Чтение онлайн

Она слегка отстраняется.

– Райан, у тебя может быть все, что ты захочешь. Если ты хочешь семью, ты можешь ее иметь.

– Серьезно, Инд? Я даже не могу заниматься тем, чем мы занимались с тобой прошлой ночью, не сходя с ума. Как, черт возьми, ты думаешь, я когда-нибудь смогу доверять кому-то настолько, чтобы иметь больше? Создать семью? – Я низко опускаю голову. – Боже, как неловко.

– Почему ты смущен? Ты не сделал ничего плохого.

– Потому что мне не позволено делать ничего плохого! Никто не должен об этом знать. Люди ожидают, что я буду идеальным, не облажаюсь. Но никто понятия не имеет, что два года кряду меня поднимало с постели лишь контрактное обязательство присутствовать на тренировках и играх. Все остальное время я целыми днями спал, и ел, когда мне об этом напоминали. В моей квартире, – я обвожу рукой комнату, – был гребаный беспорядок. Почему ты думаешь, я сейчас так помешан на чистоте? Я два года жил в грязи, потому что у меня не хватало моральных сил встать и убраться. Я был в бесконечном круговороте тьмы, и ни одна душа не знала, что после окончания игры их драгоценный золотой баскетбольный мальчик отправлялся домой и жил в нищете.

Я наконец встречаюсь с ней взглядом.

– Черт, – выдыхаю я, обхватывая ее лицо и вытирая слезы подушечками больших пальцев. – Не плачь, Блу. Я не хотел тебя расстраивать.

Она утыкается мне в плечо, пряча лицо. Я пользуюсь возможностью ее обнять, и она тает от моих прикосновений.

– Прости, я не знала, – всхлипывает она. – Я бы чаще убирала за собой. Я думала, ты просто придираешься ко мне из-за того, что я неряха. Я не хотела напоминать тебе о тех днях.

– Ох, Инд. Нет, нет, это не так. Я просто дразнил тебя. – Я слегка поворачиваюсь и тихо говорю, обнимая ее. – Я думаю, что, возможно, для меня это хорошо. То, что ты здесь, помогло мне немного ослабить контроль.

Инди обвивает руками мою шею, глубже зарывается лицом мне в плечо и крепче обхватывает меня бедрами.

– Но я хочу объясниться. Когда я говорю, что баскетбол – это все, что у меня есть, я не лукавлю. Как бы пафосно это ни звучало, он меня спас, хотя все развалилось в первую очередь именно из-за него. Я падал по спирали, пока пару лет назад не сумел за него ухватиться. Выкопал себя из этой ямы, взял себя в руки и изобразил сияющую улыбку перед камерами. Перестал впускать в свою жизнь новых людей, но в то же время перевез свою сестру в Чикаго, чтобы не быть одиноким. Я начал проводить все свое время в спортзале, потому что там никто не смог бы приставать ко мне с сексом. Я вернул себе самообладание. Мир ожидал, что я буду лучшим, и я стал лучшим, но я не позволял никому приблизиться настолько, чтобы получить частичку меня.

Она садится и вытирает лицо.

– Почему обязательно должно быть все или ничего? Почему нельзя быть лучшим и верить, что есть люди, которым от тебя ничего не нужно, кроме места в первом ряду, чтобы поддержать тебя?

– Потому что так не бывает. В моей жизни не было никого, кто не искал бы того, что можно получить от меня. Использовать меня. Воспользоваться мной.

До тебя, хочу я добавить. Пока ты не вошла в мою квартиру и не перевернула мой мир с ног на голову, разрушив все представления, в которых я себя убедил. Стирая все убеждения, которых я когда-то придерживался.

– О, – быстро заморгав, выдыхает она. – Хорошо, – кивает она сама себе. – Что ж, я думаю, тогда это хорошая новость для тебя. Эта процедура, которую мне нужно пройти летом, покрывается страховкой, так что мне больше не нужно на нее копить. Я могу съехать.

– Подожди. Что?

Прочистив горло, она заправляет волосы за уши, собираясь с силами.

