Чтение онлайн

– С-слушаю! – подполковник откликнулся со второго гудка.

– Приветствую, Владимир Борисыч.

– Д-доброе у-у…утро!

– У нас новый эпизод. В курсе?

– В к-курсе, в-в курсе. С-собираюсь ка-ак раз к Ка-блу-укову. М-материал у не-его, – заиканье не лишало Сутулова бойкости. – И-из к-коридора ве…вернулся на ва-аш звонок. Подумал… хе-хе… м-может, ва-ажное че… чего…хе…

Кораблёв игривого тона не поддержал:

– Что собираетесь делать?

– П-п…пока не з-знаю… хе-хе… я ж ещё н-не в-владею…

– Вас не поднимали ночью?

– Не-ет. Ни м-мне, н-ни Олегу н-не зво…звонили. П-приметы там к-ка…какие?

– Пересказывать не буду. Сами прочитаете. Вам не кажется, Владимир Борисыч, что вяло у нас идет работа?

– П-почему?

Кораблёв вздохнул. Ох, это фирменное острожское «почему». Дебильнее ответа не найти. Лексически правильно ответить с вызовом: «Не кажется». Или, наоборот, сокрушённо вздохнув, согласиться: «Может быть».

– С-с-с…следователь вы-ыпишет п-поручение, б-б… будем и-исполнять.

– Ну, а оперативным путём подработать? Инициативно?

– А ч-чего тут о-о…опер-ративным м-можно?

– Активизируйте общие мероприятия. Отработайте ранее судимых за аналогичные преступления.

– А мы чего д-делаем?! Ба…балду бьём? – убойщик привычно показал зубы. – С-судимых отра…отрабатываем… ках-кх-кх, – фразу разорвал клокочущий кашель, – ре-егулярно… С-сегодня тоже о-одного гу-уся п-планируем…

В чайнике заклокотал кипяток. Клавиша автоматически отщёлкнулась. Срочно порцию кофеина!

07 сентября 2007 года. Пятница

Поход к фтизиатру Сутулов откладывал до последнего. Пока после затяжного приступа кашля сгусток крови на платке не обнаружил.

Раньше он списывал недомогание на банальную простуду. Ну, поднялась вечером температурка до тридцати семи и пяти. Что с того? Причина понятна – за день вымотался, не мальчишка, полтинник не за горами. Хроническое покашливание тоже тревог не вызывало.

«Просквозило! Рязанцев у нас любитель форточки расхлебенивать. Не нравится ему, видите ли, что мы с Олегом курим».

Кашель по утрам мучает? Так и этому объяснение нашлось, стаж курения-то за четверть века перевалил.

Когда стало больно дышать, отправился на «больничный». В ведомственной поликлинике мало того, что кучу таблеток прописали, так еще и всю задницу антибиотиками искололи. Полегчало. Неделю проработал и снова – здорово: одышка, кашель, ночью в холодный пот бросает.

От жены кровь на платке скрыл, чего расстраивать. Но Наталья нашла вещдок, когда перед стиркой бельё разбирала. Надо было выбросить, а он пожалел, младшей дочки подарок на двадцать третье февраля. Жена напала с расспросами. Отбрехаться не вышло. Настырная, зря что ли всю сознательную жизнь замужем за опером.

Фтизиатр выписал направления на анализы. Тут Сутулов тянуть не стал, сразу покатил в тубдиспансер, работа – не волк, в лес не убежит. Кровь из вены сдал и анализ мокроты.

Ещё флюорографию прошёл. Рентген-лаборантка отказывалась сообщать результат. Не её, мол, компетенция. Отсылала к доктору, он и снимок описывает, и заключение делает. Сутулов подкупил девушку протезированной улыбкой и услышал: «У вас проблемы, мужчина».

Степень проблем узнается в среду, когда результаты анализов будут готовы. В одиннадцать часов назначен повторный приём у врача.

Если подтвердится «тубик», что тогда? Стационар? А может, операция? Инвалидность? Выпихнут на пенсию по здоровью. Два инвалида станет в семье, у жены-то – третья группа по сердечному заболеванию. Хорошо, старшую дочь успели выучить. Пошла по отцовским стопам. Месяц как стажируется в следственном отделе родной милиции. Говорит – нравится. Младшей всего тринадцать, ещё поднимать и поднимать её.

На базу Сутулов вернулся в начале двенадцатого. Миновав КПП, стрельнул глазами на запасный выход. Увы, закрыто. Попасть к себе коротким путём не судьба. Пришлось идти в обход, мимо дежурки, петлять по коридорам и коридорчикам. Кабинеты убойщиков располагались в торце старого здания. Плюсом были выходившие во двор окна, весь милицейский движняк как на ладони.

Дверь в тамбур оказалась заперта. Условный стук активировал шаги внутри, щёлкнула задвижка.

– Обет…обстановка? – вопрос носил дежурный характер.

– Нормас, – у флегматика Олега всегда всё ровно, камни с неба посыплются – он не придаст значения.

Олег заменил ушедшего на пенсион Валеру Петрушина. Смотри-ка, вроде, только вчера молодой нарисовался, а уже два с половиной года, как корова языком… Олег, разумеется, блатной. Фамилия Белобрагин в городе на слуху, папаша – хозяин торгушника на площади «Трёхсотлетия».

Протекцию пацану устроил начальник ОРЧ-1 [35] Сапега. Нехило, с институтской скамьи и сразу – в штат облуправления. Раз, два – и в дамки! Раньше, чтобы в уголовный розыск попасть (на «землю», не в УУР!), надо было минимум пару лет в патрульно-постовой отмантулить, себя показать. С младших инспекторов начинали, с сержантских лычек. Выпускников специальных средних школ милиции, таких, как Сутулов (он закончил Чебоксарскую), были единицы. Ещё приходили по комсомольской путёвке с завода, но это совсем уж давно, в лохматые семидесятые происходило. И все, как на подбор, армейцы, причём в путных частях служившие. Котировались погранцы, десантура, вэвэшники. Особо приветствовались прошедшие Афган.

Теперь играют по новым правилам. Главная задача у Олежки – откосить от армии на законных основаниях. До двадцати семи лет проколачивает груши в ментуре и на гражданку свалит. Набравшись жизненного опыта, с кое-какими связями, они в бизнесе ох как пригодятся.

Сутулов не завидует, у каждого свои гонки. Утешается – ладно, хоть с ним Олега не уравнивают, старшего опера не дают, а ведь вакансии имеются. Но очередное звание юниор получил по сроку, уже целый старлей.

Олежа Белобрагин – большой, рыхлый, модный, вальяжный. На пухлой розовой щеке – ямочка. Когда улыбается, ну милота.

В профессиональном плане он – телёнок. Зато с первого дня тянет мазу за Сутулова. Всегда на его стороне в тёрках с праведником Рязанцевым.

Другое достоинство новобранца – личные колёса, и не какой-нибудь чермет, а «Крузак» трёхгодовалый. Водит он сносно, по крайней мере, в серьёзные ДТП не попадал.

Отдельная история про то, как Олежкина родословная помогла убойщикам улучшить жилищные условия.

Изначально Белобрагин-старший на евроремонт замахнулся. Создам, дескать, доблестным борцам с преступностью человеческие условия. Однако фронт работы заценил и включил заднюю. Столь космических вложений он не предполагал.