Чтение онлайн

Меня из раздумий вывел скрежет тормозов огромного пикапа марки Форд, этот автомобиль дерзко притормозил прямо у джипа Андрей Павловича. Из пикапа вылез мужчина лет сорока, здорового телосложения, но это не был тупо качок, в нем была сила именно природная, его кулаки с мою голову были сжаты в решимости дать по морде кому угодно, кто попадется на его пути. Ростом он был не ниже метра девяносто, волосы его были темными, нос с горбинкой, которая явно появилась при переломе. Он посмотрел угрожающе на окружающих, я не выдержал его сурового взгляда и отвел глаза, и быстрым шагом пошел к машине. Как только я сел в нее, пришло сообщение с неизвестного номера: «Там творили Кольцов и Никитин. Строил Храмы Митрофан Святитель, там колыбель морского флота, там пушки лил Великий Петр. Город-крепость, щит России, его земля – живая сила!»

Мы заехали в кафешку поблизости, сели за стол и стали обсуждать с Майей загадку.

– По мне, это Питер, – начал я разговор, – если опираться на морской флот и Петра Первого.

– А мне кажется, не все так однозначно, и Петр Первый мог лить пушки где угодно, – не согласилась Майя.

– А кто такие Кольцов и Никитин? – с просил я. – Понятия не имею, – пожала плечами Майя. – Я зато знаю, кто такой Митрофан Святитель, он был епископом воронежским, и, насколько я помню, он освящал корабли Петра, – озадаченно проговорил я. При слове «епископ» я заметил, как Майя скривила гримасу отвращения, но ничего не сказала. Она погрузилась в раздумье и через минуту говорит: – А давай в гугле посмотрим, кто такие Кольцов и Никитин.

Забив в поисковик эти имена, я прочел, что это два поэта – и чем это нам поможет?

– Может, нужно посмотреть, где они родились, – ответила Майя. – Вот, я нашла, они оба родились в Воронеже. – Две подсказки показывают, что нужно ехать в Воронеж, одна, что нужно ехать в Питер, – рассуждал я вслух. – И какое решение примем? – с просила она, смотря на меня с надеждой. – Два против одного, поэтому едем в Воронеж, – говорю я, – посмотри на Гугл картах, там есть летний кинотеатр? Майя, с минуту поковырявшись в телефоне, радостно поведала – да, есть такой у набережной, может, эта река и значится как колыбель морей?

– Может быть, в любом случае у нас одна попытка, ошибемся и точно не успеем в другое место поехать.

– Я уверена в том, что ты прав, ты ведь у меня самый умный, – льстиво промурлыкала Майя. – А я уверен, что ты самое чудесное, прекрасное и красивое создание в этом мире, – в ответ прошептал я ей на ухо, попутно целуя в мочку, отчего Майя замурлыкала от удовольствия.

Так как до следующей отметки нам ехать не больше десяти часов, мы решили переночевать в отеле и в шесть утра двинуться в путь. Мы отъехали километров пятьдесят от города и заселились в придорожном отеле, выкрашенном в сиреневую краску, который походил на отели в американских фильмах. Двухэтажное здание, в номера вход с улицы, окна выходят на парковку, которая тянется вдоль всего мотеля. Первым делом, как только заселились, мы пошли вместе в душ смывать дорожную пыль и усталость дня. После душа мы валялись на кровати и разговаривали о том, что произошло с нами за прошедший день и какие мы молодцы, что так легко отгадываем задания. Легли мы пораньше, чтобы легче было встать и двинуться в путь с утра.

В эту ночь, как и в предыдущую, я не мог уснуть, меня тревожил мужчина на пикапе, которого я увидел сегодня. Я сразу понял, что от него можно ожидать всего, что угодно. Да и вообще все участники были очень подозрительными, даже та тетка на минивэне. Интересно, она воспользуется моим способом устранения конкурента?

Всю ночь меня одолевали мысли о предстоявшем дне, и я плохо спал. Часика в четыре утра я решил выйти из номера подышать воздухом в надежде, что после этого я, наконец, усну. Я тихонечко, на цыпочках, вышел из номера, чтобы не разбудить безмятежно спящую Майю. Попав на улицу, я облокотился на перила, вдохнул в легкие воздуха прохладной весны и стал выглядывать, где стоит моя машина. Я заметил, что рядом с ней трется какой-то мужчина. Мое чутье мне сразу подсказало, что это не к добру, не мешкая я спустился и быстрым шагом подошел к машине, но мужчина не уходил. Подойдя поближе, я увидел, что он сжимает в правой руке увесистый гаечный ключ.

– Эй, мужик, ты что это стоишь у моей машины?! – крикнул я, приближаясь.

– Хочу сломать тебе двигатель, – послышался грубый голос. Подойдя на расстояние пары метров, я увидел того самого мужика на пикапе. Я остановился как вкопанный и не стал приближаться к нему, опасаясь его действий. Он посмотрел на меня все тем же ненавидящим взглядом и говорит:

– Но раз ты тут, тогда я сломаю тебе ноги вместо мотора.

