пусть и не надеется!

– Я,- капризно заявила она герцогу,- хочу на аукцион! Если вашему сердцу столь дорог вид, кидающих кости людей, то, может, я посещу распродажу с мистером Глоссопом? Вы потом доставите меня домой, сэр Фредерик?

– Хоть на край земли!
– с радостно расширившимися глазами пообещал тот.

От такой перспективы у него на щеках даже вспыхнули неровные багровые пятна, и все же он вопрошающе глянул на герцога:

– Ты не против, Мортланд, если твоя девушка...

Он не договорил. Зато его светлость окинул Иннин таким взбешенным взглядом, что она почувствовала себя удовлетворенной - наконец-то, ей удалось вывести его из себя.

– Я думаю, что решение мисс Эрики вызвано неумеренным количеством потребленных ею крепких напитков,- холодно заявил он,- но если человек напрашивается на неприятности, то получает их. Едем!

Ехали они в разных экипажах с сэром Фредериком, и при желании Мортланд мог высказать ей всё, что угодно, и, признаться, Инн ожидала взрыва негодования и жёстких слов, но тот молчал! И это молчание было гораздо красноречивее угроз и упреков. Юная француженка почувствовала мрачное удовлетворение, что сумела хоть в малой степени досадить чванливому герцогу! Скромной и тихой, живущей на чужих хлебах сироте всегда не хватало дерзости и отваги, пусть даже достигнутой при помощи бренди.

Не прошло и четверти часа, как экипаж остановился у входа в какое-то популярное заведение, судя по количеству собравшихся у входа карет. Инн, вслед за моментально натянувшими маски спутниками, вошла в холл и недоуменно осмотрелась.

Приятные серые обои, тонкость декорированной отделки стен и потолков сделали бы честь любому аристократическому дому, и пахло соответственно - чистотой и мастикой для натирания пола. В холле их встретила принявшая плащи и шляпы прекрасно вышколенная прислуга.

Но тут на устланной коврами лестнице вдруг показалась сбегающая от трёх пьяных джентльменов смеющаяся красотка в одних панталонах и низко вырезанной коротенькой рубашке. Ошеломленная Инн увидела, как её поймали и с хохотом вверх ногами потащили назад. Откуда-то доносился громкий смех и женский визг, звучали аккорды играющих веселенькую и разухабистую мелодию музыкальных инструментов. Инн не сразу сообразила, что попала в бордель.

– И что же будет выставляться на этом аукционе?
– потрясенно спросила девушка.
– Какие лоты?

Сэр Фредерик недоверчиво улыбнулся, внимательно присмотревшись к ней, как будто пытался проникнуть взглядом под узкую полоску маски.

– Мисс Эрика? Вы разыгрываете меня?

И в этот момент в холл выплыла самая худая на свете женщина -только кожа, да кости. Старинный седой парик и фиолетовое платье делали её похожей на выходца с того света! Но манеры этой диковинной дамы были безупречны, так же, как и улыбка, порхающая на высохших в нитку губах. Маски на лицах вновь прибывших не обманули опытную сводню - она сразу поняла, что перед ней богатые господа из высшего общества. Женщина даже не позволила себе выказать удивление наличием при гостях дамы.

– Посетив мое заведение, вы оказали нам честь, джентльмены!

– Мисс Варанс, мы приехали на аукцион!

– О, конечно, вы чуть было не опоздали! Уже собирались начинать, и только вас не хватало - таких богатых и щедрых господ! В этот раз девушки выше всяких похвал - все из хороших семей, есть даже дочка викария. Вам непременно понравятся!

Инн с нехорошими предчувствиями следовала позади своих спутников и говорливой дамы - о, мадонна, куда ещё привели её бренди и обида? В какую грязь?

Она, конечно, не знала, что из-за эпидемии сифилиса и гонореи в Англии появилась мода на девственных проституток, которые заведомо считались чистыми. Изнасилование девственниц в ту эпоху являлось хорошо организованным и доходным бизнесом, поэтому торговля этим товаром была поставлена на широкую ногу. Практиковались так называемые 'аукционы', на которых и продавали столь специфический товар.

Впрочем, в описываемое время продажей женщин с молотка грешили и многие английские мужья. Происходило это во время ярмарок, на площади, где продавали крупный рогатый скот. Накинув на жену веревку, муж привязывал её к столбу и, собрав свидетелей, называл начальную цену. А дальше всё происходило по давно известному ритуалу - кто давал самую высокую цену, тому муж и передавал жену, становившуюся законной супругой покупателя. Иногда торгами даже руководил нанятый для этой цели мелкий судебный чиновник. Обычно цены на жен публиковались в газете, и редко превышали три гинеи.

Но откуда о таких странных обычаях английских простолюдинов было знать юной француженке?! Она и не подозревала, что её ждет.

Несколько шагов и девушка в сопровождении джентльменов оказалась в полутемном зале, с рядом стульев вокруг круглой сцены. Значит, это будет какое-то представление, но почему аукцион? В зале действительно собрались одни мужчины, и Инн съежилась от неловкости под перекрестным огнем любопытствующих глаз джентльменов. Мелко семеня и старательно прячась за спины спутников, она прошла на предложенные им места, осторожно присев на край дивана, и в этот момент поймала на себе насмешливый взгляд Мортланда. Он подействовал на неё как удар хлыста, и Инн, бунтарски приподняв голову, взмахом руки подозвала к себе лакея.