Чтение онлайн

– - ***

Перед самым сном я заново прокрутил в голове все события первого своего дня в Академии Военно-космических Войск.

Первым, что я увидел снаружи, после взлета с планеты была тонкая, почти прозрачная спица, а на ней два кольца разного диаметра -- огромное жилое и небольшое техническое. Их назначения я знал из лежащих в открытом доступе в Сети схематических чертежей Станции. Рисунок чернильных теней, почти сливающихся с космосом вокруг нее, решетка солнечных батарей, ежиные колючки антенн и неизвестных мне приборов. Со стороны, из иллюминатора подлетавшего к ней шаттла, Академия выглядела крохотной, белой и хрупкой, как причудливая снежинка.

Но чем ближе мы подбирались, тем огромней она становилась. Наш шаттл уровнял скорость с вращением большого кольца и нырнул в открывшуюся прямо посреди него пасть ангара. Сперва наткнувшись на упругое сопротивление, заставившее всех слегка потрястись в своих креслах, шаттл выпустил шасси и мягко плюхнулся на брюхо.

Летевшая с нами куратор построила всех в одну шеренгу и выпускала наружу по очереди. В гигантском помещении ангара уже стояли бок о бок два других шаттла. Один, точно такой же, как наш, привез будущих студентов с Марса, а второй, значительно массивней и длиннее за счет помещений для анабиоза и отсека с гипердвигателем, прибыл с Эвридики.

Нас, прилетевших с Земли, было двенадцать. Еще трое с Марса и его спутников, а с Эвридики пятеро. Построившись перед куратором в два неровных ряда, мы прошли перекличку и отправились к выходу из ангара. Краем глаза я заметил, как боты-погрузчики вынимают из грузового отсека нашего шаттла рюкзаки, сумки и чемоданы. Марсианский и Эвридикский шаттлы уже были разгружены, вещи лежали аккуратной стопкой между ними.

Я вертел головой и оглядывал все вокруг. Заглянув каждому в лицо, я запомнил своих новых товарищей, куратора, стоящих у стен молчаливых, почти незаметных взрослых военных, наблюдавших за процессом высадки. У каждого из них на груди белел пустой семиугольник.

Правительственные войска лично контролировали прибытие новых студентов в Академию. Об этом я задумался уже сильно после, в тот момент просто сохранив все, будто на видеозаписи.

За ангаром был шлюз, в нем гудели вентиляторы и светились разными цветами предупреждающие надписи на стенах. Куратор провела нас насквозь, мы вышли в кажущийся бесконечным коридор и остановились у противоположной шлюзу стены. На ней тут же зажегся экран информации.

Куратор показала, как зайти во внутренню Сеть Академии, как найти свою учетную запись, как внести туда информацию, потом раздала каждому индивидуальные встроенные в тонкие браслеты коммы, кроме прочих функций отслеживающие местоположение ученика на Станции. Мы по очереди открыли каждый свою учетку и отсканировали там ладонь и браслет.

Куратор повела нас дальше по коридору, делящемуся на отсеки метров по двадцать длиной. Пол и потолок впереди едва заметно уходили наверх, потому коридор выглядел каким-то неправильным, будто из сна. Светящиеся матовые потолки, указатели и одинаковые двери не добавляли реальности.

Каждый отсек имел свою табличку с номером и названием. После десятка "учебных" мы добрались до "жилых". В них двери шли только с одной стороны, по пять на отсек, а почти всю противоположную стену занимали огромные окна. Там, за тонкой скорлупкой Колеса уходила в космическую даль спица Оси Станции. Почти все мои новые товарищи тут же прилипли к окнам, несмотря на окрик куратора. А я почему-то не пошел, даже не стал просто смотреть туда. Я нашел дверь с номером, указанным в моей учетной записи, и приложил ладонь к сканеру рядом с ней.

За открывшейся дверью оказалась комната, на первый взгляд довольно обычная, особенно в сравнении с бесконечным коридором и огромным ангаром. Двухъярусная кровать слева, перед ней, почти у самых дверей большой зеркало, справа вдоль стены длинный двойной письменный стол, над ним полки. У дальней стены небольшой шкаф и окно на другую сторону кольца. Все какое-то обтекаемое, светлое. Потолок такой же, как в коридоре, но кроме него еще личные светильники в изголовьях кроватей и над столами.

На нижней кровати уже лежал наш багаж -- огромная, туго набитая сумка Джерри и мой скромный рюкзак. Куратор оставила нас разбирать вещи, я быстро закинул свою гражданскую одежду в шкаф, а потом вытряхнул на одну из открытых полок всякую мелочовку -- ручку с настоящей пастой, которой Лола учила меня писать, пару резинок для волос и гребешок, зубную щетку и прочие личные нужные штуки

Джерри расставил свои награды и кубки, параллельно рассказывая про каждый. Я не слушал и ничего не запомнил. Из бокового кармана рюкзака я вытащил свою зеленую бабочку, заботливо завернутую в прозрачный пакетик.

Вспоминая об этом, я пошарил под подушкой. Да, точно, я не стал оставлять ее на полке. Бабочка лежала там же, где я ее положил днем. Тогда, кое-как раскидав свои вещи, я нахально занял верхнюю койку, пока Джерри по какой-то непонятной занудной схеме выстраивал и выстраивал кубки на полке. Потом он принялся доставать из необъятной сумки одежду, складывая каждую вещь в шкаф так аккуратно, словно готовился к экзамену по перфекционизму.

Через некоторое время в дверь постучали. Куратор собрала нас всех на обед и так же гуськом повела по коридору. Между пятым и шестым жилыми отсеками находилась столовая -- длинное, просторное, но, конечно, не такое большое, как ангар, помещение с кучей столиков и стойкой раздачи, где каждый брал себе что хотел. Закругление пола под ногами тут было заметно куда сильней, чем в кишке коридора или крохотных личных комнатах. Кроме нас, первокурсников, больше в столовой никого не было, видимо в первый день нас решили покормить отдельно.

После обеда нам показали учебные кабинеты -- в основном небольшие комнаты по пять-десять человек, где все занятия проводились в виртуальности. Всего пара кабинетов могла вместить курс или больше за один раз, там стояли обычные парты с компами и висели школьные доски с голографическими проекторами. Еще был медицинский отсек и оранжерея, а часть кольца, противоположную жилым ученическим, занимали отсеки преподавателей.

Я запоминал расположение кабинетов, номера на дверях, таблички на стенах и названия отсеков -- в общем, все, что попадалось мне на глаза.

Сделав по Станции круг и вернувшись в отсек со столовой, куратор отпустила нас, объяснив, что перед ужином будет рассылка оповещений на все наручные коммы. Об этом я вспомнил только тогда, когда это самое оповещение увидел, а тогда пропустил мимо ушей, как и все остальное. До ужина мы с Джерри сидели в нашей комнате, он сперва о чем-то болтал, а потом ушел, пока я валялся как в трансе. Кажется, не меньше часа я просто разглядывал потолок, потому что других картинок не запомнил.

Академия, вот она. Петер. Обещание. Адмирал.

Джерри отвлек меня тем, что, вернувшись, нашел панель управления интерьером рядом со входом и принялся перебирать все варианты. Потолок надо моей кроватью заходил ходуном, меняя цвета и пестря узорами, в конце концов остановившись на мерзком мятном цвете.

Наверное, я сказал ему что-то убедительное, потому что через пару секунд он уже послушно вернул все как было.

В себя я пришел только к вечеру, и тому была причина. На ужин кроме нас, первогодок, собрались и старшие классы тоже. Прилетевшие с каникул не такой организованной толпой, как мы, они собрались полным составом только к вечеру. Когда мы кучкой зашли в столовую, почти все столики оказались заняты.