Чтение онлайн

Княжество Цимбидиум тоже было проблемой, может не сейчас, но в перспективе. Государство было крайне богатым на ресурсы при скромных размерах. Страна, которой суждено было стать богатейшей на континенте, была разорена жадностью своего народа. Коррупция разделила княжество на два класса, меж которыми пропасть стала чрезмерной. Революция, гражданская война, сотни тысяч погибших. Халькопирит вмешались в конфликт, подавив восстание, а правительство княжества, вернее сказать, оставшаяся функционирующая его часть, пошла на принятия Моринства и вступила в империю. Религия смешалась с язычеством княжества, обретя новую форму, а присоединение к могущественному соседу помогло вывести страну из кризиса.

И все же, годы неумолимо шли, князья, пришедшие к власти на процветающих землях империи, все чаще думали, что договор меж их регионом и короной крайне невыгоден для них, так что они принялись поднимать цену на покупку их ресурсов. Надо отдать им должное — они воспользовались войной империи, при которой некогда было заниматься столь мелкими вопросами, так что их условия были приняты, а цены все продолжали подниматься, как и увеличивалось желание народа княжества вернуться к статусу независимого государства.

— Нужно найти новую невесту для юного князя, — вздохнула я с тяжестью.

— Вам нужно хоть немного отдыхать, — вздрогнув от внезапного комментария, я подняла взгляд на Тео, серые глаза которого в солнечном свете казались пугающими, — ужасно выглядите.

— Благодарю за замечание. В следующий раз за такое отправлю на дыбу, — он рассмеялся, а мои руки принялись искать последний документ, с которым я работала, в ворохе прочих, — и почему без доклада явился?

— Вот ведь, то другом вам быть, то докладывать, — массивное тело опустилось с противоположной стороны стола, — и у меня есть ключ камергера, так что могу являться когда захочу.

— Отберу.

— Сначала дотянись.

Я в полном шоке взирала на то, как мой подчиненный с задором поднял свой значок над головой, хвастаясь собственным ростом.

— Ну же, попробуй. Рухнешь ведь! Ты когда спала нормально в последний раз?

— Не могу спать, голова болит. И страшно.

— Снится?

— Постоянно. Усну и вижу, глаза ночью открою — и так вижу. Сидит на кровати как ни в чем небывало, а порой ложится рядом, — зацепившись взглядом за чашку кофе, я поднесла ее к губам и выпила совсем остывший напиток, — а если не сплю, то слышу голос, порой тень его замечаю и шаги в коридоре.

Теодор молча слушал меня, но мне страшно было посмотреть в его лицо и узнать реакцию. И без того жутко. Мой Аним почти все время теперь был рядом, так как мне вечно холодно, а слугам запрещалось тушить свечи даже на ночь.

— Ты поэтому постоянно работаешь?

— Верно. Так чуть спокойнее.

— Уезжай отсюда, Анна, — камергер наклонился, чтобы попасть в поле моего зрения, — для империи не будет лучше, если ты выжжешь себя изнутри в этом дворце.

— Хочу убежать, — призналась я, закусывая губы, — что, если уехав, я не решусь вернуться?

— Я тебя даже из-под земли достану, не переживай. Так что поезжай завтра же в Большой театр, бери артефакт для обращения и отправляйся в путешествие. У тебя много работы и за пределами этого треклятого дворца.

Пальцы сжались в кулаки, я силилась не расплакаться.

— Только на тебя у меня надежда.

— Я буду наготове каждую секунду. Свяжешься во время моего купания — отвечу, даже в бреду отвечу, даю слово.

Мои губы растянулись в улыбке. Теодор был самым приближенным человеком к нашей семье. Когда Дориан должен был завершись свой прошлый обзор подконтрольных земель, у меня начались третьи роды чуть раньше срока. Камергер оказался рядом и донес меня до спальни, куда созвал повитух, а я наказала ему остаться и поддержать меня. Это решение было необдуманным, свойственным взволнованной преждевременными родами, и вскоре по дворцу прокатился слух, что Тео стал моим любовником. Уверена, в сложившейся ситуации, когда он стал моей единственной поддержкой, грязные сплетни вновь возымели силу, но дела мне до этого не было.

Я взглянула на его аккуратно уложенные светлые волосы, на добрые глаза, подумав, что если и верно утверждение, что за божьей помазанницей стоит хранитель, то он сейчас прям передо мной.

— Выслуживаешься, — моя насмешка развеселила Тео, — мало тебе трех жалований?

— За всю ту работу, что на меня взвалило Ваше императорское Величество, мне уже титул герцога положен.

— Женишься — будет тебе титул. Сколько Ракель еще в девках ходить?

— Вообще-то я сделал предложение, но получил отказ, так как Ракель придется покинуть дворец после свадьбы, а она желает оставаться подле тебя.

— Я слышу осуждение в голосе?

— Как бы я посмел, — мужчина поднял руки в сдающемся жесте, — и не нужен мне титул герцога, без того работы столько, что скоро забуду, как небо выглядит.

Теодор, естественно, страдал от излишнего доверия императора к нему, хоть за свои мучения и был щедро вознагражден. Ему было уже 37 лет, но он не женился даже при том, что от недостатка любовниц никогда не страдал, ведь большую часть времени проводил за работой. Если я все же собираюсь уйти вслед за мужем как только разберусь с делами, то стоило бы его отблагодарить за годы стараний.

— Я позволю остаться Ракель при дворце, так что планируйте свадьбу к празднику рождения Морин. Обручитесь в столичном храме под императорским знаменем.

Подобные церемонии были редкими и обычно проводились лишь для членов трех благословленных семей, ведь свадьба под императорским знаменем значит, что этот союз одобрен потомками самой Богини.

— Анна, так нельзя! Под знаменем еще и в праздник, такого не было раньше!

— Как и женщины на правящей позиции, — я хмыкнула, — не пора ли этой империи начать двигаться? Сколько еще нам нужно цепляться за устаревшие мысли?

Большой театр находился на центральной площади, соседствуя с судом и музеем. В большом светлом помещении холла меня с рыцарем встретили распевающиеся актрисы, голоса которых отражались от сводов и заполняли собой все пространство. На мгновение я так заворожилась подготовкой девушек к вечернему представлению, что остановилась на зеленой ковровой дорожке, смотря на расписанный потолок, где маленькие девочки рассыпали по небу звезды, а мальчики складывали их в знакомые мне созвездия.

— Нам нужно идти, Ваше Величество, — напомнил мне сопровождающий, поправляя свой капюшон.

— Верно.

Из желания скрыть личности, мы оба были укрыты плащами. Наш путь из светлого свободного холла лежал в крохотную комнату возле гримерки, где сидел седовласый старец, такой, каким изображают мудрого мага в старинных сказках. Его безоконную комнату освещали лишь пара свечей, а сам хозяин помещения читал что-то через лупу.

— Зачем пожаловали? — голос старика соответствовал его дряхлому виду.