Идеальный враг
Шрифт:
От моего мыслей меня отвлекает сигнал телефона.
«Ты куда пропала?»
Сообщение прислала Роби, мы с ней расстались после того, как Миниски сообщила, что в середине месяца ожидается тематическая вечеринка в честь юбилея университета. Будет организован огромный бал, с живой музыкой, приглашённой прессой и профессорами с разных концов мира. Также пригласят представителей крупных концернов для общения с выпускниками и учащими, такой неплохой шанс оставить о себе хорошее впечатление и получить приглашения на стажировку.
" В комнате решила разобрать вещи"
Быстро набираю ответ, после вновь перевожу взгляд на улицу.
" Давай к нам, Фрэя привезла новые пластинки!"
На выходе из общежития слышу заливистый смех Салли, чуть поморщившись делаю вид, что не замечаю её вместе со свитой прихвостней.
– О, привет, королева невидимок! – услышав за спиной насмешливое обращение, останавливаюсь, сжимая кулаки, естественно, я понимаю, что это она ко мне обращается, – Как выходные прошли?
Вдох, выдох и продолжаю идти.
– Ана, подожди… – не отступает девчонка, поднявшись с скамейки, Салли поправляет белоснежную блузку с откровенным вырезом, настойчивость – это видимо, её второе имя! – Видела на выходных твоего отца, хорошо выглядит…
Девушка прекрасно осведомлена о том, что Байрон мне не отец, и то, что мама изменила ему, и даже то, что этот мерзавец меня на дух не переносит. Когда – то её, и моя мама дружили, и вся драма разворачивалась на глазах родителей Салли, так что- то она не упускает возможности не поддеть меня историей моего появления каждый раз, когда мы сталкиваемся. Поначалу я бесилась, страдала, но с каждым разом меня все меньше трогали её колкие замечания, что я лишь улыбалась в ответ от заезженных фраз. Такт работает принцем, чем бы дитя ни тешилось…
– Надеюсь, он осчастливил тебя своей мерзкой физиономией! – выплёвываю, при этом широко улыбаясь, – В следующий раз можешь поцеловать его в отвратительную задницу, естественно, от меня!
– Ух, ты! – она обошла меня, оценивающе посмотрев, – С каждым разом уровень твоего самообладания меня поражает, но вот это лишь глупая маска, ах, Ана, маленькая девочка, ничего тебя не трогает так, как знания, что ты неприятное недоразумение, могу поделиться контактом с отличным психотерапевтом, поверь, нужно прорабатывать травмы!
– Обойдусь! – перебиваю её, этот разговор мне начинает наскучивать, но Салли этого не замечает, так как искренни считает, что задевает струны моей души. – Салли, ты главное – исправно наведывайся к хвалёному мозгаправу, обо мне есть кому позаботиться!
– Слушай ты! – схватив меня за руку, сильно сжав она искажает лицо в сумасшедшей устрашающей улыбке, поморщившись, попытаюсь выдернуть её, но не получилось, мне оставались лишь зло посмотреть на девушку, – Моё терпение не вечно, а ты доставляешь мне дискомфорт! При одной мысли, что мне приходится дышать с тобой, одним воздухом тошно становится!
– Ничем помочь не могу! – шиплю, с силой дёрнув рукой мне удаётся высвободиться. Вслед слышу ещё, какие- то гадости, но на моё счастье, за мной она не следует. После вот таких перепалок мне безумно хотелось принять душ, тщательно отмыться от прикосновений и едких комментариев.
Во внутреннем дворике меня встречает Роби и Фрэя, они перебирают виниловые пластинки, и что-то громко обсуждают.
Мама Фрэи работает в филармонии, оттуда и поставляет дочери различные записи концертов, журналы с интервью артистов, которые не найти в открытом доступе, но особым раритетом были пластинки, которые мне Фрэя любезно одалживала.
Дело в том, что с ней мы с лет пяти занимались в одной школе искусств, я по классу скрипки, Фрэя же на фортепьяно. Несколько лет назад мы окончили музыкальную школу и даже успели побывать в нескольких турах с оркестром, но после началась совершенно новая глава. Семья Фрэи считает, что музыкантов хватает в их семье и отплатили обучение на факультете медицины, специальность зубной врач, у меня тоже особо выбора не было, в мир музыке путь был закрыт, Байрон отчего дал понять, что этого не потерпит.
Так, мы и оказались обе заточены в тисках наук, которые совершенно не откликаются в наших сердцах, но это не означало, что мы прекратили созерцать, слушая прекрасные композиции, любезно предоставляемые мамой Фрэи. Сегодня Фрэя принесла записи Элисон Мария Краусс " Холодная гора", моему счастью нет предела.
– Твоя мама просто чудо! – прижав к груди виниловый круг.
– После дай и я послушаю, там есть небольшие куски пианино, хочу изучить! – говорить Фрэя, перевожу взгляд чуть выше белоснежной головы Фрэи, тут же отворачиваюсь, закусывая нижнюю губу, а всё виной пристальный и цепкий взгляд новенького, который в десяти метров от нас, фривольно стоит, оперившись о косяк беседки. Его руки в карманах, а на лице снисходительная улыбка, несколько парней окружили его, а тот наблюдает на всех с высока. Что он себе позволяет? Неужели в первый день возможно такое поведение наплевательское, надменное и оценивающие, можно для приличия быть немного дружелюбным. Да это, по меньшей мере неуважение к окружающим тебя людям!
Чувствую, как этот нахал продолжает на меня пялиться, и это становится настоящей пыткой. Не знаю почему, но его присутствие вводить меня в какой-то диссонанс, мне одновременно хочется посмотреть на него и провалиться сквозь землю. Сильнее прижимаю пластинку к груди, словно она сможет меня защитить от грубого и тяжёлого взгляда из-под нахмуривших бровей.
Негромкий звук доносится из динамиков, оповещая о начале лекций, все, кто находится рядом, как по команде поднимаются, направляясь к выходу. Я же иду обособленно, обхватив себя руками, пытаясь не смотреть в сторону этого типа, но у самого выхода, где я практически ощущаю свободу и свежий воздух меня дёргают за край старой, вязаной кофты. Поднимаю голову, вновь встречаясь с этим уже знакомым надменным взглядом, моментально заливаюсь красной краской с ног до головы, но останавливаюсь вопросительно смотря.
Глава 4
Анабель
– Твоё? – в руках он держит мою ленту для волос, машинально касаюсь их. – Ну и?
– Да, спасибо… – протянув руку пытаюсь забрать, но он одёргивает её, пряча в глубину кармана брюк, его улыбка становится шире, а моё сердце начинает разгонять ритм.
– Не так быстро, придётся заслужить! – этот тон мне знаком, так как в академии особо избалованные особи мужского пола постоянно отпускают грязные шутки в мою сторону, считая, что это позволительно для таких, как они, молодые, богатые и беспринципными. – Увидимся, крутышка!
Я ничего не могу произнести, просто стою и молчу, переваривая всё, что только услышала, в какой-то момент обстановка вокруг меня начинается кружиться, а перед глазами маячит то ли цвет моей потерянной ленты, то ли цвет глаз парня, который её присвоил себе. Ком неприятного волнения сгущается в животе, всё, что сейчас звучит в моей голове, это насмешливый тон мерзавца, который, как в замедленной съёмки разворачивается и отдаляется.
– Я. я… – пытаюсь хоть что- то ответить, но язык словно перестал слушать меня, ещё секунда и я понимаю, как ноги становятся ватными, а тело неминуемо летит на встречу с пыльным бетонным полом.