Чтение онлайн

— Мне жаль, дорогая, — опустившись рядом с дрожащей девушкой, я обняла ее, принимая на своей платье ее слезы, — тебе нужно пойти проститься.

— Нет, Бель, все не так…

Я плакала с ней. Имя Аннабель она сокращала так же, как и мой муж. Ракель терзала мне душу этим обращением, вряд ли я смогу хоть когда-нибудь привыкнуть к этому, перестану слышать голос мужа из ее уст.

Мы вместе вернулись в спальню Дориана. Ракель стояла рядом с тремя моими детьми, заливаясь горькими слезами. В последние дни король не пускал друзей к себе, говоря, что не хотел бы представать перед ними в таком виде. Он не стеснялся лишь нас с детьми, его истинной семьи, так что для юной особы было тяжелым испытанием видеть его истощенное, измученное долгой болезнью, тело.

— Мама, ты останешься? — шепот старшего сына отвлек меня от созерцания печальной сцены прощания.

— Прости, родной, но мне нужно как можно быстрее разрешить возникшие вопросы, — я оставила быстрый поцелуй на его щеке, — позаботься о брате с сестрой и леди Ракель. Я рассчитываю на тебя.

К этому дню я подготовила целый гардероб из траурных одежд. Три месяца болезни дали мне подготовиться и хоть немного обвыкнуться с мыслью, что самый близкий мой человек оставит меня, однако удушающая скорбь обрушилась на меня с неожиданной силой. 23 года брака. Вот каков конец этой истории.

Свободный крой платья, кружевная вуаль, никаких украшений кроме подвески с портретом и обручальных колец. Черная одежда, черная накидка, и мир за спиной в зеркальном отражении стал черно-белым. Совсем поникшие синие глаза, сливающиеся с ними синяки, бледная кожа, присущая северянам и рыже-ржавая коса до пояса. И эта женщина собиралась претендовать на трон, выступая против двух наследных принцев и одного отпрыска побочной ветви королевской семьи? Какое нахальство и высокомерие.

— Ваше Величество, приготовления закончены, — объявила служанка, отступая на шаг.

— Что думаешь, Эмми, женщина перед тобой сможет отстоять свое право на престол перед кучкой несносных мужчин?

Будь она честна со мной, то ответила бы отрицательно. Я не была выдающимся политическим деятелем при жизни мужа, не заслужила признания у мужчин, узурпировавших власть в этой стране даже при том, что Богиня, которой они поклонялись, благоволила лишь женщинам, да и лицом я не вышла. Тощая, вечно мерзнущая на суровых морозах, до смешного низкая, от чего все смотрели на меня сверху вниз, а после смерти императора, из меня словно последние признаки жизни вытянули. Большую часть прошлого месяца я провела у постели умирающего, что не могло не сказаться на моем состоянии.

— Если позволите, Ваше Величество, то я думаю, что Богиня Морин благословила именно женщин рода Таафеит зная, что однажды вы сможете передать власть ее помазанницам.

В коридорах вечно было холодно. Высокие потолки, каменные стены и большие свободные пространства были сложным препятствием в отоплении дворца. Эмми вела меня под руку, а я чувствовала, что вот-вот свалюсь на пол и забьюсь мелкой дрожью. Нужно было поесть перед этим собранием.

— Ее императорское Величество Аннабель де Рутил фон Халькопирит, — по залу заседаний прокатился скрип ножек отодвигающихся стульев, когда самые знатные люди государства встали для приветствия.

— Хотелось бы мне выказать радость от нашей встречи, господа, но не осталось у моей души сил на светлые эмоции, — я опустилась на свое место, касаясь подлокотника кресла моего мужа, — прошу, присаживайтесь за стол, нам предстоит серьезный разговор.

— Ваше Величество, нет нужды так спешить с коронацией наследного принца, вам нужно набраться сил, — с искренней заботой обратился ко мне совсем юный маркиз Монро.

— Думаю, императрица изрядно потрясет ваши чувства своими речами, герцог, — граф Морган усмехнулся.

— Порой я жалею, что мы не отрезаем языки за излишнюю язвительность, — пожилой граф Риован поправил свои очки, — некоторым юношам это бы явно не помешало.

— Прошу вас, господа, Ее Величество сейчас не в лучшем состоянии, так давайте не будем затягивать, — вмешался герцог Однер, — императрица, если вы не против, то начинайте.

— Спасибо вам, герцог. Как вы все знаете, наш император сегодня почил. Мы все были в ожидании этого дня, молясь за то, чтобы Богиня Морин не позволяла ему слишком долго мучиться. В связи с этим, встал вопрос о том, кто дальше будет нести бремя правления империей Халькопирит… — мой голос был глухим и слабым, что заставляло меня чувствовать себя незащищенной в окружении взрослых опытных мужчин.

— Разве наследный принц не готов занять этот пост? — маркиз Бонте переплел пальцы на руках, — Помнится, наш почивший император принял трон в более юном возрасте.

— Императрица желает сама править страной, вместо того чтобы принять титул императрицы-матери и стать регентом при сыне, как и было ей предначертано. Кажется, что даже благословленные Морин создания могут поддаваться гордыне и жадности, — насмешки и демонстративные выпады графа были встречены недовольными взглядами.

— Довольно, граф. Кронпринц еще слишком юн для становления королем, ему лишь 14 лет. Нет никакого смысла сажать его на трон сейчас, учитывая, что сам он не в состоянии будет управлять государством. Не лучше ли отдать власть в руки того, кто сможет самостоятельно принимать решения? — грубый голос эрцгерцога Мусгравит звучал уверенно и заставил на некоторое время повиснуть в комнате тишину.

Все три эрцгерцогских рода империи не могли не быть на моей стороне. Дома Мусгравит и Пейнит происходили из рода Таафеит в самом его зачатке, поочередно предоставляя своих дочерей в качестве жен правителей, чтобы избежать кровосмесительных связей. Если я, императрица из главного рода тройки обладателей крови Морин, сяду на трон, то они в будущем тоже смогу претендовать на подобное.

— Но ранее не бывало прецендентов, когда женщина занимала правящий пост, а как я понимаю, говорите вы именно об этом. Даже наследным принцессам не удавалось сесть на трон.

— Еще 10 лет назад мы не знали, что можем использовать яд фруктовой осы в качестве лекарства. Некоторые изменения, даже если они кажутся пугающими, таковыми не являются, — заметила я.

— Думаю, императрица Аннабель является одной из лучших кандидатур на роль правителя, ведь в жилах ее течет кровь Морин. Возможно, признание ее главой государства станет началом радостного периода для нас всех, — наконец напомнил о себе эрцгерцог Пейнит.

— Верно, разве не это завещала нам Богиня? Усадить на трон ее помазанницу.

— Напомню, что королевская кровь течет так же в жилах барона Аврил, сводного брата почившего императора… — не унимался граф, а я начинала терять терпение. Его неумолимое желание усадить на трон брошенного принца было обусловлено тайной помолвкой его дочери с бароном, кои влюбленные совершили без ведома родителей.

— Как вы можете даже заикаться о том, чтобы назвать королем бастарда, рожденного в результате нелепой ошибки? — усмехнулся граф Риован.

— Господа, я вынуждена напомнить, что по законам нашей империи, на трон не может взойти мужчина, не державший в руках меча. А мой сын, как и барон Аврил, в сражениях не участвовали.