Чтение онлайн

– Кто это? – повторила я, наблюдая за ним через глазок.

По моему затылку пробежал холодок, когда он поднял руку и достал из пиджака удостоверение полиции Нью-Йорка.

– Генри Келлет, полиция Нью-Йорка. У вас не найдется минуты?

– Одну секунду! – крикнула я. – Вы застали меня в душе!

Я побежала к шкафу, надела трусики и джинсы, но не обнаружила на вешалках ни одной футболки. Видимо, они все лежали в грязном белье. Волосы были мокрые насквозь, и я чувствовала, как по плечам стекает вода. Я попыталась найти лифчик, но в ящике ни одного не оказалось. Пока я искала, что надеть наверх, мой взгляд упал на бумаги на письменном столе, которые я привезла из архива.

Полицейский постучал снова. Сердце выпрыгивало из груди.

– Черт, – выругалась я, запихивая документы в мусорную корзину.

– Мисс Триггс? Всего пару вопросов, – крикнул он из-за двери.

Открывая все ящики подряд – я еще плохо ориентировалась в том, что где лежит в новом доме, – я наконец нашла под подушкой футболку с логотипом «Никс», которую обычно надевала вместо пижамы, и быстро натянула ее.

– Что случилось? – спросила я, неуверенно открыв дверь.

В голову пришла мысль, что за те несколько месяцев, что я жила в Вест-Виллидж, это был первый раз, когда кто-то, кроме доставщика еды, звонил в мою дверь.

– Мисс Триггс? Вы Мирен Триггс, верно?

– Она самая.

– Я пришел по делу, которое… Которое мне совсем не нравится, но, думаю, оно имеет для вас значение. Я – Генри Келлет. Полагаю, вас эта новость порадует. Вчера ночью… Вчера ночью один мужчина из Гарлема выстрелил себе в голову.

– Не понимаю, при чем тут я, – почти безжизненным голосом произнесла я.

– Видите ли, мисс Триггс, речь идет об Ароне Уоллесе, сорока пяти лет, – объяснил он.

Я не двигаясь слушала его без какого-либо определенного выражения на лице.

– Перед тем как размозжить себе голову из девятимиллиметрового «Глока», он оставил предсмертную записку. В ней Арон признался в том, что принял участие в групповом изнасиловании в… – полицейский помедлил и сверился с небольшой папкой, которую держал в руках, – в 1997 году. Записка у меня с собой, если вы вдруг захотите на нее взглянуть.

– Я не понимаю… о ком идет речь, – ответила я.

Я нервничала.

– Вы разрешите мне зайти? – спросил Келлет и сделал знак рукой, будто приглашал меня в мой собственный дом. Его интерес не поколебал моей холодности.

– Вообще-то… Я спешу, – заколебалась я. – Я как раз собиралась выходить.

– Я вам прочту, если хотите: «Я прошу прощения за то, что сделал с девушкой в Морнингсайд-парке в 1997 году».

Я ждала продолжения, не двигаясь с места.

– Кратко, но информативно. Арон Уоллес признался в том, что принимал участие в вашем изнасиловании, мисс Триггс. Понимаю, вы, возможно, пытались забыть об этом, но мы… Мы не забываем. Мы все проверили, и его записка со всем сходится. Когда мы вбили его имя в базу… Там была вся информация. Вы подали заявление об изнасиловании в девяносто седьмом, но по этому делу так и не было вынесено ни одного обвинительного приговора. В своем заявлении вы написали, что в тот вечер в Морнингсайд-парке насильников было трое. Удалось определить личность одного из них, некоего Роя Джеймисона. Мне известно, что расследование зашло в тупик из-за отсутствия доказательств, а единственный свидетель отказался от показаний. Возможно, вы об этом не знали, но, когда Рой вышел на свободу, за ним была организована слежка, чтобы найти остальных членов его банды и следить, не оступится ли он снова. Его телефон прослушивался.

– Я ничего об этом не знала, – солгала я. – Уже прошло много времени, и я… Старалась забыть об этом. Это не то, о чем хотелось бы вспоминать.

– Мы установили, что Арон Уоллес был другом Роя Джеймисона. Он регулярно ходил с ним на вечеринки вместе с еще одним типом. Мы предполагали, что он связан с целым ворохом других, более мелких преступлений, и эта записка… все подтверждает.

– Не могу сказать, что меня огорчает его смерть, если он сам во всем признался.

– Да… Наверное, вы правы. Но все же есть и грустная сторона, потому что… Когда он покончил с жизнью, его семилетняя дочь была дома. Все случилось этим утром. Соседи услышали плач девочки и выломали дверь. На полу гостиной они обнаружили труп Арона, а рядом с ним рыдала малышка. Она не могла успокоиться ни на секунду. В городе каждый день случаются такие самоубийства, но… Оставить дочь… Не знаю. Такие истории всегда очень печальны.

– А где ее мать? – поинтересовалась я.

– По-видимому, умерла при родах. Полагаю, девочка перейдет в руки социальных служб, а потом в приемную семью. К счастью, она не будет расти рядом со своим отцом, но мне жаль ее. Некоторые из нас приходят в этот мир, только чтобы страдать, вам так не кажется?

Я кивнула.

– Ладно, есть еще кое-что, что может вас заинтересовать, мисс Триггс. Раз уж я здесь, расскажу вам. Это одна из причин, почему я все-таки решил прийти к вам.

– Что?

– В 2002 году, ранним утром, Рой Джеймисон был убит выстрелом из пистолета в одном из переулков, в самом центре Гарлема. Свидетелей нет. Никто ничего не видел. По всей видимости, кто-то хотел свести с ним счеты или обокрасть. У Роя Джеймисона хватало проблем.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди, пальцы покалывало, будто я снова чувствовала вибрацию пистолета после выстрела.

– И знаете, из какого оружия его убили? Вы удивитесь. Из девятимиллиметрового «Глока». Конечно, это может быть простым совпадением, такие пистолеты продаются на каждом шагу, как горячие пирожки. Однако это не может не привлечь внимание, верно? Мы отправили гильзу на анализ, на всякий случай. Протоколы, протоколы и еще раз протоколы. Это наша работа. Но благодаря этому мы находим плохих парней. И поверьте – мы их ловим. Хотя на это может уходить много времени… Обычно мы добираемся до сути, – произнес он таким серьезным тоном, что я с трудом узнала в нем того милого человека, с которым говорила вначале.

– Детектив Келлет, я правда прошу простить меня, но мне нужно собираться, а время поджимает.

– Кем вы сейчас работаете, если не секрет?

– Журналистом. Вы ведь прекрасно знаете, в каком мире мы живем. Лучшая новость – это новость о том, что случилось пятнадцать минут назад. Может, у вас есть для меня одна?

Его улыбка выглядела настолько фальшивой, что я подумала, он вот-вот достанет наручники.

– Хорошая попытка, но нет.

Я улыбнулась, подражая ему, и попыталась выпроводить его прежде, чем он продолжит свои расспросы:

– Вы не возражаете? Мне действительно пора идти.

– Конечно, никаких проблем, мисс Триггс. Я просто подумал… Вам будет интересно узнать, что… двое подозреваемых в вашем деле… мертвы. Возможно… это как-то вам поможет. Знаете, я познакомился со своей женой на занятиях по самообороне. Она решила записаться туда после того, как на нее напали в парке. Я знаю, с чем ей приходится жить и какой страх она испытывает до сих пор, если идет по улице одна. Так что я вас понимаю. Эти люди наносят непоправимый вред. Я подумал, что… Зная о том, что эти два человека уже… Вы будете жить… спокойнее.

– Спасибо, детектив, – ответила я.

– Можно задать вам последний вопрос? – сказал он, и его голос прозвучал как тиканье бомбы замедленного действия.

– Конечно. Все, что хотите. Приятно иногда оказаться тем, кто отвечает на вопросы, – неискренне засмеялась я.

– Что вы делали вчера вечером, мисс Триггс? – серьезно спросил он.

Я снова улыбнулась, однако по выражению его лица поняла, что он ждет ответа. Не знаю, сколько времени я мешкала, однако, видимо, слишком долго.