Чтение онлайн

 - И торопиться!

 - Торопиться, торопиться… — болезненно скривилась Серафима и отвела глаза. — А толку–то? Он же колдун, и не просто так, прыщи на ярмарках заговаривать, а каких еще поискать… Я в жизни не то что не видела, а даже и не слышала, что такое возможно, что он выделывал! А ему — рукой махнуть или пальцами щелкнуть — и все дела. Я, Вань, конечно оптимист, но не до такой же степени…

 - Подумаешь! — с уверенностью, которую вовсе не чувствовал, усмехнулся Иванушка. — Мы тоже не лыком шиты. У нас тоже волшебник есть!

 - Кто? — заинтересовалась царевна и с надеждой воззрилась на деда Зимаря.

 Лукоморец покрутил головой, пока в поле его зрения не попал насупленный, оборванный, исцарапанный, с синяком на щеке, с зудящей ногой, с раскалывающейся головой и крайне недовольный чем–то [124] Агафон, и кивнул в его сторону:

 - Вот. Самый настоящий специалист по волшебным наукам. Почти с дипломом. А в его распоряжении имеются еще и несколько сюрпризов для Костея.

 - Сюрпри–и–зов, — многозначительно протянула Серафима, и незнакомая рыжеволосая девушка с тощим вихрастым мальчишкой за ее спиной заулыбались, словно вспомнили забавный анекдот. — Сюрпризов… Это точно. По сюрпризам он мастер.

 И только тут у Ивана дошла очередь до вопроса, который он хотел задать с самого начала, да не пришлось:

 - А, кстати, как ты нас нашла?

 - Это кстати о сюрпризах, — усмехнулась царевна. — Сплю я сегодня ночью, никого не трогаю, и тут вдруг в лесу скрип–шум–треск пошел. Смотрю — чудо лесное на нас прет. Ну, остановила я его, побеседовали, вот до истины и докопались совместными усилиями.

 Иван, если и не зная наверняка, то догадываясь с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента, ЧТО его возлюбленная супруга могла подразумевать под «остановила», если дело касалось неопознанного чуда лесного, прущего на нее посреди ночи с треском и шумом, покосился украдкой на увлеченного созерцанием носков своих сапог мага, но доводить прилюдно вероятность до ста процентов не стал.

 - А мы–то вчера тебя весь день с Масдая искали, все глаза проглядели… — начал было игриво он, но сразу же снова вспомнил о Костее, и тут же помрачнел.

 - Он и вправду бессмертный? — угрюмо спросил он, зная ответ наперед, но все же лелея последнюю надежду.

 - Правда, — кисло подтвердила Серафима. — Сама проверяла.

 - Ты?!.. — задохнулся Иванушка, но она только махнула рукой:

 - Да все нормально кончилось, ему, кажется, даже понравилось…

 - Это как?!.. — встал на дыбы ошарашенный супруг.

 - Послухайте, голубки, — вмешался тут дед Зимарь и забренчал жестяными тарелками, — чего просто так стоять, лясы да балясы точить — садитесь завтракать лучше. А там рядком да ладком и поговорим, кто что видел, кто что слышал.

 - А ведь и то дело, — улыбнулась вдруг Серафима. — А то ведь уж, поди, девятый час на дворе, а у нас еще ни в одном глазу!..

 - Давай забудем обо всем на полчаса, — улыбнулся ей в ответ Иван, — и закатим пир на весь мир… на всё царство Костей… то есть, на весь лес… в честь нашей встречи… а?..

 - На всю полянку, — с лукавой ухмылкой продолжила царевна логический ряд супруга и развела руками: — Против такого здравого предложения спорить не могу. Оркестр, туш!..

 Каковы бы ни были изначальные намерения воссоединившейся ячейки общества, но после первых искренних слов радости завтрак незаметно превратился в спешный обмен краткими версиями историй своих странствий и испытаний, а затем и в военный совет.

 - …Я всё понимаю, Иван, что ваши лукоморцы — хорошие солдаты, что они никогда не сдадутся, что будут сражаться до последней капли крови в жилах врагов, но пойми и ты! Пока Костей стоит во главе своего войска, их не победить. Тем более что простая математика тоже против нас: их больше в несколько раз, а нас, соответственно, в несколько раз меньше. Вот и считай.

 Иванушка сдержал готовые вырваться слова упрека в пораженческих настроениях, понимая, хоть и не принимая всю их обоснованность, и вздохнул.

 Серафиму поддержала Находка:

 - Да хоть в сто раз большее войско соберите — ничего с ним не поделаешь!.. Он, во–первых, бессмертный, во–вторых, обладает такой силой волшебной, что…

 - У него нет волшебной силы, — оторвался безмолвствовавший до сих пор Агафон от жареной куриной ножки таких размеров, словно она была отрезана не от курицы, а от избушки.

 - Что?.. — недоуменно переспросила октябришна, словно не расслышала.

 - Как это — «нет»? — язвительно фыркнула Серафима. — А как же он тогда все свои фокусы вытворяет, по–твоему, а?

 - При помощи Камня, — так же немногословно сообщил маг.

 - Камня?.. Камня?.. При чем тут… хм… Хм! — мозги царевны заработали в полную силу, сопоставляя и анализируя всё виденное и слышанное за время своего заточения в замке царя Костей в свете удивительной новости.

 Камень, меняющий цвет…

 Усталость Костея и прекращение всякой волшебной деятельности по мере обескровливания камня…

 Обескровливания…

 Умруны…

 Омерзительно–жестокий ритуал по насыщению Камня новой силой…

 Значит, если Камень истощить и не давать царю возможности погрузить его в грудь очередного бедолаги…

 - Значит, без Камня он — дырка от бублика? — озабоченно нахмурилась Серафима и потерла переносицу, чтобы лучше думалось.

 - Значит, да, — согласился маг.

 - И это значит, что наша задача упрощается…

 - Как, еще больше? — чуть не подавился куском шаньги Агафон.

 - В смысле, до предела, — кинула на оппонента убийственный взгляд царевна. — Это означает, что чтобы обезвредить Костея, надо всего лишь отобрать у него Камень…

 - Ха, — не удержался чародей.

 - …или уничтожить его, — закончила свою мысль она.

 - Да как же его уничтожишь–то, мила дочь? — вскинул руки к небу дед Зимарь. — Он же на супостате висит, его ж молотком не стукнешь!..

 - Молотком его не прикончишь, — грустно покачала головой царевна. — Пробовала.

 - Да я не про Костея, я про Камень говорю, — уточнил дед.

 - И Камень тоже, — сообщила она. — Он был создан сколько–то лет назад в горниле жерла…

 - Где?.. — захлопала глазами Находка.

 - В какой–то дыре с очень редким типом пламени, магическим донельзя. Зюгма, его советник… покойный… называл его, если я ничего не путаю, пламенем Сердца Земли, что бы это ни значило.

 - Где это? — оживился исследователь в Агафоне и, моментально отшвырнул в сторону саму идею завтрака как святотатственную, когда информация такой важности и ценности была готова пролиться в его уже дрожащие от предвкушения руки.