Чтение онлайн

Лиза увлекла ничего не понимавшую подругу за собой, и они побрели по тротуару к площади Ленина, постепенно приходя в себя от суеты и гула компьютеров.

– Кто это?
– оглянулась Катя.

– Телохранитель мужа.
– Елизавета потускнела и вдруг расплакалась, всхлипывая и не вытирая слез.
– Мерзавец поганый!.. Схватил, увез, запер...

– Да в чем дело?
– удивилась Катя.
– Ну-ка перестань реветь, рассказывай, что случилось. Я так и поняла, что ты вышла на работу не по своей воле. Шеф вызвал? Криворуков? Точно, мерзавец!

Лиза помотала головой, проглотила ком в горле, достала платок, чтобы вытереть лицо.

– Шеф ни при чем. Георгий меня достал...
– И она рассказала подруге все, что с ней приключилось в последние три дня, в том числе и о своей встрече с Егором Крутовым.

Катерина выслушала подругу с таким участием и восторгом, что Елизавете стало гораздо легче.

– Вот видишь, - вздохнула она, смущенно улыбаясь, достала зеркальце, поправила прическу, вытерла следы слез.
– И я влюбилась, как девчонка. Знала его столько лет, никогда не обращала внимания, да он и старше меня был на десять лет...

– На десять?!
– ахнула Катя.
– Это он такой старый?!

Лиза невольно улыбнулась.

– Тридцать пять лет - старый? Видела бы ты, как он дерется! Он любому крутому фору даст. Ну, чего стали посреди дороги? Пошли в кафе, раз собрались, посидим, расслабимся. Рассказывай теперь ты о своих подвигах.

Они зашли в кафе, выбрали столик у окна, заказали бутылку шампанского, кое-какую закуску и кофе, и принялись болтать, то и дело скатываясь к интересующей обоих теме - о мужчинах, которые нравятся. Катя спросила: а как же муж? он же тебя любит?
– и Лиза чистосердечно призналась:

– Но ведь я-то его не люблю? А его так называемая "любовь" - это чувство собственника. Ему бы мусульманином родиться - имел бы самый большой гарем! И потом, ты знаешь, как он стал мэром? Кто его финансировал? Какие-то военные. А эта его подозрительная деятельность, постоянные разъезды, встречи, вьющиеся вокруг темные личности, тупые телохранители...
– Елизавета махнула рукой.
– Все! Не хочу! Наелась.

– Но он такой сильный, мужественный, красивый...

– Только с виду.
– Лиза улыбнулась.
– На меня он действует, как аллергия. Помнишь, у Дюма в "Виконте де Бражелоне"? "Каждая женщина скажет, что между красотой любовника и красотой мужа огромная разница".

Засмеялась и Катя.

– Я не люблю Дюма, но сказано верно. Интересно было бы взглянуть на твоего Крутова, уж очень ты его превозносишь.

– Увидишь еще и убедишься. Он приедет.

– Почему ты так уверена в нем?

– Я же тебе говорю, он человек слова. Никогда не думала, что встречу...

– Соседа.

– Вот именно, что встречу соседа, способного меня увлечь и зажечь.

– А как же все-таки муж?

– Никак.
– Лиза нахмурилась.
– Жить с ним я не буду... и в его квартиру не поеду. Приютишь на пару дней? У тебя он меня искать не станет, надо только от телохранителя избавиться.

Катя закурила, обдумывая свое решение. С одной стороны ей было боязно вмешиваться в чужую жизнь, с другой интересно, и еще хотелось помочь подруге. Она нагнулась к уху Лизы.

– Устроим маленькую комедь. Он ждет тебя у входа? Выйдешь через служебный выход и дворами дойдешь до парка, там встретимся. Я его отвлеку.

– А не боишься? Вдруг полезет выяснять отношения?

Екатерина с пренебрежением повела плечиком.

– Пусть попробует. Так завизжу, что полгорода сбежится.

Лиза прыснула, Катя засмеялась тоже. Настроение у обоих поднялось, им было приятно осознавать себя решительными и смелыми.

Кафе между тем заполнилось, появились целые компании веселящихся молодых людей, привыкших чувствовать себя властелинами мира. Один из них заметил беседующих подруг, что-то сказал оркестру и, когда тот заиграл танго, подошел к столику.

– Пошли, потанцуем, - развязно сказал он Елизавете.

– Я не танцую, - покачала головой девушка.

– Чо?!
– удивился молодой человек; он был одет в черные брюки, белую рубашку "апаш" и супертуфли с пряжками и заклепками, а на руке носил не часы, а целый агрегат величиной с туристский компас.

– Ты чо, в натуре?!

– Чо слышал: я не танцую.
– Лиза с иронией оглядела парня.

– Да ты чо выпендриваешься? Я же музыку заказал.

– Иди и танцуй, если заказал.

– Ну, ты даешь!
– покрутил головой танцор.
– Я по-хорошему, а ты кобызишься. Ну, смотри!

Покачнувшись, он расправил плечи и отошел от стола.

– Раздайся грязь, навоз плывет!
– засмеялась Катя.

На ее беду парень услышал ее слова. Круто развернулся, сузил глаза.

– Чо ты брякнула?!

– Иди, иди, она пошутила, - с досадой отмахнулась Елизавета. Приходи завтра, обещаю станцевать.

– Нет, чо она сказала?!
– Он оперся кулаками о столик, едва не смахнув на пол посуду.
– Ты знаешь, с кем дело имеешь, вобла сущеная?! Я Хелемский, помощник депутата! Щас кликну хлопцев...
– молодой человек не договорил, на его плечо опустилась мощная ладонь Станислава.

– Уймись, мальчик, - сказал телохранитель Мокшина.
– Эта мадам заказана.

И "помощник депутата" сник, съежился, пробормотал что-то и почти на цыпочках отошел от стола. Видимо, он хорошо знал телохранителей мэра и их возможности.

– Пошли домой, уже поздно, - посмотрел на часы Станислав.

Подруги переглянулись.

– Мы еще не пили кофе, - робко проговорила Катя.

– Дома попьете.

– Мы будем пить здесь!
– твердо глянула на парня Лиза.

Командный тон подействовал.

– Ладно, даю десять минут, - сдался Станислав и пошел к выходу из зала, оглянулся.
– Григорий будет очень недоволен.

– Это его проблемы, - холодно сказала Елизавета, хотя внутри нее все сжалось.

Станислав вышел.

Катя посмотрела на лицо подруги и накрыла ее руку своей.

– Ну что, поедешь домой?

Лиза сжала губы, помотала головой упрямо, сдерживая подступившие слезы, решительно поднялась.

– Будем действовать, как договорились, если ты не передумала. Я ему не вещь, с которой можно делать все, что заблагорассудится, не интересуясь ее мнением.

– Правильно!
– с жаром махнула рукой Катя.
– Мы им покажем, как надо свободу любить! Иди первая, я выйду позже.
– Она хихикнула.
– Представляю рожу этого лакея, когда до него дойдет, что его обвели вокруг пальца...