Чтение онлайн

Когда Левент покончил с наколенниками, он надел ей на ступни носки, похожие на лапы. А затем принёс собачью маску. Она полностью закрывала лицо, имитируя вытянутый нос собаки, и оставляла на виду только глаза. На макушке торчком стояли уши — весьма реалистичные. Маска была сделана из неопрена, который комфортно прилегал к лицу. Пока Левент возился с застёжкой на затылке, Женя думала, как поступить, если её стошнит. Не хотелось бы, чтобы рвота осталась в полости собачьего носа, — это неприятно и опасно: можно захлебнуться. А быстро сорвать маску не получится — у неё теперь лапки, а не руки.

— Встань.

Стараясь не покачиваться от головокружения, Женя встала в собачью позу. Левент скользнул пальцами по её голове, рукам и ногам, проверяя многочисленные ремни и пряжки. Потом одобрительно похлопал по попе — мерзкий, унизительный жест! — и сказал:

— Хвостик тебе вставит хозяин. Так же он наденет ошейник и назовёт тебя своим именем — он не использует имена прежних хозяев. За мной!

Он пошёл к двухстворчатой двери, и Женя поплелась за ним. От шока, унижения и нехватки воздуха она уже плохо соображала, что с ней происходит.

За двухстворчатой дверью на нее напрыгнула горячая туша в собачьей маске и ошейнике. Женя взвизгнула и от неожиданности повалилась на ковёр, прикрываясь руками-лапами. Она успела заметить загорелую кожу, сплошь покрытую цветными татуировками, похожими на рисунки в усыпальницах египетских фараонов, бешеные чёрные глаза и блестящую лысину, на которой торчали кожаные уши. Перед глазами мелькнули крупные яйца, качавшиеся между ляжек, и полувставший член.

Расписной лысый самец забрался на неё и начал толкаться членом в бедро, как возбуждённый кобель в подушку. Женя попыталась сбросить его, но он с рычанием прижал её к полу и втиснулся между ног. Ситуация выходила из-под контроля. Женя изворачивалась, дёргала ногами и упиралась в широкую грудь руками, но мужик оказался сильным и ловким. Не переставая похотливо качать тазом, словно совершая воображаемый акт, он зафиксировал её и прикусил за плечо. Женя ощутила, как по промежности елозит твёрдый уже член, и поняла, что ещё немного, и этот ненормальный её трахнет — прямо на глазах Левента и ещё нескольких зрителей, которых Женя не видела, но чьё присутствие явственно ощущала.

Она начала отбиваться изо всех сил, используя колени и локти, но толстые варежки и наколенники здорово мешали. Она не могла защищаться по-настоящему, да и силы были неравны: мужик, возомнивший себя псом, был на порядок сильнее. Ему наконец-то удалось развести её ноги на достаточную ширину — теперь он мог трахать её беспрепятственно. Единственное, что его задерживало, — он не мог пристроиться так, чтобы член попал в вагину. Сделать это без помощи рук было проблематично, привычный способ «взять член пальцами и всунуть в женщину» отпадал. Он притирался и так, и эдак, давил на промежность, менял угол атаки, но член только проезжался по её губам и проскальзывал мимо цели. Пёс рычал и громко подвывал от разочарования. Капли пота падали Жене на грудь, она задыхалась под тяжёлой тушей и паниковала от ощущения беспомощности.

Неужели никто ей не поможет? Или это и была вязка, о которой упоминал Левент? Вот так сразу, без предупреждения и получения согласия, с незнакомым человеком, на виду у всех? Она вывернула шею и посмотрела на своего тренера. Левент стоял в пяти шагах и с любопытством наблюдал за любовной схваткой домашних животных. К его ногам испуганно жался ещё один питомец — тоже кобель, но маленький и тщедушный, с бледным нетренированным телом и рыжими вихрами. Его крошечный розовый пенис казался недоразвитым, а поверх маски были надеты очки в тонкой оправе. Выглядел он как жалкая непристойная пародия на щенка.

