Ибо однажды придёт к тебе шуршик…
Шрифт:
Вскоре несчастную запрягли в телегу, отправившуюся к королевскому дворцу на объявленные торжества. Новый хозяин довольно болезненно опускал плеть на круп, покрикивая, чтоб поторапливалась, но и сама лошадка, добирая злости, дабы забыть о предательстве, вполне охотно утраивала бег, под восторженные крики семейства незнакомого ей человека. Она всё более и более начинала тосковать по забавным существам, что, безусловно, её похитили, но проявили при этом ни с чем не сравнимую заботу, каковую она по глупости своей не оценила и кого покинула столь неосмотрительно.
Некоторое время спустя, повозка въехала в пределы столицы, поднялась по брусчатке к главным воротам королевского замка, где едва не наехала на королеву Померании, которая не вовремя вышла из-за кареты, прохаживаясь в ожидании лейтенанта королевской гвардии.
– Смотри, куда едешь! – сердито бросила Марго вслед отцу семейства, который тут же пошёл красными пятнами, так как гордость за покупку и желание произвести впечатление на благородное семейство, чуть не сыграли с ним злую шутку.
Потому, спешившись, селяне поспешили скорее исчезнуть за воротами дворца с самым извиняющимся видом.
– Даже этих лихачей не стали тормозить! – всплеснула расстроенная ведьмочка руками. – Что я-то тут делаю?!
Однако покинуть место своего позорища, тоже казалось поступком не слишком королевским. Глянув по сторонам, не подсматривает ли кто за нею, незваная гостья осторожно приподняла подол платья, где на изящном бедре, стиснутая подвязкой, обнаружилась маленькая плоская бутылочка с пятью снежинками на этикетке, припрятанная на всякий пожарный случай. А это вне всяких сомнений был именно он! Бедняжка сделала длинный глоток, чтобы хоть как-то приободрить себя, и тут же завела руки за спину. Не дай бог, её заприметил бы кто-то из представителей «бойкого пера»! Оправдывайся потом, что ты не лошадь! Больно надо!
Простой люд кричал: «Горько!». Им вторили захмелевшие графья и милорды, что говорило о том, что сословность и снобизм, при определённом сочетании свежего воздуха и добрых литров горячительных напитков, на раз стирает любые условности. Владислав и Ольга шли на рекордный сотый поцелуй, преодолевая губное онемение, ибо счастье приближённых в этот день являлось для них доминантой.
Офицер остановился возле канцлера, козырнул и что-то шепнул на ухо. Тайный советник тут же направился к пиршественному столу. Под громкое улюлюканье и хлопанье пробок от шампанского молодожёны завершили целовальный марафон и как раз вернулись в свои кресла, когда Будраш, наклонившись к виску их величества, сообщил о визите королевы Померании. На лице короля тут же проявилась озабоченность, не свойственная торжеству момента:
– Ну, раз она приехала, – пожал плечами Владислав и успокаивающе сжал пальчики жены, – и в самом деле было бы невежливо с нашей стороны не пригласить к столу столь уважаемую гостью. Да, дорогая?
Юная королева заметно потускнела, но кивнула, не утратив достоинства:
– Конечно. Странно только, что она приехала… Зачем?
– Значит, впустить? – осведомился советник.
– Конечно, – вздохнул Владислав и постарался взглядом приободрить любимую. – Будем считать, что это – хороший знак.
Но безусловной уверенности в том, что так оно и будет, в его голосе не было.
Музыканты грянули завораживающую мелодию, появившийся факир принялся низвергать струи огня, женские вздохи удивления и восторга волной прокатились по лужайке перед королевским дворцом, мужчины одобрительно замычали, пытаясь героически заглотить очередной кусок котлеты, хотя желудки их были полны до отказа, а останавливаться всё равно не хотелось, только сам праздник для королевской четы как-то разом иссяк. Воздух за столом их величеств наполнился тревожной неопределённостью и даже чуть завибрировал от свалившегося неизвестно откуда напряжения.
Пройдя изрядное расстояние в сторону ворот, где королева Померании ожидала своей участи, Будраш вновь заметил Анну. Подобно юркой птичке, она впорхнула в поварскую палатку, из которой тут же выбежал поварёнок с фазаном на блюде. Канцлер замедлил движение, о чём-то призадумался, затем, решительно приблизившись к шатру, чуть отогнул холщовую полу, чтобы воочию увидеть, как подкравшись к счастливому сопернику, изменщица озорно закрыла ему глаза и зажурчала, по обыкновению, скороговоркою:
– А чего я слышала, Данечка! Владислав собирается назначить тебя премьер-министром.
Кровь бросилась в лицо тайному советнику. Он зло запахнул полу, дабы не наблюдать столь омерзительное воркование двух голубков. Однако ревнивое любопытство не отпускало. Чтобы оказаться ближе к милующимся, он несколько сдвинулся вдоль стеночки, разделяющей его с влюблёнными и, остановившись, утроил слух:
– Я давно заметил странную вещь, – раздался столь ненавистный канцлеру голос, – фрейлинам почему-то всегда и всё известно раньше, чем тем, кого непосредственно касаются подобные сплетни…
Осторожно убрав с лица нежные пальчики любимой и поцеловав их, Даниил обернулся и ласково взглянул на чертовски обворожительную девушку, изумрудные глазки которой блестели лукавым огоньком:
– Это вовсе не сплетни! Я слышала это от самой королевы! И теперь мы вполне могли бы пожениться, если, конечно, ты не врал мне всё это время.
Даниил укоризненно покачал головой:
– К сожалению, детка, я лишён этого дворцового достоинства. Не люблю интриг. Но, давай, мы пошепчемся об этом вечером. Тут повсюду канцлер шастает, услышит – совсем расстроится. Зачем огорчать человека ещё больше?
Советник даже успел оскорбиться, от столь снисходительной в его отношении заботы!
– Значит, вечером? – и взгляд красавицы заволокло томной поволокой. – Звучит соблазнительно!
– Я приду к тебе, как всегда… – улыбнулся будущий премьер-министр.
Очаровательная хулиганка прильнула к его широкой груди и зашептала мечтательно:
– По верёвочной лестнице?
– Ещё можно воспользоваться камином…
– Фу-фу-фу! – засмеялась девушка в ответ, увесисто хлопнув шутника по покатому плечу. – Что это вы такое выдумали, господин премьер-министр?! Вы же будете весь чёрный!
– Опять же выгода! Вы когда-нибудь любила мавра, юная леди?
– Какая гадость, Данечка! Ты говоришь пошлости! – укорила фрейлина будущего мужа, хотя сама перспектива её явно забавляла. Она всё ещё оставалась озорной девчонкой, любящей всякие глупости, приключения и иные безобразия. – Ну, всё, целуй меня! Мне пора спешить! Сегодня не день, а сплошная головная боль…
И чмокнувшись с возлюбленным, она не менее стремительно выпорхнула из палатки, едва не сбив с ног канцлера, не успевшего раствориться в толпе. Смущённая неожиданной встречей, Анна опустила глаза, сделала реверанс и заторопилась тут же провалиться сквозь землю. Будраш задумчиво проводил взглядом точёную фигурку и, хотел было продолжить свой путь, но, конечно же, буквально налетел на Даниила, вышедшего вслед за девушкой.