Чтение онлайн

В это время в потоке автомобилей появился просвет и преграждавшая им дорогу машина выехала наконец-то на основное шоссе. Путь был свободен. Триша и аргентинец двинулись дальше, ведя за собой своих лошадей. Кони шагали по высокой траве, которая с шелестом расступалась под их ногами. Привычные звуки – глухой топот конских копыт и тихие позвякивания удил уздечки – отзывались для Рауля эхом недавней игры, и он опять углубился в свои мысли, перебирая в памяти события матча.

– Что вы думаете об игре? – его думы вновь прервал девичий голос.

Рауль сразу узнал лошадей, которых вела его случайная неугомонная спутница. Их трудно было не узнать – в особенности серого мерина. Лошади Джейка Кинкейда… Рауль много раз играл против Кинкейда, но ни разу не выступал за его команду. В прошлом Джейк неоднократно приглашал Рауля к себе, когда подбирал игроков для каких-нибудь особых турниров, но всякий раз получалось так, что Буканан уже был занят в это время в какой-нибудь другой игре. А жаль… Старик был крутым соперником и в свои шестьдесят играл отлично, а когда не смог больше играть, продолжал оставаться спонсором команды. Лошадей он подобрал превосходных. Сегодня его внук выступал на лучшей из них. Да и сам он играл хорошо… Однако что можно сказать об игре, когда тебя спрашивает о ней кто-то с проигравшей стороны?

– Хорошее вышло состязание, – вежливо проговорил Рауль.

– Оно было бы хорошим, если бы не пятый чуккер, – с добродушной иронией подхватила девушка. – Вы помешали Робу провести Бог знает сколько бросков. Ну конечно, ваши лошади лучше его лошадей.

– У него превосходные пони, особенно этот серый, – сказал Рауль, а про себя подумал: «Самый лучший, какого только можно купить или воспитать за деньги».

– Боюсь, что старина серый уже не тот, что был прежде, – покачала девушка головой. – Ему уже семнадцать лет.

– Вот, значит, почему ваш Роб боялся ездить на нем! – Рауль скорее утверждал, чем спрашивал.

– Роб? Боялся? – Девушка резко остановилась, и в ее темных глазах вспыхнул внезапный гнев. – Что вы хотите этим сказать? Мой брат не боится ездить хоть на самом черте!

Рауль удивленно приподнял бровь. – Ваш брат? Так вы, стало быть…

– Да, из клана Кинкейдов. – В резком и решительном ответе девушки помимо негодования слышалось еще что-то: казалось, ее возмущает самое это имя. – А вы что обо мне подумали?

– Думал, что вы просто конюх. – Рауль сухо усмехнулся над своей ошибкой.

Несколько мгновений девушка хранила ледяное молчание, затем ее недовольство улетучилось так же внезапно, как вспыхнуло. Она посмотрела на свою грязную одежду.

– Думаю, что я и на самом деле выгляжу как рабочий с конюшни. Я пообещала Робу помочь ему сегодня с лошадьми. Во всяком случае, это намного забавнее, чем сидеть в ложе со всем семейством. – Она вновь зашагала вперед. – Кстати, меня зовут Триша. Триша Томас. А вы – Рауль Буканан. – Затем, полуобернувшись, она смерила Рауля взглядом: – Почему вы сказали, что мой брат боится?

На этот раз в вопросе слышалось больше любопытства, чем требовательности.

А раз уж Рауль сделал критическое замечание, он вынужден был его обосновать:

– Я заметил, что в конце каждого чуккера он позволяет лошади разворачиваться по более широкой дуге и не использует ни шпор, ни хлыста. Бережет пони.

– Некоторые из лошадей уже не молоды. Они быстро уставали. – Она стеной встала на защиту брата. – Я не считаю, что Роб поступал неверно.

– Нельзя выиграть игру, оберегая пони. Это соревнования. Всадника не должно заботить, устала ли его лошадь. Как и всякий член команды, лошадь обязана подчиняться общим интересам, а если она протестует, наездник должен заставить ее слушаться. Необходимо, чтобы кони, как и люди, заставляли себя сделать большее, чем то, на что они, как кажется, способны. Напрасно ваш брат думал: мои лошади слишком устали, чтобы подгонять их. Коли лошадь устала, чтобы играть во всю мощь, надо менять ее, не дожидаясь конца чуккера. – Рауль умолк и посмотрел на девушку. – Уверен, что для вас все это звучит слишком грубо и резко.

– Да, – честно созналась она. – Но это совпадает с тем, как играете вы сами. Сегодня днем вы были немилосердны и к себе, и к лошадям.

Рауль почувствовал, что Триша сама точно не знает, одобряет она это или нет. Они приближалась к конюшням, где происходила обычная после всякой игры суета. Одних лошадей прогуливали, чтобы дать им остыть после трудной работы. Других – грузили в трейлеры. Третьи стояли в стороне, и конюхи усердно надраивали их скребницами. И Триша сама сменила тему разговора.

– Что вы делаете сегодня вечером? – спросила она.

У Рауля была назначена на шесть часов встреча с массажистом в оздоровительном центре, но он понимал, что девушка интересуется вовсе не его распорядком дня.

– Сегодня вечером Мартин Чет устраивает прием, чтобы отпраздновать выигрыш кубка, – сказал он.

– Вернее сказать: чтобы позлорадствовать по поводу выигрыша кубка, – поправила Триша, а затем прибавила: – Вам это не понравится. У Мартина всегда бывают ужасные вечеринки. Почему бы вам не улизнуть оттуда пораньше? Мы могли бы где-нибудь встретиться.

– Сколько вам лет?

Сам он точно определить ее возраст не мог. Ему доводилось встречать девушек, которым он давал на вид восемнадцать лет или более того, а потом узнавал, что им всего лишь четырнадцать. Совсем еще дети. А дети его не прельщали.

Триша слегка поколебалась, затем пожала плечами:

– Семнадцать. Думаю, вы не считаете меня слишком старой?

– Нет. Слишком юной.

Рауль был старше ее на двадцать лет. Ему льстило, что девушка находит его привлекательным, но он давно уже решил: самое мудрое и благоразумное – это вообще не связываться с хорошенькими юными девицами из богатых семейств.

Триша замедлила шаги, и лошади почти уткнулись мордами в ее спину.

– Наш трейлер стоит вон там, – показала она, имея в виду, что дорожки их расходятся. – Скажите, а изменилось бы что-нибудь, скажи я вам, что мне восемнадцать? Именно столько мне будет через два месяца. Вы мне нравитесь, и я хотела бы встретиться с вами опять.

Она не просила Рауля передумать, а бросала ему открытый вызов.

– В этом нет ничего плохого.

– Ну а раз так, то вечером в следующую субботу мои родители устраивают прием. Вы придете?

Она вызывающе склонила голову набок, сверкая темными глазами.

– Я профессионал, – напомнил ей Рауль. – На следующей неделе я буду играть с командой в Бока-Ратоне. Так что, видимо, придется быть там.

– А если сможете, то придете?

– Посмотрим.

– Буду вас ждать.

Одна из лошадей толкнула девушку сзади, торопя ее к конюшням.

– Вы можете разочароваться, – предупредил Рауль.

– Нет, не разочаруюсь. Приходите.

Триша повернулась и повела лошадей к стоящему неподалеку трейлеру.