Чтение онлайн

Перси непрерывно задавал себе все тот же вопрос: что за магазин продает заодно слонов и мосек? Так и стояла у него перед глазами эта огромная разница между минимальной и максимальной ценой.

«Если даже в одном и том же торговом доме купить дачу-прицеп и пачку зубочисток, - размышлял он, - то все равно на один счет они не попадут: дело придется иметь с разными продавцами в разных отделах. Значит, эти товары должны вдобавок находиться в ведении одного человека… Значит, это предметы небольшие, но очень дорогие или очень дешевые. И к тому же нужные одному и тому же клиенту…»

Перси занялся методичным просмотром по справочнику всех торговых фирм. Решив предварительно проконсультироваться у специалиста, он отметил экспертов по живописи, нумизматике, филателии… И тут ему все стало ясно: конверты из пергаментной бумаги обычно употребляют в магазинах почтовых марок, хозяин которого просто воспользовался обрывком одного из них. Теперь все стало на место: коллекционеры покупают как марки редкие, так и текущие серии, которые выпускают все страны мира; цена на них растет только с течением времени.

Перси подпрыгнул в кресле, как Архимед в ванне, и выскочил на улицу. Вызвал такси и велел отвезти себя на Уолл-стрит, где купил каталог почтовых марок с текущими ценами. Он понимал, что каталог приводит цены с такой же точностью, как «Аргус» - цены на подержанные машины. По цене, указанной на счете с точностью до нескольких долларов, нашел только марку «Занзибар 1908 года» и в той же серии - «Леопольд 1».

Низкие цены могли относиться к любым юбилейным маркам. Листая каталог, Перси заметил, что эти марки недолго остаются в нижних строках прейскуранта. Значит, марка за доллар должна была быть из последних эмиссий. Нашел он их целую серию, выпущенных в разных странах в честь космонавтов. Убедился, что цены этих серий примерно соответствуют меньшим цифрам из его счета. В каталоге была одна марка ценой полтора доллара - «Лунный модуль на грунте», выпущенная Республикой Конго, а за доллар ровно - «Аполлон-XI» на фиолетовом фоне с надписью «Расалкхима». Среди этих эмиссий были также «Гагарин апельсиновый», «Гленн фиолетовый» и «Купер небесно-голубой».

В каталоге была и реклама некоторых магазинов филателии. Он выписал их названия и адреса, начиная от Уоллстрит и окрестностей. Фигурировали в нем фамилии вроде: Мортон, Клоповски, Вильдштейн, Донахью, Финкель.

Перси был охвачен азартом охотника, идущего по следу. Теперь он не мог себе позволить ни малейшего необдуманного шага.

С бьющимся сердцем вошел он в огромный магазин к Мортону, где его принял мужчина лет пятидесяти, его хозяин.

–  Мистер Мортон, вы продавали дней десять назад одному из своих клиентов «Занзибар 1908 года»?

Хозяин наморщил лоб.

–  «Занзибар 1908 года»? Не припоминаю.

–  А это вы узнаете? - Перси подсунул ему треугольный листок.

–  Нет.

–  Но ведь это ваш почерк?

–  Определенно нет, - отрезал тот.

Все это время Перси смотрел ему в глаза. Мортон сохранял непоколебимое спокойствие, совесть его явно была чиста.

–  Вы из полиции? - спросил он Перси как бы мимоходом.

–  Мистер Мортон, речь идет об очень важных вещах, - Перси не обратил внимания на вопрос, - в ваших интересах оказать мне содействие.

–  Вы позволите? - хозяин протянул руку, чтобы взглянуть на листок. Перси тут же спрятал его и достал одну из фотокопий. Хозяин магазина долго ее разглядывал, поправляя очки с двойными стеклами.

–  Ничем не могу помочь, - наконец сказал он. - Очень жаль. - И вернулся к своим занятиям, состоявшим на тот момент в сортировке разнообразных марок и раскладывании их по конвертам. Марок этих на столе были горы.

