Чтение онлайн

– Значит, прятались где-то поблизости и следили за дорогой.
– Дарии тоже стоял на своем.
– Лучше убраться отсюда, пока они не вернулись. Ну-ка, за работу.

Слова Джериса подогрели мое любопытство. Я отправилась искать свои дротики и внимательнее посмотрела на ближайшее тело, затем, подавив омерзение, разорвала остатки одежды.

– Странно.

– Что?

Джерис подошел ко мне, и Шив взглянул с интересом.
– Одежда-то старая и поношенная, но под ней он весь чистый.
– Я наклонилась ближе.
– Смотри, здесь, на белье, старая кровь, я бы сказала, от вшей или блох. А на нем ни пятнышка, нигде ни одного укуса.
– Я провела пальцем по мраморно-холодной плоти.
– Он слишком чистый, вымытый.
– Я перешла к следующему почти целому трупу.
– Этот точно такой же.

– Значит, они избавились от паразитов. Что тут загадочного? У тебя когда-нибудь были вши? Поверь, ты с радостью с ними расстанешься.

И Дарии снова занялся кольчугами.

Я присела. Вероятно, Дарни прав, но почему-то мне казалось, что мы неточно прочли эти руны. Что же я упустила?

– Ни у кого из них нет денег.

Отмахиваясь от мух и пытаясь игнорировать запах крови, я порылась в нескольких сумках и карманах.

– И ни у кого нет ничего личного. Ни колец, ни драгоценностей ничего. А это что?

Я показала Джерису пятно ободранной кожи на руке одного из убитых. Он посмотрел на остальных, но ничего похожего не нашел.

– Задело лучом Шива?

– Они мертвы, и это все, что мне нужно знать. Шевелитесь, я хочу убраться отсюда как можно скорее.

Резкость в тоне Дарни положила конец исследованиям и догадкам. Джерис что-то пробормотал и пошел дочищать свой меч, а Шив начал медленно вставать.

Вскоре мы уложили вещи и были готовы вернуться на тракт.

Выезжая из кольца, я помедлила и оглянулась на груду мертвых.

– А с ними ничего не будем делать?

Дарни покачал головой.

– Чтобы достать дров и сжечь их, потребуется слишком много времени. Он указал на дальнюю сторону вала.
– Предоставь это им.

Я взглянула на ждущих воронов и с трудом сглотнула. Тридцать с лишним трупов будут кормить этих птиц добрую половину сезона.

И вот мы уже снова на дороге. Чистый воздух выдул запах смерти из моих ноздрей, и я немного воспряла духом. Мы остановились у следующего брода и разделись, чтобы смыть с себя оставшуюся кровь. Джерис из скромности пытался спровадить меня в заводь ниже по течению, но какая может быть скромность, когда Дрианон его знает, какие бандиты рыщут в округе?

– И все же это странно, - прошептала я Шиву, выти рая волосы.

Дарни в это время мыл бороду и был по уши в мыле.

– Согласен, - кивнул маг, надевая рубаху через голову.
– Понять не могу, почему я не увидел их, когда гадал. Если они шли пешком, то мы должны были их засечь.

– Может, они сначала ехали, а потом шли?
– с сомнением предположила я.

– Зачем это?

– Понятия не имею.

Мы продолжали путь в кислом молчании.

Фриернский Охотничий Домик, 40-е предосени

Казуел крайне осторожно вышел из кареты, стараясь не ступить в грязь: будет важно произвести хорошее впечатление. Он одернул помятый камзол и хмуро покосился на содранную кожу сапога - какой-то нализавшийся фермер наступил ему на ногу.

– Это он?
– Аллин оглянулась на груду кирпичных домишек.

– А что, не похож?
– с ехидцей ответил маг.

Они уставились на широкий кирпичный фасад дома, надменно глядевшего из-за высоких железных ворот на другой стороне улицы.

– И это - "домик"?
– поразилась девушка.

И ее нельзя было за это винить. Может, жилище лорда Армайла и начинало свое существование как охотничья резиденция, но с тех пор едва ли что-нибудь осталось от первоначального здания. Казуел задумчиво посмотрел на крестьян, ждущих у калитки, где суровые воины в серых мундирах опирались на алебарды, время от времени подзывая по нескольку человек коротким взмахом ладони, чтобы пропустить внутрь.

Сзади затрубил рог.

– Дорогу!

Казуел быстро шагнул в ближайший дверной проем, и карета прогрохотала мимо, забрызгав юбки Аллин грязью из колеи. Копыта бойко захрустели по гравию, и, провожая взглядом дилижанс, маг с запоздалым сожалением понял, что его прибытие произвело бы большее впечатление, если б он нанял коляску. Однако это была бы неоправданная трата, не так ли?

– Пойдем, Аллин.

Он перебрался через дорогу и, приосанившись, подошел к стражникам, игнорируя любопытные взгляды крестьян. По его примеру Аллин тоже выпрямила спину и высоко подняла голову. Наконец-то она держится с должным достоинством, порадовался маг.

– Добрый вечер. Я хочу видеть управляющего лорда Армайла.

Казуел отвесил заранее продуманный полупоклон и выжидательно посмотрел на человека с лентой, пришитой вокруг оленьей эмблемы на его куртке.

– Он вас ждет?
– осведомился стражник.

– Мы не сговаривались о встрече, нет.
– Маг непринужденно улыбнулся.

– Тогда ждите своей очереди.

Высокомерие определенно давалось этим стражникам легче, чем вежливость.

С недрогнувшей улыбкой Казуел полез в карман за письмом, приготовленным заранее.

– Пожалуйста, передайте ему с моими поклонами. Он меня примет.

Стражник неуверенно посмотрел на письмо, на Казуела, потом оглянулся на дом.

– Эй!
– махнул он верткому мальчишке в серой ливрее, явно предназначавшейся для человека, по крайней мере на пядь выше ростом. Отнеси это Армину.

В спешке скользя по гравию, мальчишка помчался вдоль подъездной аллеи.

– Здесь что, такой обычай - сидеть, когда дама стоит? Казуел грозно уставился на двух стражников, развалившихся на скамье.

– Встать!

Они исподлобья зыркнули на командира, но подчинились. Аллин села, нервно подтыкая под себя юбки. Расплывшись в улыбке, Казуел достал из кармана дощечку и сделал несколько кратких записей; при сем он с удовольствием отметил, что это значительно укрепило атмосферу почтения вокруг него.

Мальчишка вернулся быстро - запыхавшийся и потный, несмотря на прохладный день.

– Он может войти.

– Благодарю.
– Казуел наградил стража на воротах снисходительным кивком и серебряным пенни.

– Вот видишь, Аллин, нужно уметь обращаться с этими людьми, прошептал он.

Ворота за ними закрылись, и, услышав за спиной гул домыслов и предположений, маг подавил улыбку. Однако по дороге к дому его самодовольство быстро испарилось, Обуздывать прислужников с их мелкими злоупотреблениями властью - это одно, а живущий здесь человек мог оказаться конем совсем другого нрава.