Чтение онлайн

Подавив истерику, но всё ещё всхлипывая, Женя сделала движение, чтобы слезть с его колен и уйти из комнаты. СС поймал её за талию и снова привлёк к себе:

— Испугалась? — спросил он так, словно она могла ответить.

Она попыталась снять маску, но лишь хлопнула лапой по бутафорскому носу. Игры кончились, она нарушила все договорённости, почему он просто её не отпустит? Очевидно же, что она не подходит для диких анальных игрищ с его псами.

СС расстегнул несколько кнопок на её маске, и нижняя часть отвалилась, освободив ноздри, рот и подбородок. Ушки и полумаска на глазах остались на месте. Женя глубоко вдохнула чистый воздух и плечом вытерла слюни и слёзы с подбородка.

— Подожди, — сказал СС.

Он достал бумажный платок и принялся вытирать её лицо. Его касания были осторожными, но уверенными и чёткими. Он заботился о ней так, как матери заботятся о детях, — об их разбитых коленках, о сопливых носах, о грязных руках. Женя застыла. Её накрыло странное забытое ощущение, с каким ребёнок принимает заботу взрослого. Лет двадцать она не испытывала ничего подобного. Мать перестала вытирать ей нос после того, как Женя научилась делать это самостоятельно. И до сих пор она не задумывалась, что эти простые действия можно совершать не только ради гигиены, но и ради… близости.

Она хотела сказать: «Хватит», но платочек прикрыл ей рот. СС промокнул её слёзы, позволил высморкаться и прижал к себе. Женя подумала и решила поддаться. Может, не всё ещё потеряно? Может, её не прогонят из этого гнезда разврата? Она расслабилась в объятиях СС и легла головой ему на плечо. Почувствовала запах туалетной воды — дымный аромат ветивера. СС провёл пальцами по её шее, и это можно было расценивать как ласку:

— Не бойся, Анубис не злой пёс, просто ты ему понравилась. В другой раз можешь его покусать, я разрешаю.

Анубис, сидевший в паре метров от дивана и наблюдавший за ними, глухо зарычал. СС взглянул на него, и пёс тут же завилял хвостом, словно извиняясь за рык. Женя с изумлением следила за тем, как здоровый мужчина в татуировках вилял задницей перед другим мужчиной. Выглядело это жутко и нелепо, но остальные воспринимали ситуацию как нормальную.

На коленях хозяина Женя чувствовала себя в безопасности, но обстановка не казалась ей дружелюбной. Ей не хотелось снова становиться на четвереньки и ползать по комнате без защиты. Вряд ли Анубис отказался от идеи её изнасиловать. Украдкой Женя глянула ему между ног: так и есть, эрекция ещё не прошла.

— Чему ты учишь девочку? Хочешь, чтобы она превратилась в собаку-кусаку? — усмехнулся Левент, присаживаясь рядом и поглаживая по голове рыжего паренька в очках.

Тот ни на шаг не отходил от тренера. По его слабому телу иногда пробегала крупная дрожь. Женя мысленно его пожалела. Как это несчастное создание попало в пет-плей?

— Хочу, чтобы она научилась давать отпор кобелям. Она же не виновата, что в этот раз у нас мужская компания.

— Неправда, одна девочка у нас есть, — хохотнул Левент.

— Кошки не считаются, — возразил СС.

Манера их общения выдавала старых друзей. Здоровенный южанин Левент вел себя экспрессивней, одевался вычурней, говорил громче и чаще улыбался. Чуть менее высокий СС казался на его фоне стройным и элегантным. Он почти не улыбался и говорил тихим голосом, к которому приходилось прислушиваться. Но в целом эти двое оставляли впечатление слаженной пары. Очевидно, они доверяли друг другу и давно дружили. Возможно, с детства: мужчины выглядели ровесниками.

— Ну что, — спросил Левент, — как тебе эта левреточка? Нравится? Хочешь оставить её себе?

Он спрашивал так, словно Жени рядом не было. Говорил о ней в третьем лице, как будто она и вправду была собакой и не понимала человеческую речь.

— Немного истеричная и нервная, но… — СС пожал плечами, — кажется, послушная. А ты что думаешь? Возьмёшься за её воспитание?

Они оба на неё посмотрели. Это были взгляды, которыми никто никогда на неё не смотрел, — откровенно-оценивающие, прямые и бесстыдные. Но, к удивлению Жени, сексуального интереса в этих взглядах не было. На голых женщин так не смотрят, так смотрят на животных или неодушевлённые предметы. Обесчеловечивание шло полным ходом: она стремительно переставала чувствовать себя гомо сапиенс.

— Почему бы и нет? — сказал Левент. — Попробуем сделать из неё настоящую сучку.

СС приподнял её голову и заглянул в глаза. Смотрел долго и пристально. Женя не выдержала, опустила взгляд. И, кажется, это было правильным решением, потому что собаки тоже избегают зрительного контакта. Она впервые повела себя как нормальная собака. СС сказал:

— Да, я хочу её оставить. Она мне нравится.

Её оставили! Её не выгонят за плохое поведение! Женя выдохнула, ощутив, как спадает напряжение. У неё появился шанс выполнить задание Яна.

— Как ты её назовёшь?

— Лулу. Мне кажется, ей подходит это имя.

Левент громко хмыкнул, как будто в этом имени таилась двусмысленная шутка. Женя напрягла память, но никаких анекдотов про Лулу не вспомнила.

Откуда-то из-за дивана СС достал ошейник и пробку с длинным и тонким «левреточьим» хвостом. Женя ахнула. После жестокой схватки с татуированным псом она совсем забыла, что хозяин должен завершить её превращение в собаку. Неужели он собирался сделать это здесь, в присутствии трёх посторонних мужчин — Левента, большого пса и маленького щенка?!

Да, он собирался.

— Лулу, повернись, — сказал СС и тронул её за бедро, побуждая поднять попу с его колен и лечь на них животом.

Вероятно, Аглая заскулила бы от счастья: столько внимания, столько заботы, столько возможностей почувствовать себя беззащитной собачкой в руках строгого хозяина. Но Женя задохнулась от жара, прилившего к щекам, и замерла как истукан. Хотелось зажмуриться и провалиться сквозь землю.

Она знала про ошейник и хвостик — это не было какой-то досадной неожиданностью. Но она думала, что они будут один на один, — она и СС. Наедине с мужчиной, пусть даже незнакомым, она бы переборола отвращение и стыд: в конце концов это нормально — обнажаться перед новым партнёром и позволять ему прикасаться к себе. Но она не ожидала, что придётся делать это при стольких свидетелях.

И ладно бы ещё красавчик-кардиолог, уже успевший оценить её прелести. Женю смущали мужчины-псы, не отводившие от неё глаз. Оба чуть повиливали хвостами — у лысого татуированного Анубиса он был толстым и прямым (и наверняка чувствительно давил на простату при раскачивании), а у рыжего мальчика — в виде пушистого помпона.

— Ну, — поторопил Левент, доставая флакон смазки и щелчком открывая крышку.

Женя уже отрыла рот, чтобы послать всех подальше — и Левента, и будущего президента Сергея Потапова, и дурацких псов, и даже Яна Новика с его политическими заморочками и борьбой с режимом, но СС тихо сказал: