Чтение онлайн

Он впился взглядом в сестер Мерридью, все еще, без сомнения, находящихся в восторге от графа.

Джайлс кивнул.

– Если тебе интересно мое мнение, то парень нуждается в хорошем ударе в нос.

– Ты читаешь мои мысли!

В полном согласии они продолжили наблюдение за леди, столпившимися вокруг графа. Сестры Мерридью были в центре событий, стоя рядом с ним с правой стороны. Леди Элинор бесшумно присоединилась к краю круга почитательниц.

Себастьян произнес:

– Больше я за этим наблюдать не собираюсь, с меня довольно, я уезжаю.

Джайлс с отвращением покачал головой.

– Я с тобой. Мне необходимо выпить.

Однако когда они достигли дома, который Себастьян арендовал на текущий сезон, он обнаружил срочное сообщение, прибывшее от его дворецкого в Манчестере. Касси и Дори пропали. Они отсутствовали, он проверил дату письма, уже три дня. Дворецкий взял на себя смелость вызвать мистера Мортона Блэка.

Пропали. Его прошиб холодный пот, и в течение секунды он вообще не мог думать. Они не могли пропасть. Невозможно, чтобы он снова их потерял!

Чувствуя себя разбитым и обеспокоенным гораздо сильнее, чем в течение последних лет, Себастьян немедленно приказал оседлать лучшую лошадь.

Джайлсу он кратко объяснил:

– Я должен ехать, немедленно.

– Да, конечно, мой дорогой. Я обо всем здесь позабочусь, поверь мне.

Себастьян, все мысли которого были заняты сестрами, встревоженно спросил:

– Позаботишься о чем?

– Ты же должен был поехать с леди Элинор завтра утром, разве не так?

– Ах, да. Проклятье! Я должен написать...

Джайлс положил свою руку на его.

– Не думай об этом. Я встречусь с леди Элинор утром и объясню ей, что ты был срочно вызван по вопросам семейного бизнеса. Я даже съезжу с ней на прогулку, если она захочет. У меня как раз нет никаких других планов.

– Спасибо, Джайлс. Ты – настоящий друг. Теперь я только сниму эту вечернюю одежду и буду готов ехать.

Меньше чем через десять минут Себастьян, в ботинках, штанах из оленьей кожи и рединготе [39] был полностью готов к поездке и направлялся на север, в ночь.

Хоуп вертелась и извивалась, пытаясь вырваться. Темнота. Только тонкий лучик света. Она потянулась к нему, к ручке двери. Но не смогла сдвинуться с места. Боль. Она попыталась еще раз.

– Рука Дьявола.

Веревка врезалась в запястье.

– Я запрещаю тебе использовать ее.

Она боролась за дыхание. Сердце глухими ударами отдавалось у нее в ушах. Она умирала. Он запер ее здесь, чтобы она умерла. Фейт, где Фейт? Где ее близняшка?

Темнота. Ужасная темнота.

Она не могла пошевелить рукой.

– Я научу тебя пользоваться этой рукой.

Она неуклюже протянула другую руку, пытаясь нащупать щель, через которую просачивался свет. Дверь наверняка можно отпереть изнутри. Пробуй, пробуй!

Не может! Слишком неловкая!

– Испорченная.

Она не может использовать свою правую руку так, как это делают все остальные. Не может выбраться. Не может дышать!

Гроб. Она попыталась постучать в крышку. Рука не двигалась. Хорошая рука. Плохая рука. Веревка впивается в ее тело, глубоко. Достаточно глубоко, чтобы невозможно было пошевелить телом, ее плохой рукой.

– Порочная. Испорченная.

Она попыталась дышать.

– Фейт, – позвала она снова. – Фейт! Сестренка!

– Хоуп! Хоуп, дорогая, я здесь. Проснись, дорогая.

Свет. Благословенный свет. Он ослепляет ее, но, о, спасибо тебе, Господи! Сестра. Близняшка. Фейт, ее вторая половинка. В длинной ночной рубашке.

Она спасена. Она страстно хочет дышать.

– Дыши глубже, Хоуп, дорогая. Ты в безопасности. Это всего лишь один из твоих дурных снов.

Слова наконец дошли до нее. Сон? Она не вернулась в прошлое? Слава Богу. Слава Богу.

– Это всего лишь ночной кошмар, милая. Ты в безопасности, в своей постели, вне дедушкиной досягаемости. – Фейт пригладила спутанные волосы Хоуп, убрав их с ее влажного лба.

Хоуп, все еще частично находившаяся во власти своего кошмара, ошеломленно моргала. Ее сестра потянулась к ней, взяла за левую руку и показала ее Хоуп.

– Видишь? Нет никаких веревок. Никаких следов. Теперь все это позади. – Она обняла ее.

Хоуп сделала несколько глубоких, дрожащих вдохов и потерла свое левое запястье, словно шрамы от веревки все еще были там.

– Прости меня, сестренка, – хрипло извинилась она.

– Ничего, – почти бодро ответила ее добрая близняшка. – Ты думаешь, я не знаю, о чем эти сны? Как часто ты получала наказание, предназначенное мне? – В ее глазах стояли слезы. – Мне только жаль, что я не могу забрать у тебя твои ночные кошмары.

Хоуп слабо улыбнулась и обняла Фейт.

– Не волнуйся, сестренка. У тебя имеются свои собственные кошмары, я знаю. Они есть у нас всех. Таково наследство дедушки.

Ей припомнилась другая ночь и слова, что сестра произнесла тогда:

– Пройдет лет пятьдесят и кого ты в нем увидишь? Дедушку!

Так вот что породило ночной кошмар? Неужели, действительно в глубине души он напоминает ей дедушку? Был ли кошмар предупреждением?

Она думала об этом. Себастьян Рейн не похож на дедушку, он не такой. Она уверена, что он не такой.

Почти.

***

Уставший, Себастьян свернул на дорогу, ведущую к его дому. В окнах был виден свет. Он промок насквозь, перепачкался и совершенно обессилел. Он скакал почти без остановок в течение последних двадцати двух часов. Он потерял счет лошадям, которых пришлось сменить в пути. Он спешился, потрясающе быстро для его сведенных судорогами мускул.