Чтение онлайн

– И вы отстанете?

– Ага, как только перепрыгнешь. Выходи, рыжая.

Я уже добралась до конца кустов. На расстоянии двести метров горел костер. Я чертыхнулась про себя. Несколько старшекурсников гуляли рядом. Сейчас меня мог спасти лишь фактор неожиданности и быстрый бег. Собравшись духом, тихо сказала:

– Извини, дорогой Дюк Нюкин, не хочу я с тобой целоваться.

Сдернув шнур с себя, уже не заботясь, что нашу аферу вскроют, выскочила из кустов и со всей мочи припустила к костру. Из-за общежития раздался вопль:

– Держи рыжую!!!

Находившиеся возле костра замерли, а затем бросились наперерез. Понимая, что маневр не удался, взяла резко вправо, стараясь попасть между двумя потоками погони и уходя в сторону леса. Противников это не остановило. Они тоже бросились за мной. А голоса разделились. Одни кричали, подбадривая и пытаясь подсказывать, вторые вопили, что поймают и тогда пощады не будет. Последнее я прекрасно осознавала, но стремилась продать свои поцелуи подороже. Обегая костер, который плотным кругом окружили парни, я отвлеклась на преследователей и на всем ходу влетела в человека. Мужские руки схватили в стальной капкан, который не удавалось разорвать. Я барахталась, вырывалась, но меня лишь сильнее сжимали. Краем глаза заметила, что преследователи остановились в нерешительности. Подняла взгляд и утонула в зеленых омутах. Модератор со снисходительной улыбкой наблюдал на мои яростные потуги освободиться. Он уже успел переодеться в извечный костюм тройку темно-серого цвета и повязать шейный платок, скрывая следы бурной ночи.

– Поймал, я же говорил, от меня не убежишь, - шепнул он и обратился уже к приближающимся студентам, - так что там надо делать с абитуриентками?

– Господин Модератор, но вы ведь не студент, вроде бы есть договоренность, что преподаватели не вмешиваются.

– Думаете, не справлюсь? А, Дюк Нюкин? В пакте нет ни слова, что преподавателям нельзя участвовать. А все, что не запрещено, то разрешено. Мне рыжая бестия тоже крови попортила много.

Я возмущенно трепыхнулась, но меня еще сильнее прижали к себе.

– Тише, Кейтелин, научитесь, наконец, проигрывать. Дайте нам договориться. Потерпите немного.

Жутко хотелось потереться щекой о ткань костюма, вдыхая терпкий запах его парфюма, обхватить за шею, спрятаться еще сильнее в объятьях, а приходилось стоять и изображать обиженную.

– А может, отдадите нам? Вроде как пункт у нас есть аморальный, да и женаты вы.

– Эх, Дюк Нюкин, отстали от жизни. Пункт изменили, так что по обоюдному согласию поцелуй можно. Но только с совершеннолетними. А насчет женат, - он оценивающе окинул меня взглядом.
– Обещаю вести себя пристойно. Извините, господа, добычей делиться не намерен. Кейтелин, не трепыхайтесь, сейчас целоваться будем.

– Тогда мы подождем, - хмыкнул Дюк Нюкин.

Его слова остановили Модератора:

– Хмм, в чем подвох? Я что-то упустил?

– Ну как же, господин Модератор, не поверю во внезапную амнезию, - хищно усмехнулся парень, - после поцелуя вам придется отпустить Кейтелин. Желающих много. Таковы правила. Так что не тяните время.

– А также правила предписывают остальным претендентам держаться на дистанции в три шага, я прав?
– ответно оскалился муж, подавляя злобный рык.

Все кивнули. Я осторожно повернула голову. Дистанцию соблюдали, но даже если меня отпустят, до костра не добраться, до него не менее десяти шагов. А парни стояли почти стеной.

– Кейтелин, не вертите головой, отвлекаете от размышлений, - одернули меня.

– Да чего думать то, целуйтесь уже, - раздалось из толпы.