– Я не хочу, чтобы ты думал, что я тебя использую. Боже, это последнее, чего я хочу, Райан, но я действительно хочу помочь тебе. Вот почему я отменила свою поездку. Итак, я останусь на несколько дней, ты не против? Удостоверюсь, что ты снова можешь ходить без этих костылей, и тогда подыщу себе жилье.

– Нет. Черт, нет. Инди, я не это имел в виду.

– Ох, черт, – говорит Стиви с порога, не сводя с нас глаз. – Я не вовремя.

Я поворачиваю к ней голову. Никто из нас не слышал, как она открыла дверь. Инди соскальзывает с моих колен и перебирается на другую сторону дивана.

Черт бы все побрал. У меня не было возможности поговорить со Стиви о моих чувствах к ее лучшей подруге, а она только что вошла и обнаружила ее сидящей у меня на коленях. Мало того, моя соседка по квартире сообщает мне, что собирается съехать, потому что я не успел объяснить, что эта моя неуверенность к ней не относится.

Стиви поймет. Черт возьми, она даже согласится с этим, но прямо сейчас мне нужно объясниться с Инди, пока она не вбила себе в голову больше, чем уже успела.

– Уже ухожу, – продолжает Стиви, указывая большим пальцем через плечо.

– Хорошая идея.

– Нет! – перебивает Инди. – Пожалуйста, останься.

Она не смотрит мне в глаза, когда я поворачиваю голову в ее сторону. Инди сидит на краешке дивана, подтянув колени к груди, очевидно, ошеломленная нашим разговором. Я никогда раньше ни на кого не вываливал всю эту информацию, и теперь она сидит там с убеждением, что я думаю, что ее проживание здесь – это ее способ использовать меня в своих интересах.

А это – полный бред.

Провести день в спортзале и не иметь возможности ничего делать, кроме как наблюдать, стало пыткой. Врачи и тренеры команды тыкали меня в колено, пока я сидел задницей на столе и наблюдал за тренировкой команды через стеклянное окно.

Только первый день, а мне так не терпится туда вернуться. Я не уверен, что смогу выдержать четыре недели, наблюдая со стороны.

Рон и мой тренер дали мне возможность оставаться дома во время выездных игр, и я, пожалуй, воспользуюсь их предложением. Даже в домашних матчах я не уверен, что смогу усидеть на скамейке запасных. Это слишком сложно, и, честно говоря, мое паршивое настроение может подействовать хуже, чем мое отсутствие.

Стиви ждет меня перед тренировочным комплексом в машине Зандерса. Я еще несколько дней не смогу сесть за руль, но тренеры впечатлены тем, насколько хорошо спала моя опухоль за последние сутки. Я должен благодарить за это Инди. Она была такой любящей, заботливой и внимательной, типично в духе Инди, заботящейся обо всех вокруг. Но я не собираюсь лгать, мне понравилось целый вечер быть в центре ее внимания.

Я получил разрешение немного опираться на колено, передвигаясь без костылей, но, когда я забираюсь в фургон Зи, я чертовски медлителен.

– Только посмотри на себя! Без костылей! – подбадривает с водительского места Стиви.

– Ви, я не думаю, что это повод для радости.

– Ладно, капризуля. Я принесла тебе кофе, – указывает она на центральную консоль. – Что они сказали?

– Они впечатлены тем, насколько уменьшился отек. Хотят, чтобы я немного пробовал ходить, но никаких серьезных нагрузок до следующей недели.

– Это потрясающе! – Она заводит машину и разворачивается к дому.

– Правда?

– Ладно. Очевидно, что в данный момент тебе не угодишь. – Она меняет тему. – Во сколько тебе нужно быть на командном ужине? Тебя подвезти или тебя отвезет Гарольд?

– Я его отменил.

– Что? Почему?

Не отрывая взгляда от пассажирского окна, я наблюдаю, как мимо проносится Чикаго.

– Ви, как ты думаешь почему? Я не в лучшей форме. Последнее, что я хочу сейчас делать, – это приглашать парней на ужин и притворяться, что я их всех не подвел.

Она молчит, смотрит на дорогу, сжав губы в жесткую линию.

– Видишь, – продолжаю я. – Даже моя близняшка на меня злится. Представь, насколько хуже будет с другими людьми.

Это вызывает на ее губах легкую улыбку.