Та же сцена повторилась еще четырежды в разных вариантах. Перси уже начинал терять надежду. Еще раз изучив адресный справочник, он решил систематически обойти все магазины филателии, начиная с тех, что находились ближе всего к месту преступления. На плане Нью-Йорка нарисовал концентрические окружности с центром у дома старухи Торнбридж. Потом позвонил в бюро обслуживания. Ему передали звонок от Бена Хехта, который интересовался новостями. В ответ он попросил передать адвокату следующее:

«Я напал на след. Надеюсь в течении сорока восьми часов сообщить сенсационные результаты. Прошу переслать аванс двести долларов на адрес бюро обслуживания. Скоро я вас навещу. Желаю удачи. Джерми».

Сорок восемь часов прошло, но ничего нового не произошло. Перси начал сомневаться в верности своей версии. Он обходил магазины уже в третьем круге, охватывавшем Гринвич, Ист-Сайд и часть Пятой Авеню. Он пришел к выводу, что убийца не был жителем Нью-Йорка. Судя по состоянию листка, счет не валялся долго в кармане, значит, покупка была сделана в день убийства. Но житель Нью-Йорка вряд ли в один день и почти в одно и то же время будет покупать и марки и женщину. Это, скорее, сделает кто-то, приехавший издалека - из другого округа или другого города. Эта гипотеза заставила его спросить себя, не протекали ли оба вида деятельности псевдо-Стирлинга в соседних районах. И он продолжал систематически прочесывать филателистические магазины, наловчившись завязывать беседу с хозяевами в зависимости от их вида, характера и темперамента. Схема всех визитов была одна и та же, разговоры - тоже. Лишняя трата времени была вызвана только нежеланием Перси затевать разговор с хозяевами в присутствии клиентов.

На того, кого искал, наткнулся он так неожиданно, как охотник, уже утративший всякую надежду выследить зверя, неожиданно оказывается с ним нос к носу.

Хозяин магазина на Лафайет Стрит, которому Перси показал клочок бумаги, с выработанной долгими поисками безапелляционностью заявив: «Этот счет вы выписали собственноручно!», - сразу растерялся и занервничал.

–  Мистер Кастелли, - атаковал его Перси, почувствовавший прилив уверенности, - я прошу оказать мне содействие, это в ваших интересах.

Поскольку фактор внезапности миновал, хозяин уже взял себя в руки.

–  Эту калькуляцию я сделал по просьбе одного из клиентов, - защищался он. - Человек искал некоторые марки и хотел знать их цену.

–  Ну, конечно, - поддакнул Перси, скептически усмехаясь, - я с вами полностью согласен. Я не из налогового управления. Я занимаюсь чисто уголовным делом - ищу филателиста, для которого вы составили эту «калькуляцию». Вы, конечно, его знаете, ведь не каждый день клиент покупает марок на десять тысяч долларов.

Из-за плеча хозяина, низенького мужчины с оливковой кожей и седыми кудряшками, выдвинулась толстая женщина с агрессивным выражением лица. И тут же вошел клиент - молодой человек в очках с сосредоточенной миной знатока.

–  Займись-ка им, - велел Кастелли жене.

Но она все равно непрерывно косилась на Перси, готовая прийти на помощь мужу. Тот измерил Перси взглядом с ног до головы и спросил:

–  У вас есть документы, подтверждающие, что вы представляете криминальную полицию?

Перси решил раскрыть свои карты.

–  Мистер Кастелли, - начал он, - я частный детектив, и выдавать себя за полицейского не собираюсь. Говорю вам, я занят чисто уголовным делом. Прошу вас о помощи и обещаю, что сохраню все в тайне. Эта услуга вас ни к чему не обязывает, но если вы мне откажете, я вынужден буду официально обратиться в полицию. Вы не будете отрицать, что счет этот написан вашей рукой. Кажется странным, что вы не смогли найти своему клиенту ни одной марки из целого списка и ограничились только составлением калькуляции. Чиновники налоговой службы не будут так легковерны на этот счет, как я. И в этом листке они увидят то, чем он и является - незарегистрированным счетом. Хотите попробовать? Всегда пожалуйста. Прошу не забывать, мне терять нечего.