Чтение онлайн

Марго заглянула в скважину замка и поняла: он тоже не из простых! Тут шпилькою не обойдёшься… Заключённая гневно топнула ножкой и плюхнулась на пол. Приходилось всё начинать сначала! Однако…

– Эмоциями делу не поможешь, – пробормотала она, вспоминая одну из книжек, автор которой довольно скучно описывал, как следует вести себя в стрессовой ситуации.

Королева закрыла глаза и явственно представила себе нужную страничку:

«…ситуация фрустрации 15 , как вид угрожающей жизненной ситуации, блокирующая удовлетворение потребностей человека (“крушения надежд”), вызывающая неблагоприятные эмоциональные состояния в виде разочарования, замешательства, подавленности, агрессии и тому подобного…»

– Какая чушь! – вздохнула пленница, открывая глаза. – Вот у меня стрессовая ситуация, я во фрустрации, и что теперь делать? Как мне может помочь вся эта книжная белиберда?

И тут в ней словно звоночек прозвенел! В памяти всплыла древняя гадальная книга, которую она тайком от тётушки почитывала в детстве. Однажды ей захотелось удивить Владислава тем, как она исключительно силой мысли может разрывать арбузы на королевской бахче. Они шествовали тогда по тропинке, и огромные круглые полосатыши салютом выстреливали в небо, доставляя им, детям, необыкновенную радость.

Не факт, что это могло бы сработать в нынешней ситуации, но попробовать точно не помешало бы!

Королева решительно закрыла глаза, выровняла дыхание, выпрямила спину, мысли привела в порядок, а раздрызганные чувства в не очень стройную, но гармонию, и память перенесла её на двадцать лет назад в комнату, полную игрушек, детских книг и бесконечного солнца… Вот она дожидается пока тётушка покинет таинственную комнату, заходить в которую было запрещено строго-настрого; вот осторожно открывает дверь и с любопытством заглядывает внутрь; вот видит огромный стол и гигантский котёл, в котором что-то чавкает и отвратительно пахнет; вот стоит перед шкафом, полным книг с потрёпанными переплётами; вот забирается на стул и похищает томик, что пусть с трудом, но смогла бы дотащить до своей комнатки, невзирая на увесистость; вот залезает под кровать, чтобы не быть внезапно застуканной за чтением запрещённой литературы, и тут…

Марго аккуратно перевернула воображаемую страницу. И буквы на древнем пергаменте засветились, приглашая девчушку десяти лет в страну магии и волшебства…

«Образование – это то, что останется в твоей памяти, когда ты покинешь учебное заведение! – вещала мадам Бурвилески, поглядывая на маленькую Маргошу поверх очков. – Запомни это, пельмешка!»

– Вот сейчас и проверим, чего стоят твои слова, тётя! – улыбнулась померанская ведьмочка и осторожно прочитала светящиеся на пергаменте буквы, а прочитав, медленно распахнула ресницы, глядя на дверь темницы.

Сначала ничего не произошло. Даже захотелось расстроиться и завыть от отчаяния, подумав, что колдунья из неё вышла так себе, но тут стены каменного мешка вдруг угрожающе задрожали, а потом дверь с мудрёным замком разнесло вдребезги, и перед арестанткой образовался спасительный выход.

– Хех! – озорно усмехнулась маленькая Маргоша внутри достигшей зрелости Марго. Она встала и осторожно выглянула в коридор. – Ай да я!

Дорога к свободе была открыта!

Королева Померании шла коридорами замка, как когда-то десятилетними хулиганами они с Владиславом прогуливались по арбузному полю, и закрытые двери лопались перед нею, аки мыльные пузыри, возвращая в душу влюблённой женщины забытую, беззаботную детскую радость…

Собрав морщины на лбу в крепкую думу, Будраш мерил залу тяжёлыми шагами. Маленький Бло восседал в кресле и с нескрываемым любопытством изучал человекообразное существо, с которым ему впервые приходилось иметь дело не в качестве ингредиента для известного глюнигатэна… Вернее, не только в этом качестве!

– И это всё, что я должен буду сделать? – нарушил затянувшееся молчание канцлер.

– Да, – кивнул Бло.

– И сразу получу власть… над миром?

– Не совсем сразу, – поумерил зверь аппетиты тайного советника, – а после того, как королевство Владислава будет сметено с лица земли.

Канцлер опустился в кресло и, водрузив локти на стол, сцепил пальцы в увесистый замок.

– Заманчиво, чёрт возьми, заманчиво… – закивал он, ощупывая мыслью перспективу. – И всё-таки шестнадцать лет ожидания… шестнадцать… долговато.

– В сравнении с вечностью? – удивился ночной гость.

Будраш не ответил. Некоторое время он разглядывал странного визитёра, что-то взвешивая, просчитывая и прикидывая, пока брови не сгустились в возникшем сомнении:

– Но… что взамен? – нарушил он молчание, буравя невозмутимого грызуна взглядом. – Вряд ли ты делаешь это из любви к ближнему.

– Взамен ты отдашь мне своё сердце…

– Сердце? – вздрогнул тайный советник, и на лбу его обозначилась чёткая жилка, а внутри всё тревожно сжалось.

– Сердце… – повторил Бло. – Когда станешь властелином, оно тебе не понадобится.

– А как же я буду жить без сердца?

– Превратишься в шуршика. А у нас – шуршиков – сердца нет. Мы – существа бессердечные, – и огромная чёрная-бурая белка заразительно захихикала, точно ёж, бегающий по полю со стриженой травкой.

Но Будрашу озвученная ставка забавной не показалась. Он надолго замолчал, погрузившись в размышления. Вспоминал Анну, Даниила и огромный кусок, едва ли не половину собственной жизни, в которой были только беготня за иллюзиями, да движение по карьерной лестнице, а по сути – пустота и дым…

– Я должен подумать… – пробормотал он, глядя перед собой.

– Подумай, Будраш. Конечно, подумай, – в тон отозвался ушастый интриган. – Только помни: у тебя день сроку. Больше такого случая не представится. Скоро «обожаемый» тобой Даниил станет премьер-министром, и ты навсегда уйдёшь в тень.

Услышав ненавистное имя, советник вышел из ступора и угрюмо взглянул на гостя. Пальцы его рефлекторно свинтились в кулаки и хрустнули:

– Врёшь!..

Бло тут же сделался совершенно серьёзным. Враньё в среде шуршиков было немыслимо и приравнивалось к оскорблению. Если воин дикого племени хотел что-то утаить, он молчал, либо уводил разговор в сторону, но врать – такого себе не позволил бы даже самый занюханный из занюханных отщепенцев. Однако перед Маленьким Бло был человек, а среди людей подобная низость встречалась на каждом шагу и давно стала обыденностью. Он подавил в себе желание тут же оторвать ингредиенту голову и сказал холодно:

– Шуршики никогда не врут…

Будраш в сердцах хлопнул ладонями о стол. Лицо рассекла судорога ненависти. Он подошёл к камину и пошерудил в нём кочергой, стараясь подавить подступившую к горлу желчь. В этот момент зверь что-то пробормотал, но за глухим стуком переворачиваемых поленьев, канцлер не расслышал слов, и тут…

Ночь за окном вспорола молния. В открытое окно ворвался порыв ветра, вздыбивший огонь в камине, и по позвоночнику тайного советника скатился лёгкий холодок. Он замер, а зрачки его расширились… В самой сердцевине разбушевавшегося пламени Будраш увидел целующихся Даниила и Анну, но осознать что-либо до конца не успел, потому что в следующую секунду видение разбил сапог, мощно вдавивший гравий под своей тяжестью. Сапог принадлежал солдату, марширующему в четырёх линейной шеренге огромной армии, над которой полыхали факела. Канцлер постарался вглядеться в лица чеканящих шаг… и увидел полу-крокодильи, полу-волчьи морды гвирдумов, о которых даже не имел представления, распевающих воинственную песню, которую подхватило существо, как две капли воды похожее на него – канцлера Будраша: