Чтение онлайн

Она позволяет мне взять ее за руку, чтобы провести в мой номер.

— Значит, твоя идея сделать что-то веселое заключалась в том, чтобы привести меня в свой номер… Боже мой… — Она заходит в президентский номер и идет прямо к окну. — Отсюда виден весь город. — Поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. — Это что, внутренний дворик?

— Пока осмотрись вокруг, а мне нужно кое-что взять.

Я оставляю ее исследовать и слышу, как девушка разговаривает сама с собой. Не могу разобрать предложения, только такие слова, как «повезло» и «деньги». Я достаю из сумки плавки и запихиваю их в толстовку. Приходит сообщение от моего помощника.

«Все готово. Менеджер встретит вас у входа».

«Ты — спасатель».

— Отсюда виден Центральный парк! И Эмпайр Стейт Билдинг!

Я выхожу из спальни, когда Томми входит с террасы.

— Это фортепиано? — Она ведет себя так, будто все в этой комнате видит впервые. Ее возбужденная улыбка заразительна.

— Нет, это ксилофон, Томми. Конечно, это фортепиано.

Она садится на скамейку и поднимает крышку.

— «Стейнвей3». — Ее взгляд переходит ко мне. — Ты играешь?

— Что это за вопрос? — Я сажусь рядом с ней на скамейку. — Подвинься. — Кладу пальцы на клавиши, выбивая собачий вальс.

Всплеск смеха с ее губ застает меня врасплох, и я прихожу в трепет от этого.

— Хорошо, мистер Миллиардер-музыкант. Пожалуйста, скажи мне, что ты не начинал с этого свое выступления на углах улиц.

Я опускаю взгляд на клавиши, ставлю правую ногу на педаль и играю первый куплет песни, которую Джесси написал для Бетани некоторое время назад.

Ее глаза светлеют.

— Ты умеешь играть.

— А ты думала, что я играю на одном инструменте? — спрашиваю я, продолжая играть песню. — Забавный факт? Бас-гитара не была моим первым выбором, но это было то, что было нужно Джесси, когда мне предложили выступить, так что я сразу же согласился.

— А что было твоим первым выбором?

— Соло-гитара, очевидно.

— Почему очевидно?

Я подмигиваю ей.

— Им достается больше всего кисок.

Томми поднимает одну бровь, и я замечаю, что она естественная, а не нарисованная или обработанная с помощью воска и пинцета. Томми — красивая женщина в самом естественном состоянии женственности, даже не стараясь. Я думаю, что если бы она приложила усилия, то стала бы силой, которая заставила бы мужчин умолять.

— Как раз то, что тебе нужно, — сухо говорит она. — Больше кисок.

— Твои постоянные комплименты очень утомляют. — Я опускаю руки на клавиши, отчего по комнате разносится ужасный звук. — Пойдем.

Мы возвращаемся к лифту, и на этот раз он оказывается блаженно пустым. Я нажимаю на кнопку второго этажа.

Лифт пикает. Когда двери открываются, менеджер из отеля уже ждет в своем черном костюме и со строгой прической.

— Мистер Кроу. — Он пожимает мне руку. — Я открыл для вас спа-центр. Чувствуйте себя как дома. — Он открывает стеклянные двери, которые ведут в большой магазин типа сувенирной лавки, где темно из-за позднего часа. — Раздевалки слева, как женские, так и мужские. Бассейн, спа, сауны — справа. Я позабочусь о том, чтобы у вас не было никаких нежелательных помех.

— Спасибо, мистер?..

— Кельвин Томас, сэр. — Он вежливо улыбается Томми, а затем, как и сказал, оставляет нас.

— Он открыл весь спа-центр только для нас? — шепчет Томми, как будто ее могут подслушать, хотя мы совершенно одни.

— Плюсы моей работы. Итак, сначала о главном. — Я беру с вешалки крошечное розовое бикини со стрингами. — Тебе нужен купальник.

— Розовый? — Она морщит нос. — Ни за что не надену эту штуку.

Я меняю розовый купальник на такой же черный и протягиваю ей.

— Что не так с розовым?

— Черный, серый и джинсовый. Это мои цвета. И я бы предпочла что-то более закрытое. — Она достает с вешалки огромный синий цельный купальник со встроенной юбкой.

— Нет. — Я вешаю обратно оба костюма. — Ты бы хорошо смотрелась в розовом. Компромисс?

Достаю со вкусом подобранный, кораллового цвета купальник, с высоким вырезом на бедрах и низким сзади. Стильно, но сексуально, как у Памелы Андерсон времен «Спасателей Малибу».

Она смотрит на ценник, и у нее отпадает челюсть.

— Сто девяносто восемь долларов?

— Возьми купальник, Томми. Иди и надень его. Сегодняшний вечер за мой счет.

— Я не могу тебе этого позволить.

— Ладно, тогда просто оставайся в том, что на тебе надето. Уверен, что твоя майка будет отлично смотреться мокрой.

Она сверкает глазами, выхватывает купальник у меня из рук и, надувшись, топает в женскую раздевалку.

Смотря ей вслед, говорю себе:

— Я выиграл.

ГЛАВА 10

ТЕЙЛОР

— Может, ты уже снимешь его? — умоляет Итан со своего места на первой ступеньке джакузи.

Я мертвой хваткой вцепляюсь в полотенце у себя на груди.

— Я не готова.

— Не готова? Как такое возможно? Ты в купальнике, стоишь у края теплой, бурлящей воды.

Под одеждой Итан — образ мужского совершенства, как я и предполагала. А в тот день, когда парень натер меня блестками, лишь мельком взглянула на него, но он держал меня так близко, что я почувствовала больше, чем увидела. Гораздо больше. Я заметила черную абстрактную татуировку на его грудной клетке, но не разглядела ее достаточно хорошо, чтобы понять, что именно это такое.

Делаю мысленную пометку спросить его об этом позже, когда не буду в нескольких секундах от полномасштабного нервного срыва.

— Что еще тебе нужно? — спрашивает он. — Струнный оркестр, чтобы исполнить серенаду для твоей упрямой задницы?

Прикусываю зубами нижнюю губу. Чего Итан не знает, так это того, что я не носила купальник с девяти лет. Всегда было проще надеть плавки и мешковатую футболку в те немногие разы, когда ходила плавать. В тот единственный раз, когда решила купить купальник, я не могла поверить, сколько они стоят, и отказалась поддерживать абсурдный гендерный «розовый налог»4. Сегодня я поняла, что не все купальные костюмы одинаковы — то есть, они не обеспечивают одинаковый уровень защиты. Если уж на то пошло, я думаю, что бикини-стринги, которые он предложил сначала, оставили бы больше места для воображения, чем костюм, который на мне сейчас. Слава богу, что в раздевалке есть бритвы, иначе я могла бы действительно опозориться.

— Так все. — Итан вылезает из ванны и приближается ко мне.

Моя хватка на полотенце крепнет.

— Стой! Подожди, хорошо, я сделаю это.

— Нет, у тебя был шанс. — Он сверлит меня взглядом. — Дай мне полотенце и тащи свою задницу в джакузи.

— Я сказала, что сделаю это, ясно? — Я закрываю глаза, делаю успокаивающий вдох и бросаю полотенце. И прежде чем Итан успевает рассмотреть меня, заскакиваю в воду и прячусь под пузырьками.

— Это было не так уж сложно, правда? — Он говорит непринужденно и безразлично, когда делает шаги в ванну и садится на противоположный край.