Чтение онлайн

— И это.

Друг заглядывает внутрь и кладет конверт в сумку.

— Мия… — шепчет он, когда видит фотографию. Его плечи опущены.

— Ты можешь или нет? Лучше сделать это до завтрашнего рабочего дня, — огрызаюсь я.

Он оглядывается и вздыхает.

— Думаю, что да, могу.

— Спасибо. Можешь сказать ему, что сайт работает. С ним покончено, — говорю я как ни в чем ни бывало, как будто этого хватит, чтобы стереть влияние Мэтта на мою жизнь.

Джаред поджимает губы.

— С Мэттом?

— Да, с ним.

— Мия, что случилось? — Джаред пытается дотронуться до меня, но я не позволяю.

— Не хочу говорить об этом, хорошо? Я не готова. То, что между нами было, все равно лишь спор. Мы оба двигаемся дальше.

— Если ты уверена. Но…

Качаю головой.

— Да. Я уверена, и никто не сможет изменить мое решение. Даже сам Мэтт Хейвуд. Поэтому давай не будем об этом говорить?

Джаред долго изучает меня, а потом кивает и смягчается.

— Хорошо, котенок.

— Спасибо, Джаред.

— Хочешь поесть перед тем, как я отправлюсь в путь? — Он приподнимает сумку.

Я качаю головой в ответ, потому что хочу побыть одна.

— Не сегодня.

Он сводит брови вместе.

— Ты беспокоишь меня, Мия. С тобой ведь все будет в порядке?

— Да. Будет. Мне нужно зализать раны в одиночестве. Увидимся завтра на работе. — Положив одну руку на дверь, а другую ему на грудь, я толкаю его через порог своей квартиры.

— Окей. Больше не буду тебя беспокоить. Но, когда будешь готова поговорить, я буду рядом.

— Спасибо, Джаред.

— Иди сюда. — Он шире открывает дверь и обнимает меня. Притягивает ближе и качает нас обоих из стороны в сторону. — Люблю тебя, котенок.

— Фу! Остановись! — стону я, но не отодвигаюсь. Его доброта снова задевает мои чертовы чувства. Я плакала в подушку до тех пор, пока не уснула, поэтому не думаю, что у меня остались еще слезы.

— Ладно, ладно, ладно! — Джаред еще раз сжимает меня и пятится к выходу. — Увидимся завтра, котенок. Все наладится. Обещаю.

Я киваю и закрываю дверь, когда он уходит. Молю бога, чтобы он оказался прав.

Мэтт

Два месяца спустя

— Чем занимаешься, чувак? — В голосе брата слишком много беспокойства для такого вопроса.

Я услышал звонок, когда он вошёл, но не перестал бить по груше.

— А на что это, чёрт возьми, похоже? — кричу я.

Теряю концентрацию, и удар получается каким-то слабым. Груша отскакивает вправо от меня. Обхватив её руками, жду, пока она прекратит движение, чтобы вернуться к делу.

Тень брата падает на меня, пока я пинаю и бью своего воображаемого оппонента.

— На то, что ты пытаешься сорвать грушу со стены. Но мне придётся пойти на саморазрушение.

Колотя по груше изо всех сил, пытаюсь не обращать внимание на ворчание брата. Я всё понимаю, правда. В последнее время я жёстко бью не только на тренировках, но и в словесных баталиях. Так бывает, когда ты безответно влюбляешься в женщину.

— Хорошо. Теперь мы перешли к молчанке. Пытаешься и наши отношения испортить?

В этот раз слова Дэнни привлекают моё внимание. Опускаю руки, удерживая грушу, и смотрю в глаза брату. Я вижу приподнятые брови и такое выражение, будто он знает всё в этом мире. Терпеть это не могу. Но, учитывая, что он единственный человек, которому я могу позволить говорить на чистоту, буду рад проницательности брата.

— Что ты имеешь в виду?

— Она тебе нравилась. Даже больше, чем нравилась.

Мы оба знаем, о ком он говорит. Пожимаю плечами и возвращаюсь к груше.

— Да, ну что ж, я-то ей не нравился.

Левый хук, правый хук, колено, колено, колено. Повторяю комбинацию за комбинацией.

— Чушь. Она, определённо, отвечала тебе взаимностью. — Мой брат так просто не успокоится.

— Может быть. Но сейчас, определенно, нет. — Я тяжело дышу, но продолжаю тренировку.

— Борись за неё. Верни её, — говорит он, убеждая меня. Хотел бы я иметь хоть крупицу этой надежды. Но у меня её нет. После ухода Мии я несколько недель пытался звонить, писать, пытался связаться, но она не отвечала. Ни разу. Она не врала, когда говорила, что между нами всё кончено.

— Она не хочет меня, Дэнни. Я могу пресмыкаться сколько угодно, но это не поможет. Пришло время двигаться дальше.

— Мэтт Хейвуд, которого я знаю, так просто не выбросит полотенце. (Во время боёв бойцы выбрасывают полотенце, обозначая свой проигрыш — прим. переводчика)

Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на брата.

— Слушай, Дэнни. Знаю, ты пытаешься помочь, но я уже достаточно натворил. Я облажался, а она пошла дальше. Дерьмово. Это больше, чем дерьмово. Но мне нужно сделать так же.

— Ты правда сделал всё, что мог?

— Да.

Правда? Я не сказал ей про свои чувства из-за страха, что Мия сбежит. Не сказал, как сильно сломлен, потому что тогда она поняла бы, насколько хороша для меня. Я не сказал ей о своём прошлом, потому что это моя ноша. На самом деле, мы были обречены с самого начала.

— Прости, брат.

Дэнни хлопает меня по плечу.

— Не стоит. Хочу уже оставить всё позади.

Чувствую ложь на своих губах. Ни одного дня и ночи не прошло, чтобы я не желал вернуть Мию назад. Хавьер получил контракт UFC, и скоро его первый бой в Лас-Вегасе, а я перестал нуждаться в деньгах. Мой спортзал снова в строю. У нас рекордное количество посетителей. Это всё, чего я хотел. Но единственное моё желание сейчас — это Мия, разделяющая всё это рядом со мной.

— Вы с Никки придёте на выходных?

— Конечно. Слушай, ты разговаривал с отцом?

— Нет, — отрицательно качаю головой.

— Дядя Джимми сказал, что он пытался связаться с твоим подопечным. Он приходил на прошлой неделе, чтобы сделать ставки, но дядя Джимми не захотел видеть его.

Дэнни стоит с широко распахнутыми глазами, засунув руки в задние карманы брюк. Пожимаю плечами, потому что мне действительно плевать.

— То, что отец решил делать со своей жизнью, на его совести. Не могу и дальше тратить своё время на то, чтобы вытаскивать его из беды и волноваться о неприятностях, в которые он попадёт в будущем.