Чтение онлайн

— Элу приходится расходовать много физической энергии, — вступил в разговор Пол. — Он — как выжатый лимон, когда уходит со сцены.

— А тренировки подразумевают отказ от секса? — спросила Кара.

— Шутить изволите? — рассмеялся Эл.

— Предлагаю покататься на водных лыжах, — сказала Кара. — Катер уже готов. Вы ведь катаетесь, правда, Эл?

— Да, катаюсь. — Он научился на юге Франции, куда поехал отдохнуть после своего первого успеха. Он был уверен, что это умение когда-нибудь пригодится. Эдна тогда решительно отказалась. Она сидела на песке и канючила, что это опасный и глупый вид спорта. Она здорово удивилась, когда после трех неудачных попыток Эл встал и унесся прочь. Возможно, если бы Эдна была такой женщиной, которая могла научиться кататься на водных лыжах, их брак сегодня не лежал бы в развалинах.

Несмотря на весь его успех, у него ничего нет, никого. Много всего разного. Но какое это имеет значение, если спать ложиться приходится одному.

Он завидовал Полу. У того есть Линда. Сильная, крутая баба и, похоже, здорово его любит. А у Эла что? Разная шушера. Поклонницы и фанатки. И еще наглые стервы вроде Марджори Картер и нимфоманки типа близняшек Карлник. Он нюхом чувствовал нимфоманку, сколько бы денег у нее ни было. И он их удовлетворит, если, конечно, сможет. Возможно даже, что ему и самому понравится на минуточку. И они потом будут говорить: „Этот Эл Кинг, ну и жеребец". В этом — вся его жизнь. Суперкобель. Должно же где-нибудь быть что-то получше?

— Переодеваться будешь? — спросила Дана.

— Зачем? — удивился Эл. — Там же нет никого, правда?

— Разумеется, — ответила Дана.

— В таком случае все будем голышом.

— Мне бы очень хотелось сфотографировать это знаменательное событие, но, я думаю, мы с Полом его пропустим. Можно поплавать в бассейне? — Она взяла Пола за руку и заставила встать. — Ты не возражаешь?

— Конечно нет, — ответил Пол, но без особенного энтузиазма. В молодые годы они, бывало, любили побаловаться с близнецами. Инициатором всегда выступал Эл, но Пол никогда не отказывался к нему присоединиться. Пока не стал взрослым. А Эл так и не стал взрослым.

— Что же, девочки, — благосклонно возвестил Эл, — ведите меня к катеру. Если будете послушными, выдам вам по лыжине.

— А вы умеете кататься на одной? — покровительственно спросила Кара.

— Да нет, мне бы чего попроще.

— Естественно, — съехидничала Дана.

„Ее я поимею первой, — решил Эл. — Противная богатая зазнайка".

Кара вела катер, а Эл и Дана встали на лыжи. Под теннисными платьями у обеих девиц оказались бикини. Эл в шортах чувствовал себя глуповато. Дане, разумеется, хватило и одной лыжи, а Эл достаточно неуклюже и неуверенно чувствовал себя на двух.

Кара умело вела катер по морю, пока наконец не выключила мотор, заставив Дану и Эла окунуться в воду. Дана легко освободилась от лыжи и подплыла к катеру, а Эл все еще возился со своими.

Забравшись на борт катера, он обратил внимание, что девицы сняли верхнюю часть бикини. Большого значения это не имело, поскольку они были сложены по-мальчишески. Четыре безразличные, одинаковые сиськи. Он усмехнулся, подумал, а какого черта, и выбрался из своих мокрых смехотворных трусов.

Дана умело крутила косячок.

— Эй, эй! — воскликнула она. — Ожившая легенда!

Кара повернулась, чтобы посмотреть, и нервно провела остреньким розовым язычком по губам.

Катер мягко качался на волнах. Солнечные лучи пробились сквозь туман, и Кара принялась раскладывать на палубе полосатые матрасы.

— Что у вас есть выпить? — спросил Эл.

— Шампанское, разумеется, — ответила Дана, — разве это не твой любимый напиток? В холодильнике на носу.

Он достал шампанское, открыл пробку, нашел бокалы и принес все это на корму.

Они растянулись на матрасах. Эл посередине. Кара вытащила магнитофон, и зазвучал голос Эла. Дана передала косячок по кругу. Эл отказался.

— А я думала, все музыканты покуривают, — удивилась Дана.

— Он не музыкант, — решительно возразила Кара. — Да и те, кому за тридцать пять, предпочитают выпивку.

— Только не говорите обо мне так, будто меня здесь нет, — перебил ее Эл. — Травка на меня не действует, так зачем тогда курить?

— Никто тебя и не заставляет. А кокаинчику не желаешь? Поверь мне, когда нанюхаешься, будешь на лыжах кататься как Бог. — С этими словами Дана сунула руку в сумку и достала оттуда стеклянный пузырек с белым порошком. На золотой цепочке вокруг ее шеи висела маленькая золотая ложка. Она сняла цепочку, взяла ложечку, наполнила ее белым порошком и умело и аккуратно вдохнула его каждой ноздрей.

— Давай ты, — предложила она Элу, — хороший, лучше не найдешь.

Эл взял пальцами щепоть кокаина с ложки и немного вдохнул. Почему бы и нет? Он хорошо потрудился, имеет право расслабиться.

Кара перегнулась через него за косячком. Эл почувствовал, как ее соски коснулись его груди. Он взглянул вниз и заметил начало эрекции. Девицы молча наблюдали.

Из магнитофона доносились громкие звуки „Случайной любви".

Никто не собирался спешить. Эл вдохнул еще немного кокаина, затянулся косячком. Появилось приятное возбуждение.

Кара наклонила бокал и вылила шампанское ему на грудь. Он ощутил, как мгновенно затвердели соски, а Кара нагнулась, чтобы слизать с них влагу. С другой стороны к ней присоединилась Дана. Он прикрыл глаза от палящего солнца и чтобы не видеть два одинаковых лица обслуживающих его близнецов.

— Господи! — выдохнул он.

— Неплохо, верно?

Их головы двигались в одном ритме, они лизали его, покусывали, целовали. Затем позаботились о его яичках, касаясь их одинаково легкими язычками. Ощущение было столь необыкновенным, что он с трудом сдерживался. Ему необходимо было немедленно взять одну из них. Но кого первой? Он лениво перекатился в сторону Даны, но та оттолкнула его.

Они продолжали обрабатывать его, медленно и методично. Потрясающе, но…

— Я сейчас кончу, — предупредил он. Он потянулся было к Каре, но они обе удержали его, и в тот момент, когда он в оргазме залил себя самого, кто-то из них раздавил капсулу амилнитрита у него под носом.

Ему казалось, что оргазм будет длиться вечно, что он так и будет дергаться и пытаться добраться до одной из них. Странно, но он ощущал неловкость. Чаще всего он не снисходил до траханья как такового, а теперь, когда он сам этого хочет, ему отказывают. Хотя странное это ощущение — кончать ни во что.

Он медленно открыл глаза. Кара и Дана смотрели на него, ожидая похвалы.

— Здорово? — спросили они хором.

— Чертовски здорово, — согласился он.

— Что бы тебе не смыть все это в море? — предложила Кара.

Он соскользнул за борт. Вода оказалась бодряще холодной. Он поплыл прочь от катера. Приятно плыть в чем мать родила, ему это с детства нравилось. Еще ребенком он раздевался догола и плавал в каналах. Он проплыл немного кролем, нырнул, почти ничего не рассмотрел. Жаль, что у них на борту нет аквалангов… Хотя, может, и есть. У них, похоже, все есть.