Чтение онлайн

– Я предупредил мастера Боски, так что можешь не переживать.

– Что вы от меня хотите? – Севастьян неуловимо напрягся. Боевка, черт, да ещё и постакадемическая. Никто в жизни не будет учить полноценной боевке подростка из-за нестабильности ядра.

– Ты сильно изменился за последнюю неделю, и я переживаю за тебя, – мастер Кореан сделал шаг к подростку и остановился. Сила концентрировалась, и Суалес мог ударить в любой момент.

– Плохо сплю, мастер. К тому же постоянные тренировки выматывают.

На несколько секунд повисла тишина.

– Кто учит тебя боевке?

– Никто, – краткая пауза перед ответом.

– Но приемы боевого стиля стихийника выдают тебя, Севастьян.

Суалес повернулся лицом, и на секунду зеленые глаза ожгли ненавистью.

– Меня никто не учит, мастер Кореан, я лишь читаю учебные свитки и повторяю действия оттуда.

– В академии нет полной боевки.

– Верно, но я нашел заброшенную лабораторию за границами города. Там много книг.

Кореан сглотнул. Единственный маг отступник, который имел подобную лабораторию и которую так и не смогли найти, несмотря на все усилия, был демонолог Миктиан. Остальные были найдены и полностью очищены.

– Книги какого типа там были? – Кореан сжал пальцы.

– Разного, но не старше 30-40 лет с момента переиздания. Хотя были и парочка древних, но язык мне не знаком.

Спина покрылась ледяным потом. Книги демонологов. Склонность к этой науке выявить сложнее всего, и зачастую уже во взрослом возрасте. Как только находят новых демонологов, корпус забирает их под свою полную подавляющую опеку. Им больше платят, обучают куда более мрачным тайнам магии, и в итоге молодые демонологи подсаживаются на этот раздел магии из-за его необычного вкусового оттенка, и их уже никуда не переманить.

– Ты должен был сообщить в службу безопасности.

– Обычные книги для тех, кто уже покинул академию, – Севастьян пожал плечами. – Никаких препаратов, только рунические круги держат её в относительно живом состоянии. К тому же там не стоят какие-либо запоры или защита, туда может пройти любой.

Кореан с силой прикусил губу с внутренней стороны. Нет, невозможно.

– Мне пора, мастер, – Севастьян выскальзывает за дверь и аккуратно претворяет её.

Мужчина вцепляется пальцами в красные волосы. Нет, этого просто не может быть. Лаборатория, защищенная кровным ритуалом, туда может пройти только тот, кто ее зачаровал или близкий родственник: отец, брат… сын. Перед потемневшим взором, как живой, встал проклятый демонолог, и пусть дым и гарь от его заклятий все ещё не осели, но Кореан наконец разглядел Миктиана и его волосы цвета лаванды.

Шинда понимал, что прокололся, но Севастьян был ещё слишком слаб, и как минимум три дня будет ни на что не способен. Саах прошелся по комнате. Он зашел за чистой одеждой для Севастьяна, но все никак не мог собраться.

Короткий стук, и дверь тут же открывается.

Шинда отступает назад. Кореан. Как же знакома эта ситуация, вот только у этого аловолосого в глазах не горит ненависть, и только это спасает мастера от немедленной смерти.

– Нужно поговорить.

– Мы сделали это в классе, – Шинда поправил стопку учебников и выровнял пирамиду свитков на столе.

Кореан закрыл дверь и прижался к ней спиной.

– Ты ведь знаешь, кто твои родители, – не вопрос, утверждение. – Уже несколько месяцев ты обходишь эту тему.

Шинда сжал кулак. Догадался. Проклятье.

– И что?

– Поэтому ты так изменился, хочешь стать сильнее и вытеснить образ отца из мира?

Саах поднял тяжелый взгляд на мастера.

– Вы его видели, – констатация факта.

– Видел, – короткий кивок. – Во время боевых действий, когда погибла вся моя группа, но мне в тот день повезло.

– И вы так спокойно говорите с сыном того, кто уничтожил ваших родных и друзей? – Шинда криво улыбнулся.

– Ты не можешь отвечать за его действия, – Кореан долго выдохнул. – Ты просто не виноват в его деяниях.

– А если я такой же? – Шинда прищурился, заставляя мужчину вздрогнуть.

– Ты другой, Севастьян. Ты добрый и умный подросток.

– Мой отец тоже был добрым и умным, – отрезал Шинда, чувствуя, как медленно, но верно ему отказывает хладнокровие. – Миктиан воспитывался в том же приюте; та же нянечка, что выхаживала меня в детстве, сидела у его кровати, когда он болел. Она провожала его в Академию в его первый день, а он бегал к ней, когда нужна была поддержка взрослого человека. Скажите, что нужно было сделать с моим отцом, чтобы из адекватного мага он стал бешеной машиной смерти? И не готовят ли из меня такую же боевую единицу, дабы запугать, а после и уничтожить врагов страны?

Саах отвернулся к окну и чуть опустил голову. Картина: неуравновешенный подросток, - идеально впишется в то, что он сейчас наговорил.

Шаги, и руки Кореана ложатся на плечи. Шинда едва не шарахнулся в сторону от отвращения. Попробуй красноволосый мастер его мира провернуть подобное, хотя и очень сомнительно, корчился бы в муках.

– Мне очень жаль, что ты так думаешь, Севастьян. Никто не собирается превращать тебя в бессловесное оружие. Только ты выбираешь, каким магом тебе быть.

Шинда промолчал, стискивая зубы и ниже опуская голову. В висках билась только одна мысль: развернуться и всадить в сердце чужака кинжал. Глаза медленно заволакивала черная пелена.

– Убирайтесь, – Саах прошипел это слово, почти не размыкая губ.

– Севастьян, – Кореан попытался что-то сказать.

– ВОН! – всплеск магии ударил красноволосого в грудь, и тяжелый маг, как пушинка, отлетел в дверь. Раздался треск дерева, и мастер осел где-то в коридоре.

Шинда, тяжело дыша, похватал вещи, залепил щит на дверь и сиганул в окно.

Мастер Киаков задумчиво разглядывал своего коллегу. Красноволосый куратор сидел за столом с рюмкой в руке, а голова была обмотана бинтом.

– Что случилось? – водник присел рядом с Кореаном.

– Поругался с учеником, – огневик вздохнул. – Он меня сырой магией и приложил, хорошо спину не сломал.

– Хм, сильных учеников, которые способны на подобный трюк, не так много. Кто-то из выпускников?

– Нет, – Кореан махом опустошил рюмку и налил ещё из стоящей на столе бутылки. – Севастьян Суалес.

Киаков дернулся. Этого ученика он не переваривал вообще. И не потому, что Суалес был неучем или однажды затопил его класс трижды за неделю. Нет. Все было куда проще. Водник прекрасно знал, чей он сын хотя бы потому, что учился в одной группе с Миктианом Саахом.

– Он бездарь, не способный почти ни на что. Контроль хромает на все ноги.

– Он умный парень, к тому же сирота. Киаков, ты же знаешь, как тяжело сиротам особенно таким, как Севастьян.

– У меня таких половина группы. Безумный демонолог оставил многих детей без родных.