– Эй, мужик, давай без глупостей, – решил я его успокоить. Но он, меня не слушая, понесся на меня, размахивая своим огромным гаечным ключом. Я недолго думая начал бегать от него вокруг своей машины, приговаривая:

– Мужик, угомонись, давай поговорим и все решим мирно. Но он меня не слушал, а только кричал: – стой, ублюдок! Потом он немного выдохся и говорит: – Лучше дай мне испортить твой мотор по-хорошему, иначе я испорчу твое ебало!

– Угомонись, мужик, – говорю я, а сам думаю, где бы найти что потяжелее, чтоб отбиться от него. – Ремонт мотора мне дорого обойдется, может, как-то по-другому договоримся?

– А что ты мне можешь предложить? – зло процедил он сквозь зубы. – Ну начнем с того, что я все равно не хочу выигрывать, я тут только ради своей любимой. – И что, тебе и твоей любимой не нужны деньги!? – Нет, не нужны, мы тут только ради приключений и драйва.

– А вот мне очень нужны эти деньги, и я ради них готов даже убить человека! – сказал он и опять стал гнаться за мной. Спустя минуту он снова остановился отдышаться и говорит, хватая ртом воздух:

– Пойми, мне очень нужны деньги на лечение моей шестилетней дочери, и если я не выиграю, то она умрет, теперь ты понимаешь, что у меня стоит на кону!

Мне стало его жалко, но машина и мое лицо мне были дороже, поэтому я говорю ему:

– Я сочувствую тебе, дружище, но и ты меня пойми, я не могу дать тебе испортить мою машину, да и потом, ты ради дочери готов на все, а я ради любимой готов тоже на все, и не дай Бог она сейчас проснется и выйдет из номера, и ты ей сделаешь больно, то я клянусь всем, что мне дорого, что перегрызу тебе горло и голыми руками разорву тебя!

Этот мой спич вывел его из себя окончательно, и он понесся за мной, уже явно намереваясь не останавливаться и вырубить меня. Я решил увеличить дистанцию и побежал вокруг здания. Со стороны это, наверное, выглядело комично: амбал с огромным ключом носится по всей парковке за молодым человеком, но у меня была цель – мне нужно было, чтобы он выдохся, и потом самому его вырубить. После того, что он мне рассказал, я понимал, что он все равно не отстанет, да, я думаю, любой отец не отстал бы от своей цели спасти ребенка, а в его парадигме победа и мое выбывание из гонки были синонимами. Пробегав так минут пять, он выдохся окончательно и из последних сил швырнул в меня гаечный ключ, который просвистел у меня над головой и улетел в темноту. Он присел, облокотил руки на колени и тяжело задышал в асфальт. Я, увернувшись от ключа, понял, что мой момент настал. С разбегу я налетел на него и стал наносить удары, но он их не почувствовал и просто оттолкнул меня, я упал на задницу, быстро вскочил на ноги. Мне сразу вспомнились те приемы, что я изучал на боксе, да и отец постоянно меня тренировал карате, он был тренером-любителем, где-то подпольно раздобыв книгу про восточные единоборства, поэтому его обучение было больше похоже на физкультуру, чем на навык боевых искусств. Я понимал, что мне главное – е го вымотать и нанести один, но точный удар в челюсть. И я стал кружить вокруг него, выкидывая удары левой и правой рукой, но не вкладываясь, а только обозначая удар. Он же размахивал своими кулаками как мельницей, намереваясь одним ударом вбить меня в землю. Но выдыхался он из-за этого еще сильней, и тут он, поняв тщетность своих попыток попасть в меня кулаком, побежал на меня вперед головой, желая забороть, задавить, раздавить. Я же резко отскочил влево и выкинул ему навстречу правую руку, которая достигла его носа. Хрясь, хруст ломающей переносицы и река крови. От такого точного и сильного удара он упал на колени, я не дал ему возможности встать и со всей дури с правой ноги снизу вверх врезал ему по челюсти. Удар получился очень сильным, я даже услышал, как хрустнула его челюсть, он вырубился и лицом уткнулся в асфальт. Я не стал его добивать и сломя голову побежал в номер, нужно было как можно быстрее уехать отсюда, пока этот отморозок не очнулся или не приехала милиция.

Вбежав в номер, я стал будить Майю: – милая, проснись, нам нужно срочно уехать!

Она, открыв глаза, молча, без лишних слов вскочила на ноги и стала одеваться. Также молча она схватила чемодан и выбежала из номера, я вышел за ней, волоча свой чемодан. Мы быстро спустились, она увидела вдалеке начинающего очухиваться, стонущего мужчину, и спросила:

– Что это? Это ты его?

– Садись в машину, по дороге расскажу все! – крикнул я. Мы быстро покидали вещи в багажник, я сел за руль, повернул ключ зажигания, краем глаза увидел, как он пытается встать, и я нажал на педаль газа и с визгом покрышек выехал из парковки отеля.

Выскочив на трассу и поняв, что все позади, я все рассказал Майе. Она выдохнула с грустью и говорит:

– Да, не позавидуешь ему, его понять можно: ради ребенка каждый готов пойти на преступление.

– Так никто ему не мешает выиграть гонку честно, – сказал я.

– А вот если б на кону была жизнь твоего ребенка, ты бы играл честно? Тем более это гонка без правил! – спросила она, смотря на меня серьезным взглядом.

– Думаю, что нет, – ответил я, выдохнув. – Но все равно, я не ввязался бы в эту авантюрную гонку, зная, что цена поражения – гибель ребенка!