В этот момент одна рука мужа скользнула на талию, еще сильнее прижимая к себе, а вторая поднялась вверх, погладила плечо и двинулась дальше по руке, под конец сжав ладонь. Мы замерли в классической позе европейских бальных танцах.

– Леди танцует?
– галантно спросил Модератор и, не дожидаясь ответа, сделал первый шаг, - эх, молодежь, какое удовольствие в сворованном поцелуе на бегу? Где эмоции? Где чувственность, что заставляет меняться мир?

Шаг, поворот. Толпа тоже делает шаг, сохраняя дистанцию. Парни мрачнеют, но отступают.

– Другое дело - танец, - продолжает лекцию Модератор, одновременно делая широкие выпады как в танго, - когда лишь прикосновение рук может вызвать у партнера взрыв ощущений, когда чуть ближе объятия, а кровь уже бурлит. А музыка добавляет огня, задавая ритм движению, дыханию, сердцебиению.

Еще два резких выпада, и я вишу на его руках у земли, а зеленые глаза так близко, что затмевают все вокруг, гипнотизируя и обещая наслаждение. Над лужайкой пролетает всеобщий вздох. Народ замирает в предвкушении. А меня уже не волнует столпотворение, я тянусь к нему, изнывая в желании.

– Не спеши, - выдыхает он, сам еле сдерживаясь, и возвращает нас в вертикальное положение.

Стон разочарования зрителей отрезвляет, но лишь на мгновение. А Модератор продолжает вести меня в сторону костра, невозмутимо говоря:

– И самое странное, истинный танец зажигает страсть не только в паре, но и зрители поддаются его очарованию, магии любви и страсти.

Еще два пируэта и между нами и пылающим огнем остается ровно три шага.

– Все понятно, Дюк Нюкин?
– насмешливо спрашивает Модератор, неотрывно глядя мне в глаза.

– Лекция усвоена, - мрачно подтверждает он, весь готовый к рывку.

– Не, вижу не усвоил. Вы делаете ставку на количество, а я - на качество.

– Так мы пока ни того, ни другого не видели, - поддел тролль, - неужто забыли, как это делается? Хотите покажу?

– Только не на мне показывать, - ввернула я, - может, я пойду, а вы тут сами между собой разберетесь?
– и сделала попытку высвободиться. Ну правда, сейчас осталось лишь перепрыгнуть, а меня не отпускали.

– Стоять!
– крикнули оба. Послушно замерла, инстинктивно прижавшись к мужу. Так безопасней, он, конечно, непредсказуемый, но все же свой. Да и вырваться из капкана рук не удалось. Меня тут же успокаивающе погладили по талии, оценив порыв.

– Дюк Нюкин, Дюк Нюкин, вброс не засчитан. Кейтелин, не дергайтесь, целоваться все равно будем. Традиции нарушать негоже.

Словно в подтверждении слов, он зафиксировал мои руки за спиной одной рукой, а второй приподнял лицо за подбородок. Его губы прикоснулись к уголку рта, вызывая фейерверк эмоций у меня и вопль экстаза у толпы. Во мне боролись противоречивые чувства. С одной стороны хотелось сбежать, на худой конец спрятать лицо на груди от осознания количества свидетелей. А с другой стороны, душа требовала продолжение поцелуя. И плевать, что оргазм от нашего поцелуя имеют посторонние люди. Модератор слегка усмехнулся, и вновь слегка тронул губами другой уголок рта, вызывая во мне стон.

– Черт, а что же будет, если он ее по-настоящему поцелует?
– не выдержали у кого-то нервы.

– Да не тяните вы!!!!
– поддержали возмущение с другой стороны.

– Я ж сейчас помру!
– пригрозил третий голос.

У меня в голове мелькнула мысль, что я не против, и тут же разбилась от нарастающего желания, а муж перешел к решительным действиям. Резко опрокинул на руку, развернув лицом к огню, и властно впился в губы, обдавая жаром и лишая сил. Толпа торжествующе взревела. А поцелуй оборвался внезапно, истерзанные губы обдало огнем прерывистого шепота: