Чтение онлайн

— Непременно.

Поднявшись, они вышли в коридор и попрощались. Илья хотел было задать Осипову еще вопрос, но передумал и быстро зашагал в помещение, где ребята распаковывали ящики с оборудованием. В дверях чуть было не столкнулся лоб в лоб с Иванцовым.

— Оба-на, это ты. Ну как, капитан учинил допрос по всей строгости закона?

— Вроде того.

— Да, в этой крысоловке мы теперь надолго.

— Как ты сказал, крысоловка?

— Фраза Марата. В принципе я с ним согласен. Выход отсюда пока закрыт, так что работаем и не рыпаемся.

Илья невольно вспомнил работу в Америке, где условия были более комфортабельные и можно было хотя бы перемещаться по территории института, но, глядя на кислую физиономию Вячеслава, решил, что не стоит сыпать соль на раны и, стараясь говорить с долей юмора в голосе, произнес:

— Ничего, нам бы ночь простоять, да день продержаться, а там и красная армия подоспеет.

— Чего? — явно не понимая юмора, переспросил Вячеслав.

— Я говорю, всё пучком будет. Соберем установку, запустим, и еще на плацу мяч погоняем.

— Ну, не знаю…

— Не горюй. Может о нас еще какой-нибудь триллер снимут. Вспомни, во всех американских фильмах, все секретные разработки производятся в точно таких подземных лабораториях. Фильмец будет что надо. Нас возьмут в консультанты. В титрах, конечно, не покажут, так как нас засекретят, но мы то будем знать, кто они настоящие бойцы невидимого фронта, — и Илья весело рассмеялся.

— Ну тебя. Я серьезно, а тебе смешно.

— Эх, Славик, жизнь такая интересная штука, чтобы плакать, когда ты жив, здоров, да еще имеешь интересную работу. Да если бы Ольга еще рядом со мной была, я бы сейчас плясал, а не плакался в жилетку, что меня заперли на энном этаже подземного бункера.

— Ты что, всерьез?

— А то.

— Черт, может ты и прав. Ладно, пошли, там один ящик вскрыли, а в нем всё вдребезги. В спешке хреново упаковали.

— А вот это действительно трагедия, — и Илья улыбнувшись, обнял Вячеслава за плечо и они вместе вошли в помещение лаборатории.

Спустя два дня после приезда в зону семнадцать, вечером в лаборатории снова появился капитан Осипов, и, отыскав Пирогова, сообщил, что есть возможность съездить и навестить супругу.

Не мешкая, Илья предупредил Иванцова, и спустя час с трепетом и волнением входил в палату на втором этаже старого кирпичного корпуса. Ольга сидела на кровати. На ней был больничный халат неопределенного цвета, и она тупо смотрела на свои шлепанцы, одетые на босу ногу. Когда в дверях появился Илья, она подняла голову, посмотрела и тихим голосом произнесла:

— Вот и ты. Как хорошо, что приехал. Я соскучилась.

В её словах не было ни эмоций, ни чувств. Она произнесла это словно заученный урок. Илья молча подошел и присев на стул, стоявший возле кровати, взял за руку и нежно посмотрел в глаза. Её взгляд был затуманен то ли мыслями о чем-то своём, то ли лекарствами, которые ей давали.

— Как прошел переезд? — спросил Илья.

— Нормально.

Во рту у Ильи всё пересохло, и он растерялся, не зная о чем говорить с женой. Словно ища поддержку, обернулся и увидел в дверях стоявшего врача, который привел его сюда. Тот сделал незаметный жест рукой, который означал, что всё нормально, надо постараться сдерживать себя и продолжать вести беседу. Словно спохватившись, Илья похлопал руку жены и произнес:

— Мы тоже перебрались к тебе поближе. Тут, недалеко. И все наши из лаборатории приехали. Нам выделили площадку для экспериментов. Представляешь, как здорово!

— Я рада.

— Славка велел тебе кланяться. Хотел вместе со мной поехать, но у нас такой бардак. Оборудование достали, начали собирать, хочется побыстрее, а получается наоборот.

— Ничего, в следующий раз приедет, правда?

— Обязательно! А вообще, если всё пойдет как надо, за неделю смонтируем установку и приступим к экспериментам. Я так надеюсь, что всё получится, что…

— Обязательно получится. Ты же знаешь, что иначе быть не может.

— А вдруг.

Ольга промолчала. Посмотрела на мужа и, скинув шлепанцы, легла.

— Накрой меня, холодно и знобит.

Илья суетливо накинул на неё одеяло, поправил подушку, нежно поцеловал и снова уселся на стул, придвинувшись ближе. Хотелось о многом рассказать, посоветоваться, но что-то сдерживало его. Он просто смотрел на жену и не знал, что сказать. Жалость, бессилие как-то помочь начинали злить его, и от этого жутко хотелось курить. Словно прочитав его мысли, Ольга тихо произнесла:

— Иди, со мной всё будет в порядке. Не волнуйся, доведи задуманное до конца и потом расскажешь.

Илья наклонился, поцеловал жену, и прошептав: «Поправляйся, ты мне очень нужна», вышел из палаты и чуть ли не бегом направился к выходу, на ходу ища в кармане пачку сигарет.

— Как супруга? — поинтересовался Осипов, который всё это время дожидался Пирогова в машине.

— Не очень, — скупо ответил он, и, вспомнив, что уселся с зажженной сигаретой, извинился и, опустив стекло, выкинул бычок.

Обратно ехали молча. Настроение было тоскливое. Илья всё время смотрел в боковое стекло, но в сумерках ночи можно было различить лишь какие-то мелькающие тени деревьев, которые в свете фар встречных авто, наводили еще большую тоску. Илья попытался сосредоточиться мыслями на работе, но вскоре водитель притормозил у проходной, а через несколько минут машина въехала в просторной ангар.

— Спасибо, — хмуро произнес Илья, обращаясь к Осипову.

— Я переговорю с руководством, и постараюсь организовать консультацию у хороших специалистов, а если самочувствие вашей супруги пойдет на поправку, договорюсь, чтобы её перевели сюда. Здесь есть небольшой лазарет. Одним словом, что-нибудь придумаю, чтобы вы её могли чаще видеть.

Илья пожал капитану руку и, попрощавшись, направился к лифту.

Несмотря на возникшие вначале проблемы, собрать установку удалось всего за четыре дня. Работа кипела. Впрочем, этому способствовала сама обстановка. Кроме как в ангар, так сказать, подышать свежим воздухом, не выпускали, и поэтому работали порой по двенадцать часов. К тому же прислали несколько помощников, а возникающие проблемы решались без проволочек.

Накануне начала испытаний Иванцов и Илья допоздна засиделись в лаборатории. Уже все ушли спать, а они что-то проверяли, любовно поглаживая узлы и агрегаты вновь воссозданного ими детища.

— Ну что, завтра начинаем? — произнес Вячеслав, отойдя от установки, и продолжая пристально смотреть на неё.

— Непременно.

— Боязно, ох как боязно.

— С чего вдруг?

— Не знаю. Представил себе, если что-то пойдет не так…

— Любой эксперимент несет в себе долю риска. А наш, тем более. И все же, я уверен, что мы на правильном пути и эксперименты подтвердят это.