Чтение онлайн

Если верить взгляду алхимика, он меня ненавидел.

— Ты не знаешь, что это, женщина.

— Конечно, не знаю. Но я видела, как такая машина должна работать, и что бывает, если ее сделать не правильно. Так что не советую спать с этим механизмом в одном здании, а то засыпет камнями ненароком.

— Я не могу перенести машину во двор.

— Это еще почему?

Бич ткнул пальцем в огонь:

— Из-за нее.

Огонь под котлом пыхнул и выбросил голубоватые языки пламени.

— А что с огнем не так?

Бич скривился. Сейчас наверное последует комментарий о моем умственном развитии, но рядом со мной стоял Ол и смотрел на огонь с таким же непонимающем видом, как и я. Прямо бальзам на сердце. Бич обреченно вздохнул:

— Саламандра. Она сбежит, если я ее не буду кормить.

— Ты поймал саламандру и держишь ее под этой штуковиной? — Ол похоже не верил своим ушам.

— Ну, я пробовал ее сначала в замкнутом сосуде держать, но она хирела, пришлось разделить процесс. И выпустить ее в открытый огонь. Но она капризная и требует все время внимания. Теперь не могу ее оставить без надзора даже на пару часов.

Новость мне понравилась. Значит, походы в город временно отменяются.

— Все равно непонятно, почему она еще не удрала.

— Потому что я создал ей культ. — Бич сообщил эту новость шепотом, предварительно оттащив нас подальше от котла. — Она теперь "Главная саламандра поющей горы". Плохо только, что этой дурище нравится свист пара, и она все время срывает крышку. А мозгов у нее немного и память короткая, поэтому приходится каждый раз заново рассказывать о ее избранности, чтобы не сбежала. Кучу времени отнимает.

— Так найми какого-нибудь бездельника за мелкую монету, пусть сидит и поет ей сказки. Тебе зачем на ерунду время тратить? Мало ли тут оборванцев малолетних шатается?

Бич смотрел на меня как-то странно.

— Ты же соглашаешься работать за деньги, поделись своим заработком и возьми помощника. Ах, ну да, прости, ты же все пропиваешь, откуда у тебя деньги возьмутся?

Бич вспылил. Я не осталась в долгу. Минут через десять перепалка велась уже на повышенных тонах, Ол пытался нас не подпустить близко друг к другу, но и остановить наше препирательство не мог. После очередного обвинения в бездарности, Бич швырнул на стол какую-то серую тряпку и гневно завопил:

— Гения тебе не понять, глупая курица!

"За курицу он должен ответить!" Но меня отвлекло странное поведение Ола. Тот вертел в руках брошенную материю и пытался ее внимательнее рассмотреть.

— Это то, что ты ночью сделал?

— Да, — Бич продолжал кипеть и косить на меня взглядом, как дикий конь. Я жалела в эту минуту о том, что не могу превратиться в дракона."Вот бы гад побегал!"

— Алия, ты это хотела получить? — Ол с сомнением протягивал мне серую тряпку.

— Что это еще за мерзость?

— То, что ты просила.

Оскорбленный гений плюхнулся на стул и потянулся за бутылкой. Я рассматривала ткань. "Ну, если это резина, то я… Хотя, с другой стороны, материя тянулась во все стороны. На резину не похоже, скорее ткань с ликрой. Тоже подойдет, но что за мерзкий цвет!"

— Это не резина, но хорошо уже, что тянется. Резина не пропускает воду.

Бич выхватил у меня из рук тряпку, собрал края и выплеснул на ткань остатки вина из бутылки, воды под рукой не нашлось. То ли так в себе уверен, то ли не соображает ничего от злости. Оказалось все-таки, что ткань воду не пропускает. "Интересно… Но и на резину не похоже. Загадочно."

— Что это такое?

— Это мой секрет.

— Ол, зачитай, пожалуйста, своему приятелю условия договора, который он подписал десять дней назад. У тебя больше нет от нас секретов, дорогуша. Все, что ты изобретешь, работая под нашей крышей, принадлежит компании. Тебе полагается только твой процент и недельная плата, за вычетом налога и расходов на жилье и питание. Так что, пока ты ничего не изобрел, советую сесть на диету.

Самое забавное, Ол имел такое же неверящее лицо, как и его подчиненный. Похоже, один составил документ под мою диктовку, а второй его подмахнул, не вникая в содержание. А я еще удивилась тогда, почему все так гладко прошло.

— Да это пустая бумага! — Бич наконец-то обрел дар речи.

— Не думаю, я заверила договор в нотариате. Там хранится копия, стоила мне всего одну монету.

— В таком случае, я ничего не буду больше делать!

— Ну и пожалуйста. Можно подумать, от тебя до этого толк был, одни убытки. И в той же бумаге написано, кстати, что если ты за месяц ничего не придумаешь, то тебя уволят и заставят возместить все потраченные на тебя деньги. Потом можешь катится на все четыре стороны. Только кому ты такой нужен? Тебе тридцать лет, ни образования, ни умения, ни дома, ни работы. Тебе дали шанс стать знаменитым, уважаемым и богатым, а ты настолько бездарен, что готов от жадности его профукать.

— Да ты — просто ведьма!

— К сожалению, нет. Я бы не отказалась владеть парочкой трюков, чтобы заставить тебя согнуться в три погибели и канючить у моих ног о прощении.

— Алия, прошу тебя, дай ему шанс.

— Пусть извинится сначала.

Ол по-прежнему удерживал нас от рукоприкладства.

"Что я, собственно, к парню придираюсь? Мне его не перевоспитать. Пусть сидит тут себе в сарае и коптит свои колбы. Мне то что за дело?"

Бич смотрел на меня из подлобья и мрачно молчал. Наконец вскинул голову, выиграл пару сантиметров роста, но посмотреть на меня свысока ему все равно не удавалось, и высокомерно сквозь зубы процедил:

— Леди Алия, я погорячился. Прошу меня извинить. Был не прав и искренне раскаиваюсь в своих неосторожных словах.

— Твои извинения приняты, — вид у него по-прежнему был непокорный, все это больше смахивало на временное затишье, но не ссориться же из-за него с Олом?

Бич жестом предложил нам сесть за стол, принес новую бутыль с вином и пару бокалов.

— Предлагаю отметить наше примирение.

Ол со стоном отстранился от вина и старался не дышать.

— Да ты что, приятель? — Бич насмешливо осматривал страдающего Ола. — Не дури. Хлебни, сразу полегчает.

Я взяла бокал в руки:

— Со мной пей. Ол сегодня отдыхает.

По лицу алхимика скользнула тень злорадства:

— Леди не пьют.

— Испугался, значит? Слабак! Спорим, что ты первый под стол свалишься?

— На что спорим?

— Да на что хочешь!

— По рукам. Кто первый упадет, тот и проиграл. Оли, ты — свидетель.

— Договорились. На что все-таки спорим?

— Проиграешь спор, проведешь месяц в моей постели. Будешь делать все, что пожелаю.

— Идет. Если ты свалишься под стол первым, бросаешь пить. Вообще. Ни капли. Если нарушишь слово, я лишу тебя мужской силы.