Чтение онлайн

 Ах, так!..

 Ах, так!..

 Иван, значит, у нас герой, хоть и однорукий, старик — больной, а Агафон — просто убогий, которого можно и шилом на расстоянии?!..

 Ну, я ей покажу, что умеет почти выпускник ВыШиМыШи!

 Шепталка!

 Деревенщина!

 Невежда!

 Смотри на настоящего мага и учись!..

 Ни слова больше не говоря, чародей принял стойку номер два, с презрением отвергнув мысль заглянуть хоть одним глазком в шпаргалку, словно горевшую огнем в потайном месте в рукаве, и гордо, отрывисто, будто отшвыривая от себя, выкрикнул слова заклинания и повел руками, собирая своей волшебной силой все миски, кружки, ложки, ножи, бутыли, чугунки и блюда со стола и отправляя их в окно, прямо в руки терпеливо поджидавшему Терентию.

 В кои–то веки, заклинание удалось блестяще.

 И даже слишком.

 Блестяще — потому что вся утварь снялась со столешницы, как стая вспугнутых уток, и дружно ринулась в окно.

 Слишком — потому что, сбив умруна с ног, со скоростью курьерского поезда промчалась к забору, проломила в нем передним чугунком дыру и понеслась дальше, в лес, не иначе, как с серьезным намерением сделать в нем сегодня новую просеку имени себя.

 Вслед за нею, жалобно треща и скрипя, в окно пытался и не мог пролезть стол.

 За его спиной, обнимая на верящего своему счастью деда Зимаря, согнулась пополам и задыхалась от хохота Макмыр.

 Иванушка отвернулся к стене и внимательнейшим образом принялся изучать какую–то трещину в бревне. Плечи его неровно дрожали.

 От сдерживаемых рыданий, не иначе.

 - Стой!.. — выкрикнула бабка резким, срывающимся от смеха голосом и чиркнула перед собой непослушной дрожащей рукой. — Стойте все!..

 С первыми звуками ее голоса стол мгновенно опомнился, поспешно встал на пол всеми четырьмя ногами, устыдился своего легкомысленного поведения и покаянно застыл, словно удивляясь, какая нелегкая в него вселилась.

 Издалека, почти из леса, донеся звон падающего железа и стекла [114].

 - Ох, насмешил!.. Ох, уморил!.. Ох, распотешил!.. — кряхтя, охая и утирая слезы, убыр оттолкнулась от деда, словно лодка от причала, и подошла к магу, отчаянно в этот момент жалевшему, что он сам не поддался действию своего заклинания, не вылетел в окно и не врезался головой в самое толстое дерево вокруг этой поляны…

 - Ну, помог, ну, пособил, мил человек волшебник, нечего сказать!..

 …или хотя бы не провалился сквозь пол, желательно к центру Земли…

 - Ох, так в моем воздрасте хохотать — и концы отдать недолго!.. Ну, чудо–чаровник!..

 …просто отдать концы на месте — тоже неплохой вариант, по крайней мере, гораздо лучше этого, когда приходится стоять перед радующейся непонятно чему старой перечницей и выслушивать то, что и сам давно подозревал… чтобы не сказать, думал… а если еще точнее, знал… причем, совершенно точно…

 - Ну, чудодейник… Ну, лиходей… И где вас только такому учат… Ступай теперь, принеси хоть то, чё осталось — мыть–то всё равно надо… И осколки все собрать не забудь: лес загаживать — последнее дело.

 - Он не виноват, — выступил на его защиту лукоморец, среагировав на «лиходея» и, на всякий случай, испугавшись за друга. — Он старался, он хотел, как лучше… Только у него иногда… время от времени… почти всегда… так получается… Но он не со зла, бабушка убыр, вы не подумайте!..

 - Да уж, со зла такое и не сотворить, — хмыкнула старуха, вспомнив что–то, коротко хохотнула, мотнула снова головой, будто отгоняя назойливую мысленную картину, и, помимо воли не переставая ухмыляться, окинула смешливым взглядом мага. — Силушка–то у тебя прет, как квашня из–под крышки, вьюноша, да только …

 - С–сила есть — ума не надо, вы это хотели сказать?.. — выдавил убитый результатами демонстрации оной специалист по волшебным наукам.

 - Понимаешь, — одобрительно усмехнулась убыр. — Сила — это еще не все. Даже с такой, как у тебя, без умения ей управлять далеко не уйдешь, хоть все заклинания в мире наизусть выучи. Магия — это тебе не книжки читать, чаровник. Это то, кто ты есть на самом деле.

 - Д–да я знаю…

 Агафон взглянул на Макмыр как побитая собака, ссутулился, и сделал шаг к двери.

 - Извините, бабушка… дурака… Пошел я собирать… что еще можно…

 - Я тебе помогу! — присоединился к нему царевич.

 - Да ладно, не стоит…

 Убыр снова прищурилась, поджала губы, склонила голову набок, оглядела и так, и сяк, и эдак подавленного, расстроенного мага и вздохнула:

 - Ох, мужики… Ох, никому не говорите — не поверят… Такая я сегодня добрая, что самой противно. Уговорили. С банькой и с больными вашими управлюсь, и тебе, чаровник, несколько слов найдется. Это тебе не школа твоя с книжками да бумажками, я за тебя возьмусь, как следует.

 - Воля ваша, — буркнул Агафон, пожал опущенными ниже некуда плечами и пошел, волоча ноги, к двери. — Учите, коль уж так хочется … Да только не вы первая, не вы последняя.

 Через два дня отдохнувшие, откормленные и излеченные от всех реальных и воображенных убыр [115] болячек путешественники стали собираться в путь.

 Блаженствующий Масдай был развешен на заборе, чтобы остыл и проветрился перед дальней дорогой, мешок до отказа наполнен продуктовым набором путешественника, умруны в последний раз обрызганы составом, навсегда отбившим запах, доводящий деда Зимаря до озверения [116], и честная компания присела на свежесколоченном крылечке [117] на дорожку.

 - Ну, и куда вы теперь? — задала заметно погрустневшая Макмыр вопрос о месте назначения, чтобы отвлечься от других, беспокоящих мыслей.

 - Домой, в Лукоморье, — ответил Иванушка.

 - В Лукоморье?!.. Так вы из Лукоморья? — искренне оживилась и всплеснула руками старушка. — Что ж ты раньше–то не сказал, мил человек?

 - Да как–то не к слову пришлось, — сам недоумевая, пожал плечами царевич.

 - Вы там, наверное, всех знаете? — продолжала расспрашивать убыр.

 - Н–ну… — озадаченно задумался над вопросом царевич, вспоминая результаты последней переписи населения в ста семидесяти томах.

 - А что? — перехватил инициативу маг.

 - Да у меня тут надысь за несколько дней до вас девица одна гостила, тоже, говорит, если не врет, из Лукоморья вашего.

 - Девица?! — взвился Иван.

 - Ну, да, — рассеяно кивнула Макмыр, не замечая волнения царевича. — Я с ней ученицу мою отпустила, Находку, чтоб приглядывала за ней. Так что, ежели вы ее встретите…

 - Как ее звали? — Иванушка схватил убыр за плечи и впился в ее лицо отчаянным взглядом, словно от ее ответа зависела его жизнь. — Как звали?..