А у окна, напротив света, стоял кто-то ещё, но Женя не могла его разглядеть. Мешало солнце. Она видела лишь неясный абрис мужской фигуры.

Это был…

Внезапно головка бешеного пса уткнулась ей в анус. Сухое углубление с рельефными складками остановило хаотичное скольжение, и пёс этим воспользовался. Он прекратил дёргаться и начал радостно давить в одну точку. Женя завизжала, вдыхая тёплый удушливый воздух, скопившийся в полости неопреновой пасти. Она задыхалась и лихорадочно извивалась под распалённым псом. Его член больно упирался ей в зад и мало-помалу проникал внутрь. Ни Левент, ни рыжий щенок, ни человек, стоявший у окна, ничего не сделали для того, чтобы прекратить это насилие. Они спокойно наблюдали, как кобель насиловал суку. Вероятно, с их точки зрения не происходило ничего экстраординарного.

Ничего, на что не было получено предварительного согласия от всех участников: публичное унижение (десять очков из десяти по шкале приемлемости), изнасилование, секс с другими питомцами, секс на публике. На все это она подписалась!

Женя закричала, когда головка пронзила сфинктер, и зарыдала в голос. Она ничего не могла с собой поделать. Не могла изображать, что ей нравится эта игра, не могла притворяться, не могла подыгрывать. Она рыдала под жаркой маской, глотая слёзы и пуская сопли, не имея возможности ни утереться, ни снять дурацкую маску и вдохнуть свежего воздуха. Задний проход горел огнём. Насиловать женщину в зад без смазки — что за чудовищные игры?

— Анубис, фу, — раздался тихий голос с отчётливыми властными нотками, и похотливая псина прекратила таранить её зад.

Чья-то рука взяла Анубиса за ошейник и оттащила от Жени. Она тут же сомкнула ноги, повернулась на бок и прикрылась лапами. Унять рыдания не получалось, накатывала истерика, тело сотрясала неконтролируемая дрожь. Она провалила задание в первые же пять минут! Теперь её выгонят из летнего лагеря для извращенцев, и Ян будет считать её никчёмной дурой.

У неё не получилось раздобыть компромат на врагов Яна Новика. Она бездарная журналистка, бесполезная сотрудница и ненадёжный друг. Её потолок — снимать скучные блоги о книжных новинках, которые никому не интересны. Слёзы потоком лились из глаз, нос рассопливился, а у неё даже не было носового платка, чтобы высморкаться. Да что там платка, у неё и рук-то не было. Она лежала голая на полу перед четырьмя мужчинами, рыдала навзрыд и чувствовала себя полным ничтожеством. Надо было встать и уйти в свою комнату, но она обессилела от стресса и физической усталости.

Игра окончилась, не начавшись.

Кто-то бережно взял её на руки, поднял с пола и куда-то понёс.

Далеко они не ушли — только до ближайшего дивана. Мужчина сел и усадил Женю себе на колени. Обнял обеими руками, словно заключая в кольцо безопасности. Не переставая плакать и дрожать, она взглянула сквозь прорези маски и узнала СС — Сергея Сергеевича Потапова, олигарха, человека из команды президента и, возможно, его будущего преемника. Он тоже на неё смотрел — внимательно, серьёзно.

Женя растерялась.

Субъект, накопавший на президента сенсационный компромат и безрассудно хранивший эту бомбу в домашнем сейфе, выглядел свежей и привлекательней, чем на официальных фотографиях. Похоже, он не отличался фотогеничностью или нарочно строил из себя жёсткого брутала. В жизни его лицо не было настолько грубым и отталкивающим, как на фото. Да, нижняя челюсть выдавала упрямый характер, а голубые глаза словно буравили собеседника, но в целом он был красив — зрелой мужественной красотой. И он выглядел моложе своих тридцати шести лет — по крайней мере сейчас, в простой белой футболке, джинсах и с растрёпанными короткими волосами.