Чтение онлайн

Но испортить настроение Дарье у него не получилось.

— Так я замуж за него выходить не собираюсь — какие ещё знакомства с родителями? Сказано же: для счастья завела! Чего непонятного?

— Маме это своей объяснять будешь.

— А что мама? Не с орком же сошлась!

Я не удержался и фыркнул.

— А вот это обидно было!

— Да брось! — отмахнулась эльфийка. — Просто интрижка с орком — это последний писк моды у девочек из хороших семей.

— Хм… — Я убрал газету. — Познакомишь с кем-нибудь?

— Ну… — задумалась Дарья и покачала головой. — Нет, пожалуй. Их городские интересуют, самое большее — стиляги. Ты для них слишком… брутален.

Жора заржал.

— Ты ж его голым не видела, откуда тебе знать, слишком он брутален для эльфиек или в самый раз?

— Угомонись! — потребовал дядя Вова и наставил указательный палец на уже собиравшуюся возмутиться из-за скабрезной шутки Дарью. — А ты не вздумай его ни с кем знакомить. Оторвут голову, без санитара останемся!

— Жаль! — вздохнул я и вновь развернул газету, но дочитать позавчерашние новости помешал переданный диспетчером вызов.

Дорожное покрытие на окраине оставляло желать лучшего, набравший приличную скорость автомобиль то и дело ощутимо потряхивало, так что пришлось сворачивать газету и хвататься за ручку над головой.

Ну и закрутила рабочая суета. Вызовы следовали один за другим, толком перевести дух не получалось часа два, пока нас не отправили чуть ли не на другой конец города. Вроде бы следовало порадоваться неожиданной передышке, но стряслось что-то по линии пси-блока, так что все как-то разом подобрались.

— Подробности будут? — уточнила Дарья у диспетчера. — Орк? Лежит и не встаёт? Понятно.

Она положил трубку, и дядя Вова поморщился:

— Ну и что тебе понятно?

— Мне понятно, что ничего не понятно! — не полезла эльфийка за словом в карман. — В ноль-три звонили родители. Говорят, ни на что не жалуется, кроме как на полнейший упадок сил.

— Один вот так уже лежал и не вставал… — проворчал я, припомнив случай с инженером.

— Не, — мотнул головой упырь. — Тут что-то другое.

И — да, другим это и оказалось. Орк лежал и не вставал, и экстрасенсорная ерунда к его плачевному состоянию никакого отношения не имела. Просто исхудал до такой степени, что кожа да кости остались.

— Вы его голодом морили, что ли? — брякнул с порога комнаты дядя Вова.

Да у меня и самого на языке вертелся тот же вопрос, но сдержался, поскольку в квартиру нас запустила мать больного — средних лет орчиха, крайне плотного сложения.

Та промокнула платочком глаза и сказала:

— Джон сам разработал себе программу питания.

— Джон? — хмыкнул упырь. — А по паспорту Иван, получается?

— Джону не нравится, когда его так называют! — объявил выглянувший из соседней комнаты орк — не сказать, будто субтильный, но и отнюдь не мускулистый.

Кожа его была лишь самую малость зеленоватая, и я сообразил, что лицезрю городского орка.

— Документики! — потребовал дядя Вова и, уже чуть смягчившись, произнёс: — Да не ваши, а больного!

Я поглядывал то на проводившую осмотр пациента Дарью, то на его родителей, но моё вмешательство не потребовалось ни там, ни тут. Даже когда эльфийка озвучила диагноз, всё ограничилось возмущёнными возгласами, и не более того.

— Крайняя степень истощения! — объявила Дарья. — Требуется госпитализация.

— Это острое переутомление! — возразил отец юноши, исхудавшего едва ли не до состояния мумии. — Просто упадок жизненных сил! Капельница с пси-концентратом легко поставит его на ноги!

Судя по быстрому обмену взглядами дяди Вовы и Дарьи, именно такое воздействие оный препарат и произвел бы, но по нему же я сообразил, что никто дефицитный состав сейчас расходовать не станет. Только не после чокнутого инженера и хитровыдуманного ракшаса, служебной проверки и серьёзной недостачи препаратов строгой отчётности.

— Налицо крайняя степень истощения! — повторила Дарья, — И подозрение на анорексию. В больнице ему обеспечат внутривенное питание и проведут все необходимые обследования.

О возможном отказе от госпитализации она даже не заикнулась, и орк схватился за голову.

— Это возмутительно! Я буду жаловаться!

Слушать его мы не стали, и на пару с дядей Вовой я переложил лёгкого как пёрышко больного с диван-кровати на носилки. Но только понесли его на выход, как прибежал хозяин квартиры.

— Вот! — закричал он, размахивая каким-то листком. — Отказ от приёма мяса! Вы не имеете права насильно кормить Джона мясом, курицей и рыбой!

Дарья приняла написанное от руки заявление, и мы спешно покинули квартиру.

— Я буду жаловаться! — нагнал крик, когда уже начали спускаться по лестнице.

— Непременно будет, — вздохнул упырь.

Дарья опередила нас и придержала дверь подъезда открытой. Мы погрузили орка в машину, я заскочил следом и передёрнул плечами.

— Тоже, поди, на эльфийку залезть хотел, вот и худел.

Дарья достала бутыль с раствором глюкозы и начала готовить капельницу, а дядя Вова покачал головой.

— Все хотят, но тут другое. Папаша у него из городских, а мамаша нормальная, вот и сел на диету, чтобы в весовую категорию отца перейти.

— А это вообще реально? — удивился я.

— Иногда получается, — кивнул упырь. — Но в этом конкретном случае даже пси-концентрата может не хватить, чтобы внутренние органы снова в штатном режиме заработали. Ну и с психикой серьёзные проблемы, раз себя до такого состояния довёл. Теперь без гипноза точно не выкарабкается.

Я на фельдшера так и вылупился.

— А гипнотизёр-то тут как поможет?!

— Обычный не поможет, а дипломированный экстрасенс за один-два сеанса голову в порядок приведёт, и станет он как миленький кушать всё, что положено кушать орку.

— У него отказ от мяса! — напомнила Дарья, которая как раз закончила возиться с капельницей. — Не выкидывать же его!

— Выкидывать нельзя, — согласился с эльфийкой упырь. — Но ты положи бумажку в карман — один чёрт, никто личные вещи до выписки смотреть не станет. Поверь моему опыту: без мяса он не жилец.