Чтение онлайн

Он кивнул в окошко, указывая тем на дом, в котором проживал гражданин Шаронов.

— Не знаю я никакого Шаронова, — буркнула почтальонша. — Мало ли тут у нас дачников живет…

— Ты, тетка, не лайся, а отвечай, когда тебя спрашивают, — указал ей другой из вошедших.

— Спокойно, Додик, — сказал тому старший. — Не знаету значит не знает, что тут поделаешь. Извините, что побеспокоили…

— А вы кто сами будете? — спросила телефонистка.

Старший остановился и повернулся к ней.

— Мы-то? Мы из милиции.

— Правда, что ли, из милиции? — переспросила телефонистка.

Старший усмехнулся, подошел к ней и предъявил служебное удостоверение. Телефонистка глянула с интересом, кивнула.

— Правильно, из милиции… Майор Великанов, да?

— Так точно, — отвечал накачанный милиционер.

— Ваш Шаронов, он какой из себя?

— Среднего роста, — стал описывать майор. — Лет сорока, темноволосый, нос большой, глаза чуть навыкате. Еще могу сказать, что он по характеру человек неуравновешенный, я бы сказал нервный…

— Точно, — сказала телефонистка. — Только что был он здесь.

— Где? — подлетел к стойке Додик.

— Да вот тут, — сказала телефонистка. — Телефонного разговора ждал с Москвой, да так и не дождался.

— Когда он ушел? — спросил майор отрывисто.

— Да минут пять назад, может… Перед самым вашим появлением пропал. И точно, нервничал все, места себе не находил.

Майор посмотрел на своих подчиненных.

— Додик, Артур, быстро по ближайшим дворам!.. А ты, Леня, проедь по дороге, до конца села и обратно. Быстро!..

Его помощники вышли, а сам майор повернулся к телефонистке.

— Так говорите, он в Москву звонил, да? А квитанция у вас осталась?..

Гражданин Шаронов в это время сжался, сидя в кустах на огороде одного из дворов позади, почты, и никак не мог решиться подняться и бежать оттуда. Он слишком хорошо знал своих преследователей, и страх парализовал его. Даже когда он увидел приближающегося Додика, самого высокого из команды культуристов из джипа, он не посмел шевельнуться, лишь затаился в надежде, что тот пройдет мимо.

Так бы оно и случилось, если бы не бродяжий кот, проходивший мимо и сунувшийся потереться о колено сидевшего в кустах Шаронова. От его прикосновения тот испуганно шарахнулся и тем обратил на себя внимание преследователя. Шаронов кинулся бежать, спотыкаясь о грядки, а Додик поднял переговорное устройство и сообщил:

— Артур, я его вижу!.. Он мой!..

Сунул устройство в карман куртки и внешне неторопливо, но уверенно пустился бегом за Шароновым.

Беглец тяжело дышал, то и дело испуганно оглядывался, и от того то и дело спотыкался и падал. Каждый раз вскакивая, он дышал все тяжелее, а преследователь следовал за ним неторопливо, но уверенно, даже что-то успевая сказать в свое переговорное устройство.

Впереди, за лесополосой показалось шоссе, по которому мчались машины, и Шаронов почувствовал, что у него еще есть шанс на спасение. Из последних он прибавил скорости, но уже почти на самой обочине ему навстречу выскочил другой культурист, сбил его с ног и остановился над ним, тоже тяжело дыша.

Неторопливо подбежал Додик. Шаронов ползал в пыли и плакал от бессилия. Он захотел подняться, но Додик лениво ударил его ногой по голове, и тот, охнув, упал снова.

На другой стороне остановилась машина, и некий сердобольный мужчина выглянул в раскрытое окно.

— В чем дело, хлопцы? Милицию, что ли, позвать?..

— Езжай, — махнул ему Додик. — Мы сами милиция.

— Нет, — закричал Шаронов, пытаясь вскочить, — не верьте им, это бандиты!..

Тогда второй, его звали Артуром, ударил его ногой в бок, и Шаронов захрипел, согнувшись. Додик переждал проезжавший мимо междугородний автобус и неторопливо перешел через дорогу, на ходу вытаскивая удостоверение из нагрудного кармашка рубашки.

— Еще вопросы есть? — спросил он холодно, продемонстрировав удостоверение бдительному мужчине.

Тот пожал плечами.

— А что это? — спросил он. — Рэкетир, что ли?

— Банкир, — сказал Додик. — Сбежал с активом, хотел спрятаться… Езжайте, подробности в газетах прочитаете.

И он вернулся на другую сторону дороги.

Меж тем в почтовом отделении майор Великанов записал все данные из квитанции на срочный звонок в Москву, задал еще несколько вопросов телефонистке и совсем уже собрался уходить, как дед, который до сих пор выписывал свою «Советскую Россию», вдруг буркнул:

— Могли бы и меня спросить о чем-нибудь, товарищ милиционер.

Тот остановился.

— Вы что-то знаете? — спросил он.

— Знаю, не знаю, а кое-что видел, — сказал тот.

— И что?

— А вот если бы спросили, то и узнали бы…

— Вот я и спрашиваю, — улыбнулся майор.

В это время его переговорное устройство в кармане куртки зашипело, и он поднял его.

— Что там? — спросил он, рассеянно глядя в окно.

— Мы его взяли, Хосе. Мы на дороге, за огородами.

— Иду, — сказал майор Великанов.

— Я с вами тогда попозже поговорю, да? — сказал он старику и быстро вышел.

— Как хотите, — буркнул старик сердито.

Он вышел, и женщины с интересом посмотрели ему вслед.

— Интересный мужчина, — сказала толстуха. — Сразу видно, милиционер.

Когда Великанов подошел к месту событий, их джип уже стоял там, на обочине, и Шаронов сидел на земле у колеса. Вид у него был затравленный.

— У меня сердце больное, — жаловался он. — Вы убьете меня…

— Тебе говорили, козел вонючий, — нависал над ним Додик, — что с нами так шутить нельзя!

— Это не я! — выкрикнул жалобно Шаронов.

— В чем тут дело? — подошел Великанов.

Парни расступились.

— Он говорит, что он тут ни при чем?

— А бумаги у него?

— Нет.

— Где бумаги, Алик? — склонился над ним Великанов. — Мне с тобой некогда дурака валять, мне бумаги нужны.

— У меня их нет, — пробормотал Шаронов, пряча взгляд.

— Это не повод для игр, дружище, — сказал Великанов. — Дело серьезное, и прибаутками тут не отделаешься.