Чтение онлайн

— Подорожная со всеми печатями, — Сэл пришел ближе к вечеру и принес обещанные бумаги. — Думаю, отец не кинется — этих бланков в столе штук двадцать было. Потом отметишься у капитана городской стражи. Только имя вписать осталось.

— Сумраком и пиши. Хаш. Хашер…

Встретился, значит, чародейке добрый молодец из страны заморской, роду эльфийского…

— Лучше — полукровка. Меньше вопросов.

Роду эльфийского, знатного, но не чистых кровей. Оттого и вынужден был он и имя, и лицо свое ото всех скрывать…

— Нет, на лице просто шрам. Стра-ашный такой.

А на лице — шрам уродливый, как память о схватке со старым врагом. Но, невзирая на этот изъян, полюбила его чародейка всем сердцем. И он ее — тоже. Месяц прожили они душа в душу далеко от людей, в зеленом лесу, и не было на всем белом свете их двоих счастливее. Но пришло время чародейке домой возвращаться. А возлюбленный ее говорит: «Ты езжай вперед, а я после прибуду. Есть у меня два брата. Один — воин славный…»

— А второй — демон. Дьери, что мне с ним делать, а? Привязался с этой историей, и хоть режь его!

— Не надо его резать. Популяция тэвков и без того ограничена. А какую ему еще нужно историю, ты же вроде все ему рассказал?

— Почти всё. Да, рассказал. Так он заладил, что история еще не закончилась…

«Есть у меня два брата, — говорит Хаш чародейке, — хочу их отыскать, чтобы разделили радость мою и на свадьбе нашей вина испили». Так и вернулась чародейка домой одна, стала милого своего дожидаться. А он тем временем…

— Значит, во всем виноваты братья?

— А кто еще? Одни проблемы от этих родственничков. Но, в конце концов, братья нашлись, Сумрак приехал в город, где жила его любимая, и узнал, что она ждет от него ребенка. Ну, а дальше — свадьба и «жили они долго и счастливо».

— Свадьба?!

— Ты же хотела, чтоб как у людей, — улыбнулся Иоллар. — Готовь платье и список гостей.

Сказочка разошлась по городу в три дня: я поделилась радостью с подругами, а еще с женщинами, что приходят убирать дом, булочницей и бакалейщиком, Сэл рассказал за ужином матери — женщине активной, состоящей в десятке общественных комитетов, а Лайс заглянул в пару кабаков. Новость обсуждали в Школе, она достигла герцогского дворца и даже кармольской столицы — магистр Салзар, который уже месяц как вернулся в Азгар, прислал мне свои поздравления в день свадьбы.

Да-да, свадьба все-таки была — если Ил вобьет что-нибудь себе в голову, то проще согласиться, чем убедить его, что соблюдение формальностей и всевозможные слухи меня не волнуют. И я согласилась.

Платье заказывать не стала, не на мою теперешнюю фигуру. Да у меня и те, что есть, надеть не стыдно. С прической тоже недолго возилась — волосы-то еле-еле до плеч отросли. И список гостей составлять не пришлось, событие решено было отметить в семейном кругу, который теперь никак нельзя было назвать узким. Правда, на саму церемонию людей пришло намного больше — в храме дышать было нечем. А еще свечи чадили неимоверно, и эти благовония… Примерно к середине обряда у меня начала кружиться голова. Ил стоял рядом, и я видела его улыбку. Улыбку и матерчатую полумаску, скрывающую верхнюю половину лица вместе с вымышленным шрамом. И эта улыбка гасла по мере того, как я бледнела и закатывала глаза, одурманенная приторным дымом. Думаю, любимый успел не раз пожалеть о своем предложении. Зато теперь он, как и хотел, — мой законный муж…

Из храма муж выносил меня на руках. В кармольских традициях такого не было, но со стороны, если не обращать внимания на полуобморочное состояние новобрачной, смотрелось, видимо, красиво, и я не удивлюсь, если местные жители возьмут на вооружение подобное завершение свадебной церемонии.

Дома я немного отошла и украсила своим присутствием праздничный ужин. За столом мне вдруг подумалось, что я как-никак беременная женщина, и мне положено есть соленые огурцы. Огурцов не было. Тогда я вспомнила, что беременным женщинам позволительно капризничать, и отправила супруга на поиски вожделенного овоща, угрожая в противном случае скоропостижным разводом. Иоллар повздыхал, но пошел, прихватив для компании Лайса и бутылку вина. Вернулись они почти через час, в течение которого мы с Маризой успели придумать десяток кар за опоздание для каждого. Но поскольку помимо огурцов, халвы, лимонов и моченых яблок (на всякий случай) наши мужья доставили на ужин Сэла, ушедшего после церемонии с Наем и ребятами, мы их простили.

Завершение праздника я помнила смутно, так как после съедения миски соленых огурцов и пакета халвы (кстати, интересная вкусовая гамма, если заедать одно другим), мне стало как-то нехорошо. К тошноте примешивалось головокружение, но при этом отчаянно хотелось свежей клубники, за которой Ила можно было отправить разве что на Саатар в сады королевы Аэрталь, в которых, по слухам, круглый год растет все, что угодно…

— Устала?

— Угу, — промычала я, уткнувшись в плечо законного мужа.

Гости разошлись, кроме Ромара, который вызвался помочь Гелане убрать со стола. Надеюсь, о посуде они все-таки не забудут.

— Сердишься, что я затеял все это?

— Нет. Но я немного не так представляла себе свою свадьбу. И первую брачную ночь.

Ил уложил меня в постель, укрыл одеялом и присел рядом, держа за руку.

— Ночей у нас будет еще достаточно, — он поцеловал мою ладонь. — В том числе и брачных. Если захочешь, можем в каждом Мире жениться.

Может, и захочу потом. Но сейчас мне хотелось только одного — спать. И жареной картошки…

Прибытие в город большого отряда вызвало бы подозрение, поэтому собирались почти длань, въезжая в Марони по трое-четверо, кто с торговым обозом, кто с ватагой охотников, везущих на рынок дичь и пушнину. Те, кто прибыл раньше, времени зря не теряли — собирали информацию.

Для этого дела удалось собрать почти три десятка человек — из расчета, что к его завершению в живых останется в лучшем случае половина. Люди знали, на что идут. Но награда, обещанная выжившим, стоила риска.

Лар бросил в чашку щепотку сухих листьев и залил их кипятком. Пока заваривался чай, разрезал пополам сдобную булку, одну половину намазал маслом, вторую — клубничным джемом. Поставил все на поднос, подумав, взял из вазы два яблока, а из шкафа блюдце с орешками и понес эти нехитрые лакомства наверх. Галла вернулась из Школы уставшая, сказала, что было три лекции подряд и зачет у младшего курса, и собиралась тут же лечь спать, но проговорилась, что даже не позавтракала сегодня. От нормального обеда отказалось, но на чай, при условии, что он сам все приготовит, Иоллар ее уговорил.

— Носишься со мной, как с ребенком, — улыбнулась она, когда он поставил на столик у кровати поднос и подал ей чашку.

— Тренируюсь.

Оставалось чуть больше трех месяцев до рождения их сына. Потом еще месяц — и они уйдут с Тара. На Пантэ, скорее всего — Галла говорила, что там хороший климат, воздух целебный, море.

— Мне Рошан когда-то обещал целый остров подарить. Может, вспомнит? Представляешь, будем жить на собственном острове — купаться, ловить рыбу, выращивать на огороде какие-нибудь ананасы… Наверное, это скучно, да?