Чтение онлайн

Первая группа прошла, но опасность ещё не миновала. Вы помните, что следом за ней, спустя некоторый промежуток времени, должна идти вторая — так называемый «тёмный патруль». Это стража без факелов, подготовленная специально для того, чтобы выявлять и нейтрализовать шпионов, лазутчиков и диверсантов.

Прождав некоторое время и затаив дыхание, Вы услышали, как вторая группа тихо и почти незаметно проследовала за второй. Прождав достаточно долго, Вы продолжили свой путь — 682

Петляя узкими подворотнями, Вы, спустя некоторое время, благополучно выходите к площади перед кафедральным собором Кокани. На душе становится чуточку спокойнее. Во всяком случае, хотя бы часть пути уже проделана и достаточно спокойно.

Но ведь и здесь могут сцапать или обокрасть (если есть, что брать): кругом хватает и гвардейцев, и всякого ворья, и шпионов Гунфрида, так что нужно держать ухо востро — 427

Очнувшись, Вы нашлись в себе силы выбраться из-под завала. Еле живой, но всё-таки живой. Что можно было объяснить лишь чудом Божьим, после всего того, что Вам пришлось пережить. Тяжело ступая, Вы поднялись вверх по лестнице, слабо опираясь о стену.

Замок больше не сотрясался, хотя никто не мог предугадать заранее, будут ли новые удары, и когда.

Кругом царили смерть и разруха, в воздухе повисло напряжённое ощущение неопределённости и тревоги. То здесь то там встречались придавленные камнями тела обитателей замка.

Кто мёртв, кто ранен, кто обнимает труп, рыдая от горя. До Вас никому не было дела — 597

Разумеется, перед решительным сражением было необходимо подготовиться, поэтому Вы предусмотрительно решили заглянуть в одну из секретных оружейных. Обнаружив огниво и сунувшись воспользовавшись им в том месте, где явно взрываться нечему, Вы зажгли настенный факел и осмотрелись.

В целом, оружие здесь подбиралось с таким расчётом, чтобы им было удобно орудовать в условиях узких комнат и коридоров, да и сам замок строился с расчётом на то, чтобы в условиях штурма обороняющиеся могли дать решительный отпор.

Например, винтовые лестницы строились так, чтобы человек с оружием в правой руке не имел пространства для замаха и удара, и был бы вынужден подниматься вверх получая удары от защитников крепости.

Во многом арсенал соответствовал тому, что можно встретить во флоте: абордажные сабли и палаши53, топорики с зауженным пробивным лезвием54, жавелины55, и мушкетоны56.

Здесь же находились рожки и бочонки с Порохом Святого Иосифа57, шомполы, пули, дробь и прочие полезные вещи.

Зарядив мушкетон (сразу определитесь, пулей или дробью), повесив на себя портупею с палашом и заткнув за пояс топорик, Вы поспешили, не желая терять время…

Ну, держись, Гунфрид — 618

Казармы городской стражи по сути напоминают небольшую крепость, расположенную в городской черте.

Это не особенно красивое, но достаточно надёжное и внушительное сооружение с зубчатой стеной, бойницами, дозорными башнями, из которых город видно словно на ладони, и набатным колоколом.

Сюда все ходят стучать и доносить, здесь располагается небольшой острог, куда сажают тех, кому нужно просидеть в заточении не годы, а неделю-другую, не в самых жутких условиях и не с самым плохим обращением.

И тут же проживают гвардейцы, совмещающие функции армии и стражей порядка.

В лучшие времена на должности судей и стражей специально набирали выходцев из других мест, заменяя их раз в пару лет, потому что судьи и стражники выбранные из местных по определению не могу быть беспристрастными, когда имеют дела со своими родственниками, друзьями и врагами, а с пришлых чужаков взятки гладки.

Но сейчас выбирать не приходится.

Несколько человек тренируется на плацу, отрабатывая удары алебардами на чучелах, пожилой гвардеец сидит на скамейке и зашивает свой плащ, под навесом на свежем воздухе сидит вербовщик с чернилами и бумагой.

Вы направляетесь к нему и пробуете записаться на воинскую службу.

— Ты что, отец, из ума выжил? — без тени юмора, устало и раздражённо проворчал вербовщик. — Или это очередная твоя дурацкая шутка? Если так, то это совершенно не смешно.

— А я и не шучу, — настаиваете Вы. — И я ещё достаточно крепок, чтобы дать фору молодым.

— Ой ли? — скептически покривившись, вербовщик отложил перо и сложил руки на груди. — У тебя есть какой-то боевой опыт?

— Если Вы обучены сражаться — 622

— Если Вы обучены верховой езде — 1117

— Если Вы обучены верховой езде и сражению — 1138

Теоретически, Ваше дворянское происхождение и некоторое родство с королевской семьёй позволяют Вам организовать переворот, претендуя на власть.

Вот только действительно ли это то, чего Вам хотелось бы, независимо от того, движут ли Вами альтруистические или эгоистичные мотивы?

Короля не любит собственный народ, его не любят простолюдины, его не любят дворяне и знать, его не любят собственные войска, его не любят купцы и ремесленники, его не любит духовенство…

Словом, куда ни глянь — вокруг него давно уже сгустились тучи, трон раскачивается и вопрос лишь в том, кто подтолкнёт его, и кто займёт место после тирана и самодура.

С другой стороны, Ваша страна, некогда цветущая и прекрасная, на данный момент видится Вам эдаким трупом: естественно, что в трупе рано или поздно заводятся черви, но не они есть причина смерти, и даже если вынуть самых крупных — это не вернёт тело к жизни.

Можно решить вопрос и с Гунфридом, и с его швейцарскими наёмниками, но это не повернёт процесс вспять. Как всегда говорил Ваш отец, первостепенная задача любого человека — всегда оставаться живым. Короля свергнет не тот, так другой: это вопрос времени.

Что может мутную воду сделать прозрачной? Не трогай её, и она очистит себя сама. Просто нужно время. Где ныне слава Вавилона? Миллионы людей умерли задолго до Вашего рождения — омрачнено ли из-за этого Ваше лицо?

Пройдёт немного времени, и того же Гунфрида либо сместят, либо убьют (вероятнее всего — свои же), после чего права на престол может заявить его кузен — Ангерран Д`Ладье. Той страны и того положения, как при Альберихе, уже в любом случае не будет.

Может быть, это всё звучит не очень патриотично. Да и перемены происходят в обществе именно потому, что за них сражаются люди.