Чтение онлайн

Я мысленно сделал себе пометку: в следующий раз нужно точнее калибровать энергетический поток для костных тканей. Для чистоты эксперимента.

— А так? — я коснулся его шеи.

Позвонки затрещали. Шея начала удлиняться, изгибаться под неестественным углом, как у змеи. Он захрипел, пытаясь вдохнуть.

— Что ты… кхх… делаешь… со мной… — просипел он, и я с научным любопытством отметил забавный побочный эффект: из-за растяжения голосовых связок его голос стал тонким и писклявым, как у мультяшного персонажа.

Надо запомнить. Удлинение шейных позвонков на 15–20% ведёт к повышению тембра голоса на три-четыре октавы. Может пригодиться для маскировки или… для создания хора из мутантов. Забавно было бы послушать.

— Я могу превратить тебя в кого угодно, — спокойно пояснил я. — Пока ты был в отключке, я, можно сказать, полностью захватил твой организм. В тебе сейчас столько моей энергии, что я могу сделать вообще что угодно.

Конечно, это было чистейшей воды враньё. Со своими нынешними силами я едва мог поддерживать эти поверхностные трансформации. А уж на полное подчинение организма я точно пока не способен. Вся моя энергия и так уходила на то, чтобы просто сломить сопротивление его организма, преодолеть магический дар. Но он-то об этом не знал. Для него я был всемогущим скульптором, играющим с его телом, как с куском глины.

Он продолжал орать, извиваясь на полу, пока я не убрал руки. Трансформации прекратились, но боль осталась. Он тяжело дышал, всхлипывая.

— Ну что, продолжим? Или начнём говорить?

— Я… ничего… не скажу… — прохрипел он.

— Ладно, понятненько. Тогда ещё одна попытка…

Нужно было что-то посильнее. Что-то, что сломает его волю окончательно. Внешние мутации — это больно, но к ним можно привыкнуть. А вот к тому, что происходит внутри…

Я положил руку ему на голову. Но на этот раз не стал ничего менять во внешности, а полез глубже…

— Знаешь, я ещё не до конца изучил твою анатомию. Мне вот интересно, что будет, если заставить твой желудок переваривать самого себя?

Он замер, его крик оборвался.

— Нет, не так. Давай начнём с малого. С аппендикса. У тебя же есть эта бесполезная штука? Давай заставим его воспалиться. Резко и очень, ОЧЕНЬ сильно.

Он не видел, что я делаю. Но чувствовал. Резкая, острая боль пронзила его нутро, заставив согнуться пополам. Я не делал ничего сверхъестественного. Просто направил крохотный импульс энергии, вызвав спазм и резкое воспаление. Просто, эффективно и невероятно болезненно.

Но когда и это не помогло, я нашёл нервные окончания, отвечающие за температурное восприятие, и послал в них короткий, но мощный импульс.

Для него это было всё равно что оказаться в жерле вулкана. Его тело не горело. Но его мозг кричал, что он горит. Он чувствовал, как кожа плавится, как закипает кровь в жилах. Он орал так, что, казалось, его лёгкие вот-вот лопнут.

Через десять секунд я прекратил. Он лежал на полу, весь мокрый от пота, и смотрел на меня глазами, полными животного ужаса.

— Хватит! Я всё расскажу! Всё!

И он начал говорить. Сбивчиво, перескакивая с одного на другое, перемежая факты проклятиями и угрозами.

— Ты чудовище… Наш Культ найдёт тебя… Тебе отомстят… Ты даже не представляешь, что мы делаем с теми, кто идёт против нас…

Я слушал, терпеливо отделяя мух от котлет.

Как и предполагал, он был пешкой. Всего полгода в Культе. Обычный рядовой боец, которого использовали для грязной работы. Он даже не знал, где находятся их основные базы. Его и других новичков просто забирали из города, надевали на голову мешок и везли куда-то далеко. Тренировочные лагеря были разбросаны по всем Диким Землям: в лесах, на болотах, даже под землёй… Целая сеть, опутавшая континент.

Его задачей, как и задачей его напарника, было патрулировать этот сектор леса и уничтожать всех посторонних — следопытов или заблудившихся туристов. Обычно они работали гораздо глубже, но в последнее время Культ решил расширить своё влияние, подобравшись поближе к городу. Им нужны были живые люди. Для каких-то своих ритуалов и экспериментов, для пополнения рядов…

Я слушал его и понимал, что в чём-то он привирает, пытается скрыть какие-то детали. Но основная часть информации была правдой.

Избушка, которую я разнёс, действительно была лишь одной из многих сторожек, разбросанных по лесу. Культист, запинаясь, выдал мне координаты ещё трёх таких точек. Одна из них, по его словам, была не просто сторожкой, а входом в пещеру — небольшую базу, защищённую артефактами и магическими ловушками.

— Тебе… безумно повезло, — прохрипел он, сплёвывая кровью. — Обычно такие сторожки охраняют твари. Сильные, быстрые… Тебя бы разорвали ещё на подходе. Но… недавно здесь проходил один из наших Мессиров. У него было какое-то столкновение, и он забрал всех охранных химер с собой. А новых ещё не успели подогнать.

Мессир… Интересный титул. Похоже на высший ранг в их иерархии.

— И какова ваша конечная цель? — спросил я.

— Полное уничтожение этой гниющей системы… Абсолютная власть… Мир принадлежит химерологам по праву. Только мы способны им владеть. Потому что видим суть вещей, скрытую от остальных. А люди? Слепое стадо! Они не замечают, что твари эволюционируют, набирают силу с каждым поколением… Они спрятались за Стеной, ползают по безопасным тропам… Да они понятия не имеют, что творится в истинных Диких Землях — там, куда человек не заходил столетиями. Какие монстры бродят в той тьме… Но однажды они двинутся на нас. Великая миграция начнётся, и тогда… тогда человечество будет сожрано. Выживем только мы, химерологи. И поведем за собой то, что останется от этого мира…

Я слушал этот пафосный бред, и меня разрывало между смехом и отвращением. Какое жалкое безумие. «Власть химерологов»… Они действительно в это верят?

Сила химеролога не в армиях монстров. Она — в знании. В способности творить и преображать. В понимании самой природы жизни, её первооснов.

А эти? Эти жаждали лишь крови — чтобы на руинах и в дыму чужого ужаса выглядеть титанами. Но ничтожество, поработившее десять других ничтожеств, не перестает быть слабым. Истинная сила — совсем в другом. В слове, которое останавливает войну. В даре убеждения настолько мощном, что люди сами склоняются перед твоей волей.

Но спорить с фанатиком было бесполезно.

— Как я и обещал, прощай, — сказал я, когда он закончил свою тираду.

Он посмотрел на меня с вызовом, ожидая удара. Но я не стал марать руки.

Просто коснулся его виска и послал последний, самый мощный импульс. Прямо в мозг. Я не убивал его. Я просто нажал на все кнопки сразу. Все нервные окончания в его теле взвыли от перегрузки, посылая в мозг миллиарды сигналов боли, страха, удовольствия, холода, жара…

Его сердце не выдержало такого шока. Он захрипел, тело выгнулось в последней судороге и затихло.