Иан К. Эсслемонт Печаль Танцора
Шрифт:
Грен побледнел, сглотнул.
– Не отдавайте меня им. Серьезно! Прошу...
Ву снова ткнул его палкой.
– Сделай работу. Не предай нас.
Реена схватила негодяя за руку и потащила прочь. Дорин смотрел вслед.
– Два дня, значит.
Ву вновь кивнул: - Да, - и жестом пригласил Дорина домой.
– Безграничное будущее сияет славой, маня нас, а я должен здесь распутывать мелкие дрязги.
– Он ткнул тростью в ночное небо.
– Само по себе преступление!
– Воображение твое, вот что безгранично, - буркнул Дорин.
Юный маг кивнул, не смущаясь.
– Поистине. Мое воображение безгранично - как и дерзания, и судьба.
Дорин мог лишь качать головой, слыша столь бесстыдное хвастовство.
***
Шелк пробирался к берегу Идрина, едва избегая предательски глубоких замерзших луж. Какое будет огорчение, если придут в негодность чудесные кожаные сапоги! Совсем недавно на улице к нему бросился грязный оборванец, надвинулся, словно ужасающее предвестие будущего, и неразборчиво прошамкал, оставаясь в грезах пыльцы д"байанга: - Лисс желает тебя видеть.
Шелк замер, морщась от мерзкой вони.
– Что ты сказал?
Однако ничтожество уже поползло прочь.
– Лисс, - повторил через плечо полусонный мужчина, пуская слюну.
Так и пришлось ему пробираться среди мутных, подмерзших луж грязи, злобно проклиная ведьму. Ну почему бы ей не жить в милом коттедже, как прочие уважающие себя колдуньи? Нет, спит на речном берегу, будто ничтожная рыбачка. Будучи могущественной - это он сознавал - она настаивала жить среди низших сословий. Маг ничего не мог понять.
Идрин, заметил он, обмелел сильнее обычного. Впереди его ждали двое, хотя смотрели они на реку: одна фигура была приземистой, облаченной во множество кофт и шалей - случайный прохожий принял бы всё это за защиту от мороза, но Шелк знал, что она одевается так даже в разгар лета. Вторая отличалась великанским ростом... и столь же непритязательной одеждой. Королл.
Шелк подошел и кивнул им.
– Привет.
Они оглянулись.
– Ты был прав, - бросила Лисс Короллу.
– Он совсем испачкал свою чудесную обувку.
– Очень смешно, Лисс. Так что такое, срочное, пригнало меня на берег? Рыба тоже устраивает заговор?
Королл задумчиво склонил грузную, покрытую шрамами и татуировками голову.
– Рыбы осталось мало, - прогудел он.
– Река обмелела, - сказал Лисс.
Шелк терпелив кивнул.
– Да. Точно.
– И погрязла.
Шелк хмуро пытался понять сообщение.
– Погрязла? Загрязнена, то есть отравлена?
– Погрязла. Порчена. Я чую это в раках.
Шелк брезгливо поморщился. "Боги. Она действительно ест эту гадость?"
Королл обвел южную сторону взмахом тяжелой руки.
– Кан не ушел.
– И это правда.
– Почему?
Шелк вздохнул и затрясся: здесь, на берегу, было очень холодно, ветер бил кнутом.
– Ну, - начал он осторожно, - думаю, потому, что они хотят победы.
– Именно, - сказал Королл с довольным видом.
– Лед в низинах, жабы спят.
– Лисс сурово глянула на Королла.
– Уже давно жабы спят глубоким сном.
Шелк переводил взгляд с одной на другого. "От жаб должна была прийти помощь? Спаси Худ. Я зря теряю время". – Он хлопнул в ладоши, стараясь согреться.
– Ну, благодарю за доклад о состоянии жаб. Буду иметь в виду.
– Не канезцы - настоящая угроза, - пророкотал Королл, будто не услышав Шелка.
– Шанс смутный и скользкий, - ответила Лисс.
– Никто не стал бы делать ставки.
– В отличие от тебя.
Старуха безрадостно засмеялась.
– Ставлю, что никто не выжил.
– О чем вы двое?
– возмутился Шелк, обидевшись, что его игнорируют - в конце концов, к такому он не привык.
Лисс прямо поглядела на него, и маг почти поразился: темно-карие глаза оказались весьма привлекательными. "Взор чудесной женщины".
Оглядев его с ног до головы, старуха ткнула пальцем Королла.
– Он говорит о мошеннике в тенях. А я - что шансов мало и не стоит беспокоиться.
– Шансов на что?
– На выживание.
– Она махнула рукой.
– Теперь иди. Донеси новости до Защитницы.
Он упер руки в бока. Кто она такая, чтобы посылать мага, словно мальчишку-вестового? Как-то все слишком загадочно. Спящие жабы и порча в воде?
– Ну хорошо. Пойду. Но обратно не ждите.
– Правда? Как жаль. Ты скрасил мой день, милый, милый мальчик.
Шелк вздохнул и поклонился по-придворному церемонно.
– Скорее я поцелую рака в... Дорогая Лисс.
Она кашляла смехом, пока маг пробирался обратно.
***
Через два дня на закате одинокий Дорин затаился в развалинах сельской хижины около восточной стены города. Канезская кавалерия патрулировала здесь в течение дня, по ночам ходили дозоры с факелами. Он выжидал и наблюдал, надеясь, что Панг проглотил наживку. Лично он бы не поверил. Хотя судить было трудно - он ведь никогда не терял всего, не готовился бежать.
В исходе ночи, когда он уже потерял надежду, первый золотистый свет зари показал движение на стене: кто-то медленно спускался по веревке. Дорин встал и осторожно подкрался туда. Оставаясь скрытым, различил силуэт Грена, который уже встал внизу, держа веревку и глядя наверх.
Показалась еще одна фигура. Дорин напрягся, огляделся - нет ли иной засады. Вторым спустился плотный, невысокий Панг. Едва он коснулся почвы, Дорин встал и подошел к парочке. Оба замерли; вспотевший Грен тяжело дышал, глазки Панга бегали, оценивая ситуацию.
Дорин швырнул Грену кошелек.
– За беспокойство.
– Деньги звякнули о грудь, и едва Грен склонился, чтобы подобрать кошелек, рука Панга мелькнула у шеи, нанося удар. Бандит упал, а Панг помчался прочь, к путанице сгоревших предместий.
Дорин не сразу оторвал взгляд от зарезанного Грена; потом подобрал деньги и начал преследование Панга. Бежал он без особой спешки, наслаждаясь свежим морозным воздухом, столь отличным от городской нечистоты. День обещал быть ясным, хорошим для охоты.