Чтение онлайн

В любом случае субъект необходим отдых от идеологии. Правда усталость от нее связана не с идеологией и ее содержанием, а с необходимостью демонстрировать свое отношение к ней, демонстрировать через свое поведение, которое либо соответствует доминирующим общественным ценностям, либо противостоит им. Социум требует от каждого такой демонстрации, требует, чтобы субъект определился и высказал свое «за» или «против». Причем не обязательно демонстрации своей приверженности доминирующим идеологическим концепциям, но непременно верности так называемым «общим человеческим ценностям».

Впрочем, социум не утруждает себя выяснением содержания этих ценностей, подразумевая их общепринятыми, а потому очевидными и понятными. Обычно к ним относят справедливость, долг, ответственность, честь, совесть и т.п. И это не простая прихоть социума. Дело в том, что демонстрация принятия этих ценностей для социума означает признание субъектом «правил игры», которыми он будет руководствоваться в своем поведении. При этом социуму не особенно важно знать насколько такое признание будет искренним или вынужденным.

Но и субъекта не особенно заботит искренность такой демонстрации. Он позволяет себе заведомо лукавить, принимая «правила игры» будучи уверенным в том, что и все остальные точно также лукавят. Кроме того, эту свою демонстрацию он относит к механической части поведения – выражение уважения, чинопочитание, вежливость, исполнение традиций и т.п. А потому нарушение этих атрибутов общения не есть измена, предательство.

Однако субъект устает и от этого демонстративного поведения, от демонстрации приверженности социальным ценностям. И тогда он «бунтует», игнорируя комфорт существования, эффективность в достижении поставленных целей. Практическая выгода от соблюдения этой демонстрации уходит на второй план, и субъект «уходит в отдых», «к самому себе, в свою собственную идеологию».

Субъект должен «отдыхать» от демонстраций в уединении или там, где его никто не знает и он можно вести себя в рамках своих ценностей. И этот «отдых» воспринимается субъектом как вполне естественный и обоснованный, будучи уверенным – он делает все правильно и имеет право на это. По сути, это часть его идеологии – обладать правом на «отдых» от идеологии.

Принципам иногда надо изменять. Иначе какое от них удовольствие.

Э.Ремарк

Особенно ярко проявляется этот «отдых» субъекта в условиях, когда он демонстрирует свою приверженность какой-то идеологической концепции. Он может демонстрировать себя демократом, фашистом, коммунистом, либералом и т.п. выстраивая свое поведение в рамках требований этой идеологической концепции. Но когда-то он игнорирует эти рамки и ведет себя так, как ему хочется в соответствии со своими собственными идеями-ценностями. При этом субъект знает, что совершает отступничество, которое необходимо сохранить в тайне, из-за страха перед возможностью быть уличенным, как минимум в непоследовательности, и желания оставить все совершаемое исключительно для себя. Оставаясь уверенным в том, что он никого не обманывает, никого не предает, а всего лишь «отдыхает» от идеологии.

Аммос Федорович. …Грешки грешкам – рознь. Я говорю всем открыто, что беру взятки? Борзыми щенками. Это совсем иное дело.

Н.Гоголь

Совсем другое дело, когда субъект устает от своей собственной идеологии. Оказывается, что даже от веры в истинность собственных идей-ценностей, от уверенности в том, что он сам их понял и принял к исполнению, субъект может уставать. И тогда он поступает вопреки им. Обычно это сопровождается возникшей мыслью о том, что все зря, жертвы, утрата друзей и близких, достигнутые результаты, карьера, ушедшее здоровье и т.п., все стало заложником его идей-ценностей, которые оказались всего лишь иллюзиями. И пусть эта мысль временна и ситуативна, пусть она ничем не обоснованна и скоро уйдет, субъект «срывается». Он, порой демонстративно, совершает поступки назло самому себе. Правда, такое случается довольно редко.

В этом срыве субъект находит разрядку накопившегося неудовлетворения, которое всегда сопровождает воплощение идей-ценностей. Это связано с тем, что ни одна идея не может быть воплощена так сказать в чистом виде. Ее воплощение обязательно связано со средствами и методами, которые в той или иной степени противоречат самой идеи. Этого субъект не знает до начала своих действий и уже не может избежать в процессе их реализации. А все утешения и оправдания бывают недостаточными. И тогда подобный негатив и неудовлетворенность самим накапливаются, требу от субъекта отдыха. Он не считает такие срывы предательством или изменой самому себе, а лишь слабостью и, может быть, грехом.

ТОЛЬКО

вот этот грех, постоянно напоминая о себе, вовсе не гарантирует невозможность его повторения. И тогда субъект задает себе вопрос – а может быть это и не …

16. … вина и не

грех?

– Это факт!

– Ну и что мне делать с этим фактом?!

– Ничего. Его надо просто запомнить. Когда-то он сам все сделает за Вас.

из разговора

Идеология субъекта основана на вере. Вере в то, что его идеи это его собственные идеи-ценности и в то, что они и есть истина.

Грех – вопреки истине. Вина –

вопреки правде.

П.Сэлфинг

Правда, понятие «греха» для большинства также обладает неким абстрактным смыслом. Впрочем, точно также весьма абстрактной выглядит и вина, которая, пусть и в весьма субъективным виде, входит в идеологию большинства. Но если грех воспринимается субъектом как нечто почти метафизическое, влекущее наказание и требующее искупления, то вина переживается куда проще. Она может быть объяснена и обоснована объективными обстоятельствами и оправдана, а поиск аргументов для оправдания ограничен лишь уровнем интеллекта самого субъекта.

Несмотря на все усилия, так называемого, прогресса, идея вины и идея греха продолжает входить в идеологию субъекта в качестве неразрывной составной части. Удивительно, что при всей негативности переживаний от осознания своей вины и греха, субъект все равно совершает поступки с ними связанные. Причем никакие идеологические концепции не освобождают идеологию субъекта от этих переживаний. Субъект обязательно будет ощущать, что готовится совершить что-то не то, неправильное, пусть все эти ощущения и подавляются мощными аргументами рациональности, пользы, желания, выгоды и т.п. Точно также он способен считать себя виновным, даже если найдет объективные оправдания совершенного. Чувство вины, точно также, как и понимание совершенного греха, заложено в его идеологии, пусть и проявляется у каждого по своему.

вера … означает: то, что я ищу, находится

не здесь, именно поэтому я верю в это.

С.Кьеркегор

Ища выход из противоречия между своим представлением о вине и грехе, с одной стороны, и соблазном рациональности, благополучия, выгоды и т.п., с другой стороны, субъект готов к «разумному» компромиссу. Он четко и однозначно выделяет вину, грех, наказание в отдельную часть своего существования, ту часть, которая присутствует, требует к себе так сказать уважение, но с которой можно договориться, купив или заслужив прощение, через нахождение объективных причин, совершение благих дел, искупления и т.п. Субъект вполне успешно убеждает себя в том, что подобная индульгенция вполне нейтрализует тот негатив, который формируется параллельно с совершаемыми действиями. Это позволяет ему действовать и чувствовать свою вину, будучи уверенным в возможном